не мешало ему искренне удивляться.
– Я напишу пергамент ирисовыми чернилами, а ты покажи его моим знакомым и объясни ситуацию. Дальше дело их голов.
– Откуда им знать, что этими чернилами пользовались только мотыльки?
– Этих фанатиков знают все, – вставил своё слово генерал. – Они у насекомых, как капелланы у людей, – представители духовного и мистического мира. Так что, думаю, проблем не будет.
– Хорошо… И где мы достанем ирисовые чернила здесь?
Лу провёл своей передней ножкой по усику. На ножке показалось немного порошка серебристого цвета.
– Эти чернила мы храним на крайний случай, если других не окажется.
Ему поднесли кусочек травинки, и он стал думать, что написать. Через короткое время, он написал: «Призыв короля». После этого он отдал травинку Руву и сказал:
– К моему прилёту скажешь, кто согласился, а кто отказался.
– Можешь на меня положиться, – ответил Рув.
Они поклонились друг другу, и Лу вместе с Майским вылетели в путь.
– Лёгкого полёта! – восклицал Рув им вслед.
IX
Мысли генерала Майского оправдались – Бызук действительно отправился на северные территории, захватив округ северо-западного королевства. Он сидел на руке статуи божественной девы, выставленной вперёд. Смотря на неё, он долго молчал, а потом начал говорить:
– Думаешь, я всегда стремился завоёвывать? Нет, ты не права. Если бы ты знала мою предысторию, думаю, ты смогла бы меня понять…
После недолгого молчания Бызук продолжил свою речь:
– Я вырос вдалеке от этой территории вообще. Кругом была высушенная трава, ни единого дерева, жара… Закон жизни там был таков: сражайся или уйди из этой жизни. Сначала я пытался договориться с другими насекомыми, мол, объединившись, мы сможем выжить… Но меня гнали прочь. И, почти до конца потеряв надежду, я встретил одного жука. Он был огромным, сильным. Он прислушался ко мне, и мы начали совместное выживание. Я собирал пищу, а в это время жук меня оборонял, давал отпор другим жаждущим насекомым. Жилось нормально… До одного момента. Однажды, во время дележа нашей добычи, жук начал брать еду больше выставленной нормы. Я был в недоумении. Ну, как он мог так поступать? Мы поссорились и разошлись по разным путям. Дальнейший период жизни там продлился недолго. Однажды, в этой местности поднялся ветер страшной силы. Он поднимал в воздух всех и вся, никто не смог от него увернуться. Я держался за травинку, как мог. Мимо медленно шёл тот жук, неся в своих клешнях кусок еды. Я кричал ему, звал, надеясь, что наша дружба не угасла… Зря надеялся. Он прошёл мимо, не обратив на меня никакого внимания. Тогда я отпустил травинку и полетел по ветру. Мне не хотелось больше никогда увидеть его.
Бызук остановился, переведя дух. Казалось, статуя действительно его слушала. Собравшись, он продолжил:
– Ветер принёс меня в окрестности восточного королевства здешних земель. Там процветала жизнь, пищи хватало на всех даже с лихвой. Я обосновался и был доволен жизнью… До того момента, пока здесь не объявился мой старый знакомый. Наверное, он специально прилетел сюда, дабы показать своё высокомерие всем. При встрече с ним, его взгляд показался мне надменным и самодовольным… Мне сразу стало противно. Я оказал ему приём столь отвратительный и нежеланный, что он стал принимать меня, как врага. С тех пор я решил отомстить ему, во что бы то ни стало. И… Да, я обратился к старой саранче, она мне указала именно этот метод решения проблемы.
Бызук снова о чём-то задумался. Казалось, он сам не верил в то, что он рассказывает, но всё же он признал истину своих слов. Он снова посмотрел на статую и сказал:
– Ты наверняка можешь упрекнуть меня, ведь, в чём же другие жуки виноваты… А я скажу, что в потере дружбы с этим жуком я потерял веру в дружбу вообще. Потому тот закон, который был властен в том мире, где я родился… Я осознал его истину. Ни на кого нельзя надеяться. Только на себя. А саранча, которая следует за мной по пятам – лишь мои подчинённые. Никакого дела до дружбы им нет, им лишь должно выполнять мои приказы. Ничего более.
Снова наступило короткое молчание. Вздохнув, Бызук сказал:
– Что ж, я с тобой заболтался. Мне пора довершать начатое.
С этими словами он полетел прочь. А статуя так и осталась стоять с вытянутой рукой, в вечной тайне сохранив этот монолог.
***
К рассвету Лу пролетел с Майским довольно много. Немного устав, они присели на травинку. Отдышавшись, мотылёк спросил:
– Много ли осталось до того дерева?
– Всего ничего, – глубоко дыша, отвечал генерал. – Спустя минуту, дерево уже будет видно.
– Что ж, это хорошо…
Неожиданно они услышали шорохи. Озираясь, Лу заметил хвост ящерицы. Он окликнул генерала, но его на месте не было – он уже взлетел ввысь. Мотылёк последовал его примеру. Посмотрев вниз, он увидел три движущиеся точки в траве. Генерал спросил:
– Что будем делать? Долго я не протяну…
– Нужно долететь до дерева, там уж должно быть место, где можно переждать.
Они начали движение. Точки в траве следовали их маршруту. Спустя короткое время стало виднеться дерево.
– Отлично, генерал, мы почти долетели! – воскликнул Лу.
– Да, отлично… Но… Лети… Без меня…
Крылья жука стали медленно прекращать движение, и генерал начал падать. Лу помчался за ним, и пытался поднять его, но для столь маленького насекомого Майский был слишком тяжёл. Опустившись на землю, они ожидали момента, когда их настигнут ящерицы…
X
… Но что это? Кто-то поднял Лу ввысь. Посмотрев наверх, он увидел, что его держал ещё один майский жук, но он был менее крупным, нежели генерал. Лу начал озираться по сторонам в поисках генерала. Его подняли ещё два майских жука. Генерал облегчённо вздохнул и сказал мотыльку:
– Кивла с ребятами нас застали.
Тут перед Майским оказалась божья коровка. Судя по точкам, ей было четыре года. Она радостно воскликнула:
– Рада Вас видеть живым, генерал!
– Мне тоже радостно, – ответил он. – Но почему вы задержались?
– Мы облетали окрестности южного королевства, чтобы предупредить их об опасности и направить их к Вам на запад.
– Так значит… – Лу восторженно посмотрел на Кивлу.
– Да, отряды майских жуков и клопов-солдатов движутся сюда. Их не так много, но в сумме со здешними войсками этого должно хватить на противостояние Бызуку.
– Не хочется тебя расстраивать, Кивла, но пока что здешних войск не имеется, – вздохнул Майский, но затем убеждающе говорил. – Однако юноша, которого ты видишь рядом со
