Дверь послушно скользнула в сторону, и мрачная троица тут же заполнила собой не слишком просторный офис.
Сразу стало ясно, кто же из них, собственно, является Джанни Большой, а значит, и главным действующим лицом в предстоящем представлении. Им оказался тот из троих, галстук которого вызывал наибольшие ассоциации с картиной ночного пожара где-нибудь в джунглях Гринзеи. Судя по всему, только он и проявил какой-то интерес к личности Агента на Контракте. Выразилось это в том, что он решительно шлепнул на его стол свою шляпу, развалился в кресле, предназначенном для клиентов, и достал из внутреннего кармана тисненой кожи футляр с сигарами. Минуту-другую он выбирал, какую из своих «гаван» пустить в дело, еще столько же обрезал избранницу серебряным ножичком — изрядно накрошив на потертый ковер — и наконец раскурил ее от пламени массивной золотой зажигалки размером с походный примус. Испрашивать разрешения хозяина кабинета пан (или синьор) Волына и не подумал.
Вне всякого сомнения, пан или синьор был небедным. Закон Большой Колонии обкладывал ее граждан солидным налогом за пользование табаком.
Некоторое время он недобрым взглядом рассматривал хозяина кабинета сквозь облако сизого дыма и мгновенно возникшей взаимной неприязни. Два его спутника, не снимая шляп, принялись неторопливо слоняться по кабинету, изучая — от нечего делать — его нехитрое убранство: пару разностильных шкафов для бумаг, дешевый терминал Сети, несколько взятых под стекло ксерокопированных дипломов на стенах, макет древнего клипера на специальной полочке и коллекцию портретов великих сыщиков двадцатого века. В основном это были фотографии. Те же из знаменитых сыщиков, что являлись плодом воображения досужих литераторов, были представлены работами различных иллюстраторов или кадрами из фильмов. Коллекцией этой Ким очень гордился. Досталась она ему в наследство от первого его партнера — человека, отдавшего душу богу или дьяволу при очень непростых обстоятельствах.
Перед принявшим совсем уж затейливую форму психоморфом оба типа замерли в молчаливом раздумье.
Ким демонстративно не торопился выяснять у нагловатых посетителей, чем он может быть им полезен. Так что начинать разыгрывать партию пришлось все-таки главе прибывшей делегации.
— Волына, — наконец соизволил представиться он, толкнув по столу по направлению к Киму свою визитку.
Тот не стал торопиться брать ее в руки, а просто, слегка скосив глаза, пригляделся к этому атрибуту делового знакомства. Атрибут уточнял характер предпринимательской деятельности господина Волыны. «Волына и Барбер. Оказание услуг» — значилось на белоснежном прямоугольничке. Ким не стал интересоваться, оказанием какого именно рода услуг занимаются господа Волына и Барбер. И кому они их оказывают. Он продолжал ждать.
Клиент сделал следующий ход.
— Я вас нанимаю, — невозмутимо сообщил он Киму. И уже чисто для проформы добавил:
— Вы согласны принять заказ на розыск физического лица?
Ким натянуто улыбнулся в ответ.
— Я могу заключить с вами контракт и дальше действовать в качестве вашего агента, если вы э-э... потрудитесь изложить мне обстоятельства дела, которое привело вас ко мне, — благополучно справился Ким с фразой, прямо-таки взятой напрокат из наставления по работе с клиентурой для начинающих детективов.
Следовало бы добавить еще пару пассажей относительно его обязанности соблюдать при исполнении условий контракта федеральное и региональное законодательство, но вид потенциального клиента явно не располагал к подобного рода упражнениям в красноречии, и Ким благоразумно воздержался от излишней риторики.
— Обстоятельства простые, — неприятным тоном уведомил его пан («все-таки, по всему судя — пан», — решил про себя Ким) Волына. — У меня сперли деньги, и я хочу, чтобы вы мне нашли воришку. Только и всего!
Над столом поплыло новое облако сигарного дыма.
— Гм... Вы пробовали обратиться с вашей проблемой в полицейский участок? — попробовал уточнить Ким.
Физиономия пана Волыны — и без того малоподвижная прямо-таки окаменела.
— А как вы это себе представляете? — ядовито осведомился он так, словно речь шла о чем-то невероятном. — То, что Джанни Волына обратится в полицию?
Его спутники подтвердили изумление шефа непроизвольными смешками.
— Да и кроме того...
Волына описал над столом дымящейся сигарой небрежную загогулину.
— Полиция не возьмется за это дело — раз уж я сразу не поймал шкета за руку. Я ведь и не подумал брать с него расписку или что-нибудь вроде этого...
— Тогда каким же образом вы хотите вернуть... — начал формулировать свой вопрос Ким, но Волына на корню пресек эту попытку.
— Таким! — рявкнул он, швырнув сигару на стол. — Это мое дело, то, каким образом я буду возвращать свои деньги! Ваше дело — его мне найти!
— Так... — вздохнул Ким. — Заранее должен предупредить вас, что если это лицо впоследствии подаст на меня в суд за соучастие в шантаже, или...
— Это лицо не подаст! — снова оборвал его Волына.
Он поднял сигару со стола и, морщась, отряхнул ее. Снова дыхнул вонючим дымом и уставился на Кима кабаньим взглядом — зло и вопросительно.
— Ты берешься за дело, мастер, или мы так и будем воду в ступе толочь?
Ким с каменным лицом смахнул пепел со стола.
— Прежде всего, надо оговорить... — снова начал он.
— Вот тебе на предварительные расходы...
Волына бросил на стол рядом со своей шляпой пачку федеральных кредиток. Пачка выглядела убедительно.
— А в контракте запиши: сотня за час. За розыск здесь все берут так. Плюс всякие накладные расходы...
Ким молча достал из ящика стола стандартный бланк расписки и стал заполнять его. С этого момента он снова становился Агентом на Контракте. Второй раз за этот странный день.
— Расскажите мне о человеке, которого надо найти, — сухо попросил он.
— Его хорошо знают в Нижнем городе, — чуть более благодушно начал клиент. — Это — паренек папаши Нолана...
Ким оцепенел.
— Кажется, он ему на самом деле отец, — как ни в чем не бывало продолжал ничего не заметивший Волына. — По крайней мере — приемный. Так что, стало быть, его фамилия и будет Нолан. Орри Нолан. Я передал ему четырнадцать штук. Хотел сделать взнос на этот их Храм...
— Сколько лет парнишке? — ничем не выдавая себя, справился Ким.
И это был его первый шаг по тонкому льду лжи.
— Да черт его знает. Такой вот шпентик.
Волына мановением руки довольно точно показал рост Орри.
— И вы доверили такую крупную сумму несовершеннолетнему ребенку?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
