дворянстве, но в подаче информации ему чудилось нечто знакомое.
Два урока по полтора часа до обеда и ещё два таких же урока после часовой разминки. На четвёртый день было решено добавить ещё один два урока и после ужина. Складывалось впечатление, что времени на обучение критически мало, а узнать, запомнить и понять нужно очень многое.
Распорядок дня не просто поменялся, а отправился по грибы в проклятый лес. В итоге на пятый день он начал возвращаться в казарму уже после отбоя! Когда такое было?! Собственно именно из-за этого на седьмой день, поздно вечером и… произошёл тот инцидент.
* * *
Лиам скривился. Его начало подташнивать. Вспоминать события четырёхдневной давности было физически тяжело. Чтобы скрыть дрожание рук он вцепился в поводья и изо всех сил сжал их. Сердце заколотилось в груди, а дыхание стало тяжёлым, словно бы грудь стянули крепкими ремнями.
Заснуть тогда он так и не смог, а утром, ещё до завтрака, самовольно покинул замок. Немыслимо! Но… иначе он просто не мог. Сейчас беглый рыцарь держал путь в первый протекторат, где располагался замок Ландмейстера.
Решение было очевидным. Во-первых, брат Бернард, как инициатор всех этих событий мог принять решение относительно его дальнейшей судьбы, а во-вторых, Лиам был обязан доложить ему о том… инциденте, поскольку именно во власти Ландмейстера было… отреагировать на подобные… обстоятельства.
В глазах немного прояснилось. Сердце успокоилось. Лиам огляделся по сторонам. Приближался вечер. Впереди, не более чем в километре виднелась обнесённая стеной небольшая деревушка. Там он и найдёт себе ночлег.
* * *
Где-то, не так далеко.
Время приближалось к полудню. Солнце пробивалось сквозь листья деревьев и освещало узкую, в две полосы, асфальтированную дорогу, по которой то в одну, то в другую сторону изредка проезжали машины.
По обе стороны улицы высились, окружённые зелёными лужайками и цветниками небольшие двухэтажные домики. Деревянные рамы, крашенные дощатые фасады, крытые мягкой черепицей крыши.
Вдалеке, у самого горизонта виднелся большой город, в центре которого высились небоскрёбы в сто и более этажей. Там, несомненно, было грязно и очень шумно, но тут, на окраине, царила тишь и нега. Редкий шум машин, пение птиц и шелест листьев. Ни суеты жизни, ни течения времени тут совершенно не ощущалось.
Возле одного из домиков остановилась машина и из неё вышла молодая женщина. Прямые русые волосы, миловидное лицо, пугающе глубокие, чуть грустные глаза. На вид ей было не более тридцати, скорее даже меньше. Открыв багажник она принялась доставать пакеты с покупками.
— Приветствую, Ива! — поздоровался с ней сосед, мужчина с волевым лицом, одних с ней, примерно, лет, расположившийся с книжкой в шезлонге и одетый в красный, расшитый китайскими драконами халат. — Что нового в магазине?
— Привет, Джон. — поздоровалась в ответ женщина. — Ассортимент всё тот же, разве что Джамиль раздобыл какие-то новые фрукты. Надо будет их как-нибудь попробовать. Да и Алену всё неймётся. Опять изменил весь интерьер, сменил вывеску и название, будто от этого у Джамиля клиентов прибавится! — Ива негромко рассмеялась и показала Джону пакет. — Теперь магазин называется «Счастливая дюжина», представь себе. Очень оригинально!
— И в самом деле! — согласился сосед. — Как говорится, каждый сходит с ума по-своему. Надо будет на днях заглянуть туда и оценить их старания.
— Что читаешь? — поинтересовалась Ива, указав на книжку.
— А… «Искусство войны» за авторством Сунь-Цзы. — ответил тот, показывая обложку. — Не устаревающая классика. В этот раз реши перечитать в оригинале.
— Раз уж взялся читать в оригинале, — откликнулась возящаяся на клумбе у дома справа женщина, — то должен знать, что написал данный трактат не мифический «Сунь-Цзы», а вполне реальный Сунь Бинь, живший в период Сражающихся царств.
— Спасибо за историческую справку, Ким. — поблагодарил её Джон. — Пожалуй и в самом деле стоит потом изучить тот период и вероятного автора, чтобы оценить контекст в котором был написан данный труд.
— Как жена? — поинтересовалась у неё Ива. — С месяц её не видела.
— Ааа… всё в порядке. Спасибо. — ответила соседка. — Пак Дасом занята новым проектом. Сбой в транскрипции генов у образца SP54003481 привёл к неожиданному изменению одного из пищеварительных ферментов, что повысило его эффективность почти на двадцать процентов. Сейчас она разбирается в механизме произошедшего.
— Как обычно, ничего не понятно, но очень интересно! — ответила улыбнувшись Ива. — Пойду, займусь обедом. Хорошего дня, соседи!
— И тебе хорошего дня! — откликнулись оба.
Женщина достала из багажника пакеты, захлопнула его и пошла домой. Руки были заняты, по этому она толкнула дверь локтем и вошла внутрь.
Приглушённый свет, мягкий, уютный и несколько старомодный интерьер. Мягкая мебель, камин. На каминной полке множество мелких безделушек, несомненно, памятных хозяйке. На стенах цветастые обои и множество картин. На стене тихо тикали большие часы.
Ива Марич прошла на кухню, разобрала принесённые пакеты и переложила продукты в холодильник. Готовить прямо сейчас желания не было. Вернувшись в гостиную она сняла с каминной полки фотографию, села на диван и принялась её разглядывать, словно бы в первый раз. Глаза Ивы заблестели и по щекам потекли слёзы.
Глава 2
Трактир был неописуем! Ничего подобного Пьер раньше не видывал за все долгие двадцать четыре года своей жизни. Он хотел на какое-то время залечь на дно, пока не утихнут страсти, и посланные по его душу ищейки не вернутся назад ни с чем, но он и представить себе не мог, что это окажется такое… дно.
От земель Ордена он вообще не ожидал ничего выдающегося и не обманулся. Ни Диониса ни Аполлона тут не чтили. Одну лишь Весту в своём, извращённом понимании, с которым её официальный культ не желал иметь ничего общего.
Сим «вечным девам», тут он поморщился, хватало благоразумия не разжигать конфликта с армией отмороженных еретиков-фанатиков. Тем более, те в их сферу деятельности не лезли и против них никого не настраивали.
Эти земли жили непрерывной войной, и всё тут было пропитано её духом и так или иначе, работало на неё. А то что не работало — считалось лишним, не нужным. По крайней мере на уровне руководства. И не то чтобы Орден карал за какие-то неуместные с их точки зрения вещи, по крайней мере до тех пор, пока их приказы исполнялись, он просто не поощрял их и не способствовал им.
Да и люди, которые переезжали сюда из Старых Королевств — делали это не от лучшей жизни и привозили сюда с собой флёр неудачи и обречённости. Тут Пьер снова поморщился, вспомнив о тех обстоятельствах, что завели его
