Не стесняйся.
После ужина Вова остался с Александром Михайловичем наедине.
— Ты мне все-таки скажи, сколько я тебе должен?
— Нисколько. Я Вам ничем не помог.
Александр Михайлович отрицательно покачал головой.
— Ну, так дело не пойдёт… Знаешь, что такое бесплатная работа? Это рабство. — и он протянул Хару конверт — Держи.
— Нет, правда, не надо.
— Так, отставить разговоры! — Александр Михайлович посмотрел на Вова с напускной строгостью. И он поддался.
— Спасибо.
— А теперь давай обсудим нашу ситуацию. Я тут кое-что набросал… Имеем же мы право обжаловать это решение?
— Да, конечно.
— Ну вот и здорово! Присаживайся.
= два месяца спустя =
*
За многие годы работы необходимость в будильнике отпала. Когда на циферблате мелькнула отметка 6:00, Алексей Макарович уже не спал. Он лежал один на твёрдом матраце своей большой кровати и смотрел в окно.
Утро было его любимым временем суток. В этом полумраке ещё едва видна грань между реальностью и сном.
На рассвете он прогулялся с собакой. За завтраком пролистал новости. Сложил документы в чемодан и не спеша поехал на работу. В суд.
Алексей Макарович Рудов был одним из старейших судей в стране. Количеству его регалий мог бы позавидовать любой сотрудник суда. Именно поэтому у него не установлена DL-6. Он просто сказал: «Не надо» и вопрос отпал. Руководство не осмелилось перечить воле такого уважаемого сотрудника. К тому же они понимали, что этот человек скоро уйдёт на пенсию.
Он оставил машину на парковочном месте и вошёл в лифт.
— Здравствуйте! — сказала одна из молодых сотрудниц.
— Добрый день.
В кабинете Рудова, как и дома, царил идеальный порядок. На столе аккуратной стопкой сложены папки с делами. Несколько фотографий из мест, в которых он отдыхал. Цветок на окне (поливать раз в неделю).
Он поставил чемодан на стол, включил кулер и приоткрыл жалюзи. Переобул ботинки на туфли. По телевизору показывали какую-то передачу про одну из множества войн (Рудов не любил работать в тишине — привычка одиночки). Пока кулер разогревался, он открыл свежую пачку чая и бросил несколько ложек в заварник.
Из окна его кабинета видно двор суда, входное крыльцо. Под старым раскидистым дубом стоят аккуратные лавочки, разбит цветник. Через двор к зданию суда спешат люди. Сегодня апелляционный день.
Вот под дубом остановился молодой человек, поставил чемодан на лавочку и достал сигареты. Он курил жадными глубокими затяжками. Переминался с ноги на ногу. Явно нервничал. Да, что поделать, такая уж у вас, представителей, работа — переживать за результат суда.
Алексей Маркович не нервничал. Сейчас с появлением DL-6 судьи перестали думать своей головой. Они полностью опираются на эту силиконовую бляху у себя в запястье, на голос, который указывает им — как поступать.
Старикам повезло, они не видели всего этого идиотизма. DL-6 помогает принимать «правильные» решения в соответствии с нормами и предписаниями. Но что делать, если ситуация нестандартна и обычное линейное решение не подходит?
Куллер закипел. Алексей Маркович оторвался от своих мыслей и заварил чай. Сегодня будет долгий и непростой день.
*
Шёл третий час заседаний. Отслушали уже четырнадцать дел. Это довольно неплохо. По крайней мере, есть надежда, что обед начнётся вовремя.
Суд апелляционной инстанции отличается от районных судов тем, что дела слушают не один, а сразу три судьи. В зале заседания присутствуют также стороны дела — истцы, ответчики, их представители, третьи лица, прокурор и так далее.
Докладчик озвучивает обстоятельства дела. Затем слово предоставляется сторонам, их представителям, прокурору. После обсуждения дела судьи удаляются в совещательную комнату, где должны втроём принять коллегиальное решение. Обычным большинством голосов.
Так должно быть. Но в реальности происходит иначе. Докладывающий судья готовится к делу заранее. Изучает все обстоятельства, делает закладки в ключевых местах и — заранее принимает решение. Сам. В день заседания этот судя чаще всего уже имеет при себе заранее заготовленный текст определения по делу. А остальные двое судей чаще всего молчаливо соглашаются с ним.
Если кто-то из них все же не согласен с позицией докладывающего судьи, он может попытаться переубедить коллег. Или изложить своё мнение в отдельном определении. Но, как показывает практика, это происходит крайне редко.
Докладывающий судья положил перед собой очередную папку и назвал стороны:
— Комитет Управления к Мархасову Александру Михайловичу, Мархасовой Наталье Игоревне. Стороны, представители проходите на первый ряд. Документы, доверенности передавайте секретарю.
Когда прозвучали фамилии, выражение лица Рудова поменялось. Он придвинулся к столу, надел очки и посмотрел на дело.
Мархасова Наталья Игоревна… Ошибка? Нет, всё верно. Может, совпадение? …и Мархасов Александр Михайлович. Дважды совпало? Вряд ли. И всё же…
Он посмотрел в зал.
На первом ряду сидели только представитель Комитета и тот самый молодой юрист, что курил сегодня под деревом. Мархасовы в суд не явились.
Можно проверить ещё дату её рождения. Рудов прекрасно помнил этот день. Но сейчас докладчик зачитывал апелляционную жалобу, взять документы у него из рук невозможно. Что ж, подождём, послушаем.
Алексей Макарович откинулся на спинку стула. Память унесла его на много лет назад — в ту пору, когда Рудов только-только поступил на юридический факультет.
*
Слушать практикующих юристов намного интереснее, чем теоретиков, потому что их лекции наполнены реальными примерами, ситуациями из жизни, какими-то курьезными моментами. Теоретики же, особенно молодые, носа не поднимают из учебников. Они частенько говорят заученными фразами и понятиями.
Хуже преподавателей-теоретиков только преподаватели-теоретики, которые пишут свои учебники и заставляют студентов учиться именно по ним. Получается теория, помноженная на теорию. Никакого отношения к реальной жизни.
Сейчас студентам повезло. За трибуной стояла женщина-лектор, очень опытный, практикующий юрист.
— Однажды старушка украла чайник за тридцать копеек. Её поймали, отдали под суд. На защиту старушки встал адвокат Плевако. Прокурор настаивал на том, что частная собственность священна, закон суров, но он — закон, а значит старушку надо наказать. Присяжные слушали его и соглашались. Но вот слово взял адвокат Плевако. Он сказал: «Много бед, много испытаний пришлось претерпеть России за более чем тысячелетнюю историю. Печенеги терзали ее, половцы, татары, поляки. Наполеон с армией из двунадесяти языков обрушился на неё и взял Москву. Все вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь… Старушка украла старый чайник ценою в 30 копеек. Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет безвозвратно!». Как выдумаете, какое решение приняли присяжные?
— Её оправдали?
— Да. Оправдали. Для чего я вам всё это рассказала? Вы, будущие юристы, должны научиться думать нелинейно. Не бывает двух абсолютно одинаковых ситуаций.
