краса. Идти добровольно к уважаемому человеку, развлечь его, или решим вопрос иначе, мои ребятки на такую кисулю уже слюной исходят…
Жмурюсь от ядовитых слов и понимаю, что за доброжелательной интонацией скрывается зверь, от которого пощады просто не будет.
— Это словно кошмар какой-то, сон страшный, — поднимаю руки и прикладываю их к вискам.
— Детка, одна ночь и наутро Вахит, — короткий взгляд на того самого жуткого с лицом в шрамах, — отдаст тебе твой документ и довезёт до любого места, которое укажешь.
Опять приподнимает бровь и проводит пальцами по бородке, довольный своим предложением.
— Видишь, дядя Айрат может быть добрым…
— Как мне понять, что вы не лжете? Что отпустите меня?
Темнеет у него взгляд, подается вперед, облокачивается о стол массивными руками.
На мгновение мне кажется, что отдаст приказ своим людям.
Но Мухоматов лишь выдает глухо.
— Мое слово — закон. Наутро будешь птичкой вольной. Только у моего предложения есть срок. Либо ты соглашаешься прямо сейчас и топаешь с Вахитом в тачку и пулей до места назначения, ну про второй вариант, думаю, ты все понимаешь…
— Бред какой-то, — вырывается из сжатых зубов.
Вскидывает брови.
— Борзо говоришь, Варя, не советую. Итак, время тик-так. Что же ты решаешь, милота моя?
Резко встает из-за своего стола, и я понимаю, что сам хозяин клуба весьма и весьма крепкого телосложения.
Пока мужчина приближается, я делаю шаг назад и утыкаюсь в живую стену секьюрити, дергаюсь раненой и загнанной птичкой.
Но тяжелая рука мужчины на моем плече резко останавливает всякое трепыхание.
— Что именно вы от меня хотите?! — спрашиваю наконец, всхлипывая.
— Вот это уже деловой разговор.
Смотрю на мужчину со всей настороженностью, а самой кажется, что кино смотрю, что не может этого всего происходить со мной. Невозможно просто. Это все как из другой жизни…
Прищуривается и окидывает меня алчным взглядом, настолько липким, что прикрыться хочется!
— Послушайте, ну отпустите вы меня, вы же видите, что я ни в чем не виновата, я ничем подобным никогда не занималась, я не подхожу для этой роли! Поверьте мне, неужели вы не видите?!
— Скажем так, девочка, благодаря тому, что я в тебе вижу, ты получаешь выбор, — выговаривает жестко, ультимативно и я опускаю глаза.
— Нет, если хочешь, я могу заставить тебя отработать весь ущерб, и поверь мне, ты все сделаешь, — говорит просто, словно беседу ведет о погоде, а я опять смотрю на охранников, которые находятся в кабинете, ловлю на себе их сальные взгляды, которые говорят о том, что они ждут разве что отмашки своего босса, чтобы разодрать меня на части.
Главный опять показывает мне мой паспорт, водит им перед моим носом, словно демонстрирует, что я в шаге от свободы.
— Ну так что, красавица, чего с тобой решаем? Пойдешь подарком и скрасишь ночь одного уважаемого человека или предпочтешь сложный путь?
Слышу смешок одного из охранников, огромного, с квадратной челюстью неандертальца.
Ловит мой взгляд и ухмыляется, показательно поправляет ширинку и мне становится дурно.
Доходит, наконец, на что так открыто намекают эти звери и что планируют со мной сделать в случае моего отказа.
Странное ощущение рождается в груди. Подозрение, или же просто интуиция, но отчего-то кажется, что мужчина, которому меня хотят подарить, вызывает страх и пресмыкание даже у этого Айрата.
Словно он страшнее, ужаснее…
Опять смотрю на свой паспорт. Ощущаю себя загнанным зверьком, который жмется в углу, пока бездушные изверги подносят к нему спичку, зажженную.
— Одна ночь и вы вернете мне мои документы и отпустите навсегда? — уточняю, голос дрожит, пальцы ледяные, но взгляд одного из амбалов, этого страшного Вахита, не оставляет меня, блуждает по телу, будто этот огромный изуродованный мужик только и ждет отмашки своего хозяина.
У меня пальцы дрожат так, что чечетку можно бить, липкая паутина страха облепляет спину и струится вниз, заставляя испытывать настоящий ужас, впитывающийся в каждую пору.
— Слово я тебе даю. Услужливой будешь с Валидом, радушной, чтобы ему понравилось…
На мгновение в мозгу всплывает мысль.
А что, если я расскажу этому мужчине об этом всем, расскажу, что просто случайная жертва обстоятельств. Вдруг этот человек, которого явно боится даже Айрат, отпустит меня?!
Глупая надежда зарождается в груди и гаснет сама собой. Может быть, и помощи просить — себе дороже, да и у кого?
У незнакомца, который вселяет ужас в этих вот, которые готовы идти на все, только чтобы ублажить неизвестного мужчину. Я не знаю, кто он. Как выглядит. Может, такой же, как этот изуродованный Вахит, или гораздо страшнее…
Неожиданно резко хозяин клуба приближает ко мне свое смуглое лицо, вглядывается, словно учуяв мой настрой, резко обрубает:
— Только языком трясти с Валидом не стоит, — опять ухмыляется, подмигивает, действительно как добрый дядечка, который со мной беседу о цветочках ведет, только уже в следующую секунду темные глаза вспыхивают какой-то жестокостью и льдом, а он выговаривает четко:
— А то отрежу.
И понимание, что это даже не метафора… Наверное, я бледнею, потому что перед глазами порхают мушки, ноги подкашиваются и хозяин клуба резко ловит меня за локоть, удерживает и словно возвращает из царства спасительной темноты в реальность, которую я и в самом страшном сне не могла бы увидеть.
— Тихо-тихо, тц-тц-тц, какая нежная у нас Варвара-Краса, длинная коса…
Вроде и говорит с улыбкой, подмигивает правым глазом, а у меня душа в пятки уходит. Но сознание проясняется. Мне даже в спасительный обморок упасть не позволяют.
— Ну так я не услышал твоего “да” или “нет”…
Продавливает меня на ответ. Не отпускает моего затравленного взгляда, а я вдруг вижу движение сбоку, еще один охранник делает шаг в мою сторону и смотрит так, что я понимаю, жалеть меня никто не станет.
Здесь людей нет — звери.
— Ну что, часики тикают, отвечай уже…
Айрат вздыхает, утомляет его мое промедление.
— Вы не даете выбора. Загоняете…
Все еще надеюсь на что-то?! Просто не могу не сказать того, что думаю. Но мужчина лишь хмыкает. Глупая Варя. Очнись уже. Нет в них пощады, ничего нет.
— Выбор есть. Завтра будешь свободный девочкой-припевочкой. С документами и будущим. Можешь вообще стереть сутки из памяти, считать, что в кино пошла, фильмец посмотрела. Ну либо… — ухмылка, — либо у тебя будет достаточно времени, чтобы подумать, чего ты хочешь от этой жизни, — опять смешки вокруг.
Прикрываю глаза, слезы катятся по щекам, горло саднит, ощущение, что веревкой меня обмотали и затягивают с каждым выдохом все сильнее.
Нет выхода. Либо эти звери, либо одна ночь с незнакомцем
