Самым колоритным персонажем оказался тот, кто сидел в будке под навесом, что венчала всю эту недоколесницу. Он был более бледнолицым и очень жирным. Нет. Я ничего не имею против людей с лишним весом. Но не до такой же степени. Я так, примерно на глаз, определил, что вес этого «сала» уж никак не меньше трёхсот килограмм. Кожа толстыми складками лежала на этом грушеподобном теле, а голова покоилась на нескольких подбородках сразу.
Теперь понятно, почему тяни-толкатели повозки были такими худыми. Их либо вовсе не кормили, либо они питаются тут по остаточному принципу. То есть тем, что останется после обеда жирного монстра и пары его копьеносцев-охранителей. А судя по мускулистым торсам этих суровых вояк и свиному рылу, сидящему в будке, жрут они много и с удовольствием.
Я уже оценивающе оглядел «воинов». Дикари какие-то, на первый взгляд, но с винтовками. Из одежды на них были только какие-то штаны непонятного цвета свежей пыли. Носильщики-толкальщики, те и вовсе из одежды имели набедренные повязки. Но зато на мешке с салом, сидящем в будке, была надета ярко красная юбка. Н-да… Кажется, юбка. По-другому я и не смогу никак назвать тот кусок красной ткани, обмотанный вокруг бёдер… По крайней мере, вокруг того места, где присутствуют бёдра у нормальных людей, а не у таких, как вот этот вот… Три в одном.
Не завидую я таким крупным людям вне зависимости от пола. Сплошное неудобство иметь лишние килограмм двести веса. Ходить тяжело, сидеть тяжело, лежать не всегда удобно, зато всё время хочется жрать и пот течёт ручьями…
* * *
Прибывшая компания монументально стояла, уставившись на меня. Пыль оседала вокруг них. Молчание продолжало висеть в воздухе, а атмосфера нагнеталась…
— Хей! — наконец-то нарушил молчание один из воинов. — Сам хто?
Ну, не фига себе, вежливое приветствие? Это примерно, как в тёмном переулке, услышать за спиной топот гопников, а потом: «Эй, ты! Деньги есть? А если найду?»
— А сам-то ты кто? — не стал я менять градус разговора, переходя на язык собеседника.
— Дрин. — был мне ответ.
— Чё? — не понял я.
— Ты! — разговорчивый дикарь выставив в мою сторону своё оружие.
— Ну, я. И что дальше?
— Хто?
Я так понял, что словарный запас у местного переговорщика очень ограничен. Видно, мне придётся брать нить беседы в свои руки.
— Что вам тут надо? Это наш корабль. Проваливайте туда, откуда пришли!
Вояка с недоумением посмотрел на меня, а потом обернулся и посмотрел на тушу, сидящую выше нас, на грёбанной телеге. Похоже, что тупому исполнителю было непонятно, что делать дальше и он спрашивал у своего «босса» о своих дальнейших действиях. Причём делал это молча. Судя по всему, слова уже были и не нужны.
— Кто это? — раздался Маринкин голос.
Она выглядывала через ржавый борт, с удивлением разглядывая вновь прибывших. Ну и естественно, всё внимание тут же переместилось на неё.
Я даже не успел подумать: «На фига она вылезла?», как жирная тварь, указав на Маринку пальцем такой же неимоверно толстой руки, извергла из губастого рта очень высокий, почти визгливый звук:
— У-упит!
Не знаю, что это означало, но похоже было на слово «убить». Сразу же после этого визга оба «бойца» рванулись вперёд. В их движении не было никакой грации или плавности, которая была присуща воинам-индейцам. Уж я-то насмотрелся на то, как мягко и почти бесшумно двигался Койот Без Следа из племени сиксика. Правда, когда я дрался с этим, как его… Орлиное Перо, кажется. Тот пёр на меня как носорог, ничего не замечая вокруг. Это ему и не позволило, даже с ножом в руках победить меня, совсем безоружного.
Вот и эти двое топотали как слоны, похоже, полагаясь только на свою силу и острые штыки на винтовках в их руках. При этом они даже не сделали попытки прицелиться или выстрелить в меня. Ну а я уже выдернул из кармана руку с ножом. Но это было, скорее всего так, только для своего собственного успокоения. Лезвие складного ножа не больше десяти сантиметров длиной, против двух вооружённых винтовками с пристёгнутыми штыками оглоедов, то ещё «серьёзное» оружие. Но я машинально отступил на полшага назад, уже приготовившись поднырнуть под нацеленный мне в грудь штык, чтобы даже таким слабым ножом постараться нанести один, но смертельный удар в незащищённое мест на теле атакующего меня здоровяка. Если мне это удастся, то половина победы, считай, у меня в кармане…
Про то, как будет при этом действовать второй, я подумать как-то уже не успевал. Но… Это мне и не понадобилось.
Два громких хлопка, и оба-двое вооружённых противников уже валятся на землю. А так как они почти бежали на меня, учитывая силу инерции, трупы оказались лежащими почти у меня под ногами. То, что враги уже сдохли, я понял сразу. Подёргались лишь слегка и затихли.
Убрав своё несерьёзный ножик в карман, не забыв его перед этим сложить, я поднял с земли винтовку одного из своих бывших врагов…
— Лёха! — крикнул я не оборачиваясь. — А ты не говорил, что у тебя с собой пистолет есть.
— А ты не спрашивал. — послышался голос откуда-то сверху.
Ну, правильно. Он же на мачту полез, чтобы с высоты посмотреть куда-то вдаль. Похоже, что пришельцы его или не заметили, или не приняли всерьёз.
— И много у тебя с собой ещё боеприпасов? — спросил я с надеждой.
— Не так чтобы очень. На полноценный бой не хватит. Но с десяток голодранцев ещё смогу положить.
— Не выёживайся, брат! Спускайся вниз! Бери ружьё и присоединяйся ко мне!
Но не успел Лёшка спуститься с мачты, как из-за моей спины, грациозно, как пантера, показалась Маринка, и подхватила свободную винтовку.
— Она не заряжена даже. Патронов нет. — тут же сообщила Маринка. — Хорошо ещё, что штык есть. А без него была бы просто большая неудобная дубинка.
Я глянул на то, что держал в руках. А и правда. У моей винтовки даже затвор и то отсутствовал. Только штык кровожадно блестел на солнце.
Ну а в стане врагов, тем временем, произошла заминка. Туша на «телеге» больше не визжала, а полуголые тяни-толкатели, замерли, не проявляя никакой агрессии в нашу сторону. Похоже, что им было всё равно, кто победит. Они просто отдыхали, стоя на своих местах. Прямо, как лошади, запряжённые в карету. Похоже, что их ранг в местной иерархии находится на уровне рабочего скота.
Куда же мы, блин, попали? С одной стороны, можно подумать, что всё это, окружающее нас запустение, это последствия той фигни, которая случилась из-за меня там, в том мире из которого мы сюда попали. Ну, да… Индейцы сгоряча запустили ядрён-батон незнамо куда. Наши или китайские системы среагировали на это, как на агрессию, и пальнули в ответ. Ну а потом началось… Война всех против всех. И, конечно же, обещанные учёными последствия. Сперва пожары и разруха по всей земле. Сколько там было накоплено на Земле ядерных зарядов? Да хрен его знает. Думаю, что всем хватило.
А что могло быть потом? Да никто точно не знает. Одни учёные утверждали, что всем кирдык настанет. Сперва всё сгорит к чертям собачьим, безжалостно сжигая кислород. И при этом должно было сдохнуть почти девяносто процентов всего живого на земле. Ну а потом, когда пыль и пепел плотно перекроют солнечный свет, наступит ядерная зима. И всё, что не сгорело, должно по идее замёрзнуть на хрен.
Невесёлая картинка получается. Сперва всё сгорело, потом замёрзло. Солнце не светит, фотосинтез не работает, осадки не выпадают. А если и льётся с неба какой-нибудь кислотный дождик, то это на пользу будущему урожаю точно не идёт.
Сколько должно пройти лет… десятилетий для того, чтобы все более-менее пришло в норму? Вот сейчас вокруг грёбанная пустыня, и хрен его знает, сколько радиоактивной пыли поднимается при каждом шаге по этой выжженной земле.
— Саня! Ты думаешь, что они нас понимают? — спросил меня Лёха, спустившись с мачты.
— Ну… Слова вроде бы похожие на наши были.
— Эй, ты! — крикнул Лёшка в сторону жирной туши. — По-русски понимаешь?
