— Отравление? — прошептал Дарен. — Намеренное?
— Гнусное дело, да? Скоро выборы. Подсчет голосов. А кого заинтересует смерть отъявленного наркомана, погибшего от передозировки? — Аман возвращался мысленно к одной и той же картине, от которой никак не удавалось избавиться: Джими свернулся калачиком на диване, а его кот терпеливо взирает на хозяина. — Возможно, федералы решили, что у тебя есть доказательства. Возможно, они подумали, что ты обо всем догадался и теперь расскажешь… своим друзьям. А те разнесут дальше. — Он хотел было пожать плечами, но охнул от боли. Не стоило делать таких резких движений. Пришлось подождать, пока мир вокруг снова устаканится. — Мне бы следовало догадаться сразу… что пиджак знает о Джими. И обязательно его выследит. — Вот почему пиджак так долго всматривался в его помощника. Делал отпечаток в памяти, чтобы потом сразу узнать Джими в толпе. — До меня дошло слишком поздно. — То, что Джими погиб, целиком его вина. — Скоро за тобой придут твои люди?
— Думаю, скоро. — Парень до этого смотрел, не мигая, в землю, а тут вдруг вскинулся. — Как получилось, что вы за мной пришли? Хотели арестовать?
— Послушай. — Аман с усилием выпрямился и заскрежетал зубами, пока боль слегка не утихла. — Я уже тебе говорил, что ты оставляешь за собой след поярче неонового сигнала. Слушай внимательно. Ты должен подумать, перед тем как что-то купить… еду, одежду, зубную пасту, любую мелочь. — Он уставился в непонимающее лицо парнишки, мысленно приказывая внять его словам. — Все товары помечены бирками, даже если продавцы утверждают, что это не так, не сомневайся. Сейчас я говорю правду. Понял?
Мальчишка, прикрыв рот, кивнул.
— Только не вздумай делать совершенно тебе несвойственные покупки — этот след тоже легко взять. Покупай хаотично, без системы. Один раз купи что-нибудь вегетарианское, а потом какую-нибудь пару брюк из синтетической кожи на распродаже в большом магазине. Вещицу, на какую ты никогда бы не потратился. Даже до того, как стал геистом, понял? Подумай, что тебе действительно нужно. Из еды, одежды, игрушек, услуг. И покупай это только каждый пятый раз, потом каждый четвертый раз, потом каждый седьмой. Понятно? Бессистемно. Покупай наобум все подряд из ненужного, и тогда за тобой не останется ясного следа. Ты окажешься в самом конце покупательских досье, так что ни одна поисковая система не воспримет тебя всерьез.
— Но я делал покупки только в Кольце, — запротестовал парень.
— Не важно.
Он уже один раз объяснял все это Джими. На второй раз у него не хватало сил. Аман позволил себе закрыть глаза.
— Эй, — откуда-то издалека пробился к нему голос парнишки. — Я должен знать. Как получилось, что вы за мной пришли? Хотели рассказать, как получше от вас спрятаться? И думаете, я поверю?
— Мне наплевать, поверишь ты или нет. — Аман с трудом открыл глаза и уставился на зеленоватый свет, проникавший сквозь завесу лиан кудзу. — Я… сам точно не знаю, почему выследил тебя. — Возможно, потому, что, в отличие от Джими, не задался вопросом «почему». Возможно, потому, что Ави был прав, работа действительно его изменила.
— Но почему? Вы что, тайный геист?
Аману захотелось рассмеяться, но он не стал этого делать, а то было бы очень больно.
Сквозь ночной кошмар пробивались людские голоса. Никакого зеленоватого света — значит, наступили сумерки. А может быть, он умирал. Трудно сказать. Послышались шаркающие шаги, перед глазами возникло лицо паренька. Сначала ему показалось, что это Джими, но потом он понял, что ошибся… Это был Дарен. Аман попытался произнести его имя вслух, но во рту пересохло.
— Мы отвезем вас в клинику скорой помощи. — Дарен придвинулся поближе, в глазах его сквозила тревога. — Но… я тут подумал… Вы не хотели бы отправиться с нами? То есть… они ведь все равно докопаются, что вы убили того федерала, верно? Вы попадете в тюрьму.
Да, они обязательно до всего докопаются. Он знал, как все сработает. Они соберут улики, возбудят дело. Незачем рисковать, иначе какой-нибудь дотошный репортеришка обязательно разнюхает про ту небольшую сделку с наркодельцами, которую они надеются сохранить в тайне. Федералы связывали с ним определенные надежды, и он их оправдал, а смерть Джими будет представлена как очередное отвратительное убийство, совершенное в Кольце. Он возьмет к себе на проживание котика. И никаких осложнений. Дело разрешится тихо, по-семейному.
— Я пойду с вами, — прохрипел Аман. — Вам не помешает совет, как оставаться невидимыми. У меня есть выход на улики, которые вам понадобятся… в этом деле с наркотиками. Выборы обещают быть интересными. — Он не умолял их, нет. Просто услуга за услугу.
— Вы не можете поехать с нами, если у вас есть чип. — Из-за плеча Дарена выглянула женщина — испанский тип, холодный взгляд, уверенная начальственная манера. — А нам пора отправляться прямо сейчас.
— Я знаю. — Хорошо хоть, чип зашит в здоровом плече.
Она все сделала, воспользовавшись крошечным лазерным скальпелем, — ловко и уверенно, что свидетельствовало о медицинской школе или, может быть, даже дипломе врача. Было больно, но ничего похожего на горящие уголья в левой руке. Вскоре его уже грузили на заднее сиденье машины в кромешной тьме.
Аман стал невидимым. С этой секунды. Он перестал существовать в электронной реальности города. Если бы он вернулся в свою квартиру, то не смог бы в нее войти. В угловом магазинчике от него не приняли бы ни карточки, ни наличных. Он чувствовал себя голым. Нет, он чувствовал себя так, будто больше не существовал. Смерть и то была бы менее окончательна, чем это состояние. Интересно, чувствовал ли себя так Ави в первую минуту. «Я бы, наверное, сумел найти его», — подумал Аман. Если бы кишка не была тонка.
— Я рад, что вы едете с нами. — Дарен сидел рядом с ним в грузовике — или что там была за колымага, — пока они тряслись по разбитой дороге, направляясь к ближайшей освещенной улице. — Леа говорит, что вы скорее всего не умрете.
— Я в восторге.
— Возможно, нам удастся воспользоваться этой историей с наркотиками. Мы могли бы повлиять на исход выборов и добиться, чтобы выбрали наконец кого-нибудь честного.
«Нет, он такой же безнадежный, как Джими», — подумал Аман. Хотя… почему бы не надеяться?
— Вы похожи на главу нашего ордена, — задумчиво произнес Дарен. — Он ненамного меня старше, но он очень умный. Настоящий гений, и ему не безразлична судьба каждого человека в ордене. Она, то есть Земля, действительно для него многое значит… Ави будет вам рад по-настоящему.
Ави.
Аман закрыл глаза.
— Эй, вы как? — Дарен схватил его за плечи. — Только не умирайте. После всего, что было… — Мальчишка запаниковал.
— Не умру, — прошептал Аман. Ему даже удалось выдавить из себя тихий смешок, не причинивший особой боли.
Возможно, их битву все-таки нельзя считать последней. Он чуть было не поверил в богиню, которой поклонялся Ави. Чуть было.
— Ваш глава ордена ни черта не смыслит в конспирации, — прошептал Аман и потерял сознание.
Примечания
1
«Search Engine», by Mary Rosenblum. Copyright © 2005 by Dell Magazines. First published in Analog Science Fiction and Fact, September 2005. Reprinted by permission of the author.
2
Теория Геи (Gaia theory; Гея, древнегреческая богиня Земли) — это теория, в основе которой лежит гипотеза о взаимодействии живой материи с ее окружением. Наша планета Земля обладает «разумом», связанным с остальными «живыми» планетами. Автор биосферной «теории Геи» британский эколог Джеймс Лавлок (James Ephraim Lovelock, 1919) утверждает, что Земля, стремясь к самосохранению, может уничтожить человечество, которое оказывает на природу негативное воздействие. Теория Геи, сформулированная Лавлоком, вдохновителем «зеленых», еще в 1968 г., на сегодняшний день в связи с так называемым глобальным потеплением, как никогда, актуальна.
