мая (№78) и 6 мая (№79).
Именно в преддверии 70-ой годовщины Великой Победы, перед этим 9 мая мы все начинаем задумываться, пытаемся понять – ну как? как смог наш народ выстоять в эти страшные четыре года? Как смогли люди так мобилизоваться и духовно и физически? Как могли они совершить эту невероятную Победу, воюя почти один на один со всей нацистской Европой?
И ясно видишь одно – тот каждодневный подвиг, ту постоянную самоотдачу и жертвенность, на которые были способны наши отцы, деды, прадеды. Великая им наша благодарность и преклонение.
Светлая им память в каждом нашем доме, в каждой нашей семье.
4 мая 2015 года, Москва
Две половинки сердца – Россия и Украина
Навсегда со мной останутся слова моих рано ушедших родителей.
Не могу забыть, что говорил мне отец: «Помни, ты – русская».
И не могу забыть чудесные рассказы моей матери о ее поездках в детстве и юности на Украину, где она родилась, об этом благословенном, солнечном крае, который потом я увидела своими глазами уже во время наших совместных путешествий.
Дедушку перевели на работу в Россию, когда мама и мой дядя были маленькими, но тепло той земли, кажется, всегда окутывало их. В семье, дома, говорили по-русски, но, конечно, бабушка и дедушка прекрасно знали настоящий украинский язык.
Мы с братом родились в Москве, где жили все вместе, одной большой семьей. Мне рассказывала мама, что, когда мы были совсем детьми, они с папой решили переехать к нему и начать «самостоятельную» жизнь. Но, кажется, на следующий же день вечером приехали дедушка с бабушкой. Дедушка не вошел и остался внизу, а бабушка поднялась. Она так плакала и умоляла маму вернуться, говоря, что не сможет жить без внуков, без большой семьи, которой она отдавала все силы, что мамино сердце не выдержало. Конечно, после этого, мы все вернулись и жили вместе до самой их смерти.
Смутно помню сладостные украинские песни, которые пелись в доме, за столом и как папа просил бабушку и дедушку спеть еще. Вижу себя на фотографии во втором классе, после выступления на школьном концерте в украинском костюме, с лентами на голове и в расшитой бабушкой блузке… (кстати, это была обычная русская школа).
К родному языку бабушка и дедушка относились трепетно. Когда мы, дети, спрашивали их разные украинские слова, и, удивляясь близости и непохожести на русские, начинали шутить, – бабушка была очень строга. Как сейчас, я слышу ее голос – никогда не коверкайте язык, если вы не можете говорить на нем правильно!
Я так и не выучила украинский, но выучила другой славянский язык, более далекий от русского, уже после университета. Думаю, что сделала это подсознательно, желая почувствовать богатство и разнообразие славянства, его культуры. А моя мама, филолог-русист, всегда пыталась поддержать иногда угасавший во мне лингвистический пыл.
И сейчас, видя весь этот разрушительный шабаш на Украине, слыша потоки лжи, которые льются об истории России и Украины, я верю в неизбывное единство их духа и плоти, в единый славянский родник, который не затоптать и не забить никаким мировым временщикам, никаким нашим собственным шатаниям, соблазнам и предательствам.
Как слова молитвы, начинают пульсировать в сознании слова Владимира Высоцкого:
"Наши мертвые нас не оставят в беде, "Наши павшие – как часовые".
Наши общие предки никогда не отступят от нас, если мы не отступим от себя сами.
25 февраля 2014 года, Москва
Эта небольшая миниатюра была опубликована на сайте Проза.ру в феврале 2014 года. И сегодня мне хотелось бы добавить несколько слов. Конечно, это очень личная, семейная история, но как всегда такие маленькие "семейные истории", как капли воды, собираются в огромный океан общей истории нашей страны.
Все эти долгие восемь лет я не могла спокойно слышать слово "Украина" – после сожжения безоружных людей в Одессе – в Доме Профсоюзов 2 мая 2014 года, после крови детей, женщин, стариков, всего мирного населения на Донбассе, в Новороссии, безжалостно проливаемой украинской армией и "украинскими" нацистами…
И вот только несколько дней назад, когда началась реальная военная операция российской армии по освобождению Донбасса и Украины от нацистского смрада, – что-то разжалось в моей душе. И хотя на Украине ещё далеко не мир и происходят неизбежные драматические события, мне кажется, что замороженная половинка моего сердца, словно на все эти годы умершая во мне, начинает постепенно оживать.
1 марта 2022 года, Москва
*На фотографии – моя мама – Аделаида Феодосьевна Ткаченко (в замужестве – Сударева), мой дедушка – Феодосий Мефодьевич Ткаченко, моя бабушка – Наталья Ефимовна Ткаченко. На отдыхе под Калугой, пятидесятые годы.
