Читаем без скачивания Мифы народов Африки - Элис Вернер

Представители народности бушонго говорят, что Бумба, Творец, которого они также называют Чембе (Джамби, Нзамби или Ньямбе), завершив свою работу, установил ряд табу (я думаю, что не будет преувеличением сказать «определил тотемы») для людей, назначил трех вождей для управления ими (от первого и величайшего из этих вождей ведет свое происхождение верховный вождь бушонго), а затем поднялся в воздух и исчез. С тех пор он поддерживает связь с людьми, являясь им во сне, но никакого реального культа этого бога не существует. Следует отметить, что некоторые племена имеют куда более абстрактную и нематериальную концепцию Бога, нежели другие, считающие его до некоторой степени «сверхъестественным человеком».

В исчезновении Бумбы ничьей вины нет. Как говорят балуйи, во время своего пребывания на земле Ньямбе жил у реки Замбези, а потом поднялся на небо «из страха перед людьми». Это утверждение, однако, не сопровождается никакими объяснениями и не подкрепляется другим рассказом, который звучит так: «Когда Ньямбе появился на земле, люди говорили, что он упал с неба. Чтобы вернуться туда, он стал карабкаться по нитям паутины. Поднявшись уже достаточно высоко, Ньямбе сказал людям: «Поклоняйтесь мне». Люди, услышав это (и обидевшись на то, что они сочли гордыней), сказали: «Давайте убьем Ньямбе». Ньямбе убежал на небо… Люди воткнули в землю длинные шесты, на них поставили другие… Когда люди поднялись высоко над землей, шесты упали, и те люди, что карабкались по ним, погибли».

Однако племя субия, называющее своего верховного бога Лезой, рассказывая о том, как бог поднялся на небо по паутине, никак не обосновывает этот поступок. Некоторые пытались последовать за богом по паутине, но нить оборвалась, и люди упали на землю. Тогда они выкололи пауку глаза – этиологический миф, призванный объяснить предполагаемый факт, что у паука якобы нет глаз. Тогда люди построили леса с тем же результатом, что и в истории балуйи. Легенда гласит: «Прежде люди жили с Лезой под большим деревом и здесь же поклонялись ему (после его ухода? – Авт.); они пригоняли под дерево большое число коз и овец, чтобы у Лезы была пища… Однажды Леза встретил под деревом человека и сказал ему: «Откуда ты пришел?» Человек ответил: «Я пришел из деревни и привел четырех коз». Леза сказал ему: «Возвращайся в деревню и скажи людям: «Леза сказал: когда вы увидите огромную тучу пыли, знайте – это Леза». Однажды люди увидели столб пыли, потом разразилась сильная буря. Люди собрались на деревенской площади. Леза пришел и встал под деревом, и люди услышали, как он сказал: «Вы должны воздавать почести моему дому. Меня же вы больше не увидите – я ухожу».

Теперь, когда люди видят падающие звезды, они говорят, что это их вождь Леза, который явился посмотреть, как живут на земле его дети. Если под «детьми» подразумеваются люди, то здесь явный намек на Небесного Отца. Племя ванконде (живущее у северной оконечности озера Ньяса) обращается к своему верховному богу, Мбамбе или Киаре, как к Отцу. Мбамба имеет человеческий облик, он «белый и сияющий» и тоже живет «над небом». Некое подобие отправления культа Лезы существует у субия, но Жакотте считает этот культ – или большую его часть – культом предков, а Леза (или Ньямбе), вероятнее всего, олицетворяет собой солнце. Балуйи совершенно определенно заявляют, что Ньямбе – это и есть солнце, они имеют обыкновение приветствовать восходящее солнце криками: «Мангве! Мангве! Наш король!» Впрочем, по этому вопросу нет согласия и в рамках одного племени, каждый волен придерживаться своего мнения. Легко предположить, что в основе идеи о Небесном Отце могло лежать как одно, так и другое представление, а может быть, и оба сразу.

Миф народа яо о Мулунгу любопытен во многих отношениях. «Сначала на земле не было людей, были только Бог и животные». Потом животные неоднократно именуются «народом Мулунгу», словно бы между ними и Богом существовали какие-то особые отношения. И все же нигде не говорится, что он их создал. Хамелеон, у которого вошло в обыкновение ставить ловушки для рыбы – его примеру местное население следует и по сей день, – однажды поутру обнаружил в одной из ловушек мужчину и женщину. Он привел их к Мулунгу, который «жил на земле, покуда не отправился на небо», и который был так же, как и Хамелеон, озадачен странными созданиями, похожими на него. Мулунгу посоветовал Хамелеону «оставить мужчину и женщину на земле». Все звери и птицы собрались, чтобы подивиться на них. В один из дней странные существа принялись добывать огонь при помощи трения. Потом они убили буйвола, зажарили и съели его. «И так они стали есть всех зверей» и наконец подожгли буш. «Снова пришел Мулунгу и сказал: «Хамелеон, я велел тебе оставить этих странных существ здесь, на земле, и вот народу моему пришел конец. Что же мне делать теперь?» Вдруг Мулунгу и Хамелеон увидели, что совсем рядом с ними загорелись заросли, и пустились бежать. «Хамелеон побежал к дереву и забрался на него, а Мулунгу остался на земле и сказал: «Я не могу влезть на дерево!» Тогда Мулунгу позвал Паука. Паук забрался на небо, вернулся и сказал: «Я легко поднялся наверх. Теперь ты, Мулунгу, поднимайся». Тогда Мулунгу отправился с Пауком на небо и сказал: «Когда люди умрут, пусть поднимутся наверх».

Как пояснил рассказчик, люди должны были подняться на небо и стать рабами Мулунгу, «потому что съели его народ здесь, на земле». Другими словами, Мулунгу отправился на небо из-за жестокого отношения людей к животным.

Невольно вспоминается – хотя, разумеется, параллель здесь вряд ли уместна – история о бушменском боге Кагне: «Кагн создал все на земле, и мы поклоняемся ему. Сначала он был очень добр, но потом нрав его испортился из-за того, что ему пришлось много сражаться… Мы не знаем, где он, об этом ведают только антилопы. Если вы во время охоты увидите бегущих куда-то антилоп, знайте – они спешат на зов Кагна». Молятся Богу так: «О Кагн, о Кагн, разве мы не твои дети? Разве ты не видишь, что мы голодаем? Пошли нам пищу!» В этой краткой молитве есть что-то трогательное. Неудивительно, что она вдохновила Эндрю Лэнга на написание одного из прекраснейших сонетов.

Установлено, что Кагн (у доктора Блика – Кагген) некогда был Богомолом и, следовательно, богом-тотемом, но ничто не препятствует развитию высшей концепции из низшей.

Примечательно, что помощь богу оказывает Паук. В фольклоре банту он почти всегда (за исключением некоторых сказок дуала) выступает в качестве посредника между небом и землей – это персонаж совершенно отличный от коварного и злобного Ананси с Золотого Берега. В историях народа конго Паук с помощью Черепахи, Дятла, Крысы и Москита приносит на землю божественный огонь: все животные вносят свою лепту в общее дело, но именно Паук помогает им подняться на небо.[15]

Представление о веревке, с помощью которой можно забраться на небо, возникло, скорее всего, при виде паука, висящего на паутине. Упоминание о ней встречается в очень древней зулусской поговорке, процитированной Каллауэем[16]: «Кому под силу сплести веревку, чтобы забраться на небо?»

Поговорка подразумевает, что подняться на небо невозможно, и все же существует история о короле Сензангаконе, которому приписывается этот подвиг – таким путем он ускользнул от (возможно, враждебных) духов.

Древняя песня народа тонга выражает то же страстное, но безнадежное желание: «Ах! Если бы у меня была веревка! Я бы поднялся на небо и обрел там покой!»

Обычно воины тонга перед битвой кричали своим врагам: «Приготовьте свои веревки и забирайтесь на небо!», что означало, разумеется: «другим путем вам от нас не спастись». В истории, приведенной Жюно под заголовком «Дорога на небо», юная девушка, страшащаяся гнева матери, «убегает из дома и по веревке забирается на небо».

Попасть на небо можно и забравшись на дерево. В зулусской сказке «Девушка и людоеды» брат и сестра, убегая от этих амазиму, влезли на дерево и «попали в прекрасную страну. Здесь они увидели красивый дом.

Дом был зеленым, а пол его блестел… Они увидели, что земля осталась далеко внизу, и не могли вернуться туда из страха перед людоедами, бродившими под деревом в поисках пищи». На небе брат и сестра нашли все, что им было нужно; они забили быка, поели мяса, а из шкуры сплели веревку, по которой втянули наверх одного из людоедов – то ли из страха, что он может помешать их возвращению на землю, то ли из чувства мести – и убили его. Впоследствии при помощи этой веревки они вернулись домой.

Согласно преданию, на вершине Килиманджаро жили ваконьинго – гномы или карлики. Вачага рассказывают, что у ваконьинго были лестницы, при помощи которых они с вершины горы могли подниматься на небо.

Мриле, мифологический герой чага, обидевшись на свою семью, уселся на стул и принялся читать заклинания, а потом вместе со стулом поднялся на небо. Там Мриле нашел мир, очень похожий на тот, что он покинул. Он отправился в путь и скоро увидел людей, мотыжащих землю. Мриле поприветствовал их и спросил дорогу до крааля Луны. Люди велели ему идти дальше и спросить дорогу у людей, рубящих лес. Мриле так и поступил, и дровосеки велели ему искать людей, копающих оросительный канал. Землекопы, в свою очередь, отправили Мриле к тем, кто выпалывал сорняки, а те – к людям, жнущим хлеб. (По одной из версий, все эти люди по очереди просили Мриле помочь им, и он соглашался.) Жнецы велели ему идти до развилки. «Пойдешь по нижней дороге и придешь к людям, садящимся есть». Люди радушно встретили Мриле и усадили за свой стол, но пища, которую они предложили ему, была сырой. Тогда Мриле вынул свои палочки и показал людям, как добывать огонь и готовить на нем пищу. Они так обрадовались, что подарили ему много коров и коз, и Мриле с триумфом вернулся домой. Примечательно, что обитатели небес были незнакомы с огнем (в Полинезии подобное говорят об обитателях подземного мира).