Читаем без скачивания В поисках Эльдорадо - Иван Медведев

На запад

На совете офицеров уже никто не говорил о золоте, речь шла только о спасении жизни. Конкистадоры решили построить лодки и плыть вдоль берега на запад к испанскому поселению Пануко в Мексике. Из-за неточных географических знаний начала XVI века испанцы думали, что спасительная гавань располагалась в 70 лигах[2]. Тогда как на самом деле до Пануко было 700 лиг – почти 4000 километров!

Шпоры, стремена и арбалеты перековали на гвозди, пилы и топоры. Вместо пакли использовали мох, из рубашек сшили паруса. Волокна пальмы, лошадиные хвосты и гривы пошли на снасти. Через полтора месяца пять лодок было готово.

Съев последнюю лошадь, испанцы отправились на запад. Теперь они страдали не только от голода, но и от жажды, так как у них не было больших емкостей, чтобы взять с собой пресную воду. Необходимость постоянно пополнять ее запасы заставляла конкистадоров часто приставать к берегу, где индейцы-апачи встречали их дротиками и стрелами. Вблизи устья Миссисипи мощное течение отнесло лодки далеко в море, и в темноте они потеряли друг друга из виду. Когда рассвело, Кабеса де Вака заметил лодку губернатора и попросил, чтобы их взяли на буксир: люди под его командованием выбились из сил и не могли грести против течения. Губернатор ответил, что теперь каждый сам спасает свою жизнь.

Через несколько дней началась буря. Лодку королевского прокурора понесло на крутой волне к берегу и в грохоте прибоя разбило о скалы. Чудом уцелевшие мореплаватели выползли на сушу.

Остров Злосчастья

Отдышавшись, самый крепкий испанец взобрался на высокое дерево и выяснил, что они находятся на острове[3], который назвали островом Злосчастья. На следующий день чужаков окружили несколько сотен рослых индейцев из племени дакота. Среди конкистадоров не нашлось и десятка тех, которые смогли подняться. Индейцы не стали добивать обессиливших беззащитных людей, пожалели и приютили их, устроив по этому поводу праздник. Во время торжества испанцы дрожали от страха, ожидая, когда их начнут приносить в жертву. Но все обошлось, дакота не практиковали человеческих жертвоприношений.

Наступили холода, свирепствовали бури. Одежда конкистадоров истлела. Они, как и индейцы, ходили голыми, дрожа от пронзительного ветра. Пищи на всех не хватало. Некоторые испанцы питались даже мясом умерших товарищей. Вскоре в живых осталось пятнадцать человек.

Врач и купец

Как-то раз жрецы попросили Кабеса де Ваку вылечить больных индейцев. Напрасно он уверял, что не владеет искусством врачевания. Индейцы верили в необычные возможности белого человека и просто приказали ему стать знахарем. Королевский прокурор дул на пациента, осенял его крестом, читал «Отче наш» и «Деву Марию». К удивлению испанцев и радости индейцев многие больные поправились!

Слух о чудесном исцелении облетел соседние племена. С де Вакой стали лучше обращаться, хорошо кормить, одели в теплые бобровые шкуры. Через год белый лекарь переправился на материк и остался жить среди племени чарруко.

Из-за постоянных войн друг с другом индейцы не могли свободно передвигаться по прериям и заниматься торговлей. Кабеса де Вака стал купцом. Он доставлял с берега моря в глубь континента улиток и морские раковины, а обратно приносил шкуры и охру. Среди индейцев де Вака стал известной и почитаемой личностью, изучил шесть местных языков. Во время странствий королевский прокурор встретил немногих уцелевших испанцев с остальных, также потерпевших крушение, лодок их флотилии. Влачившие жалкую жизнь соотечественники рассказали, что многих испанцев индейцы убили, других сделали рабами, а лодку с губернатором Нарваэсом унесло в море – и больше никто о нем ничего не слышал.

Великий путешественник

Прошло шесть лет. Кабеса де Вака решил бежать на запад в поисках «христианской земли». К нему присоединились два испанца и один мавр. Тайно, под покровом ночи, они покинули стоянку племени чарруко.

Путники добрались до владений племени ававаров и, так как у испанцев кончились съестные припасы и начались зимние холода, они решили остаться там до весны.

Ававары кочевали в поисках пропитания. И ели все подряд, вплоть до пауков и червей. Испанцы радовались, когда индейцы давали им скоблить и выделывать шкуры животных: в этом случае пришельцы получали право съедать соскребыши.

Один раз, отстав от племени, Кабеса де Вака заблудился и пять дней прожил в лесу. Замерзая от холода, он наткнулся на горящее дерево – и это спасло ему жизнь. Ночью он прятался в яме, укрывался соломой, раскладывая крестом вокруг себя четыре костра. Случайно он снова набрел на стоянку ававаров, где его уже считали погибшим.

Авторитет испанцев вырос, когда Кабеса де Вака вылечил больного параличом. Отовсюду толпами шли жаждущие исцеления. Женщины несли детей, чтобы белые люди осенили их крестным знамением. Из-за наплыва пациентов, спутники королевского прокурора тоже принялись за «врачебную практику». Многие больные выздоравливали, остальные верили, что поправятся позже[4]. Индейцы называли пришельцев сыновьями Солнца и верили, что никто не умрет, пока «посланцы неба» с ними. Когда белые люди решили отправиться дальше, ававары горько рыдали.

Потянулись бескрайние прерии – территория индейцев-сиу. Всюду испанцев встречали с радостью: слава великих целителей шла впереди них. От племени к племени «посланцев неба» сопровождала многочисленная свита. Охотники на бизонов бесперебойно снабжали их мясом, а индианки готовили пищу и заботились о ночлеге.

Быстро распространился новый обычай. Когда провожатые испанцев входили в селение, они грабили дома, но хозяева не огорчались: право следующего грабежа в другой деревне переходило к ним.

На горизонте выросли Скалистые горы, где обитали враждебные индейцам-сиу племена. Переговоры с ними вели женщины: по местным обычаям дипломатические миссии возлагались на краснокожих леди.

Перевалив горную цепь и упершись в пустыню, отряд повернул на юг, форсировал реку Рио-Гранде и через восемь месяцев блужданий по безжизненным горным плато попал в страну богатую маисом, фасолью и тыквой, населенную племенами навахо. Опрятные индейцы этого племени жили в больших добротных домах, носили рубашки из хлопка, кожаные юбки до пят и обувь. Навахо преподнесли оголодавшим в горах гостям шестьсот сердец антилоп и несколько мешочков камней малахита, который испанцы приняли за изумруды. С появлением «сынов Солнца» племена, воевавшие друг с другом, заключали перемирие.

Продвигаясь дальше на юг, испанцы добрались до западных склонов Сьерра-Мадре, дымившихся от пожарищ. Местные индейцы рассказали, что на их земле бесчинствуют белые люди – охотники за рабами.

В марте 1536 года Кабеса де Вака вышел к лагерю испанских кавалеристов. Одетый в шкуры человек совершенно дикого вида представился королевским прокурором, попросил пришедших в замешательство соотечественников засвидетельствовать год, месяц и день их знаменательной встречи и потребовал прекратить охоту за рабами на основании королевского указа. Королевского прокурора проводили до испанского поселения Кульякан в северной Мексике, а оттуда в Мехико – к вице-королю.

Кабеса де Вака прошел пешком около 6000 километров, первым из европейцев пересек Северную Америку с востока на запад. В 1537 году, после десяти лет странствий по Новому Свету, он вернулся в Испанию.

В царство сыновей Солнца

В 1513 году испанский конкистадор Васко де Бальбоа совершил переход через джунгли Панамского перешейка и открыл Тихий океан. Местные индейцы с побережья щедро одарили пришельцев жемчугом, который ценили не более чем ракушки, но испанцев в первую очередь интересовало золото. На все вопросы белых людей индейцы указывали на юг. Там лежала, по их словам, несметно богатая золотом страна Биру.

Преемники

Через десять лет поисками Биру занялись ветераны испанских завоеваний в Америке Франсиско Писарро и Диего де Альмагро. Финансистом конкистадоров стал богатый и влиятельный священник Эрнан Луке, наживший от грешных и безгрешных дел круглый капитал. Губернатор Панамы Педро Авила благословил союз двух шпаг и денежного мешка за четвертую часть ожидаемых сокровищ.

Через тернии к цели

В течение трех лет Писарро и его компаньоны организовали несколько экспедиций. Оставляя за кормой неизвестные моря, блуждая в непроходимых бесконечных болотах, прорубаясь через увитые лианами тропические леса, штурмуя вздымающиеся Кордильеры, испытывая лишения и болезни, отражая нападения индейцев, с каждым годом испанцы приближались к заветной цели. В одной из стычек Писарро получил семь ран, а Альмагро лишился глаза. Но чем дальше они проникали на юг, тем больше золота находили у прибрежных индейцев, и тем яснее им виделись картины сказочно богатого индейского царства.