— Теперь я еще больше недоволен остановкой в нашей охоте, — сказал Леголас. — Орки бежали перед нами, как будто сам Саурон со всеми своими хлыстами гнался за ними. Боюсь, они уже достигли леса и темных холмов и уже идут в тени деревьев.
— Это горький конец нашим надеждам и всей нашей работе, — сказал Гимли.
— Надежде может быть, но не работе, — возразил Арагорн. — Мы не повернем назад… Но я устал. — Он взглянул на пройденный путь. — Что-то непонятное в этой земле, я не доверяю тишине. Я не доверяю даже бледной луне. Звезды не видны; я устал, и устал так, как никогда в жизни, как ни одни скиталец не устает, идя по следу. Чья-то злая воля придает скорость нашим врагам, ставит меж нами невидимый барьер — усталость, которая больше в сердце, чем в членах.
— Верно! — сказал Леголас. — Я это знаю с того момента, как мы спустились со стены Эмин Муила. Эта воля перед нами, а не сзади. — И он указал на равнины Рохана на темнеющем западе под полумесяцем луны.
— Саруман! — пробормотал Арагорн. — Но он не сможет повернуть нас назад! Нам придется еще раз остановиться. Смотрите: даже луна зашла за облако. Но когда вернется день, наша дорога поведет на север.
Как и раньше, первым встал Леголас, если он вообще спал.
— Проснитесь! Проснитесь! — восклицал он. — Красный рассвет! Странные события ждут нас на краю леса. Добрые или злые, я не знаю, но нас там ждут. Вставайте!
Остальные вскочили и почти немедленно двинулись дальше. Медленно приближался спуск с холмов. Оставался еще час до полудня, когда они достигли его. Зеленые склоны убегали от них прямо на север. Под их ногами земля была сухой, а трава короткой, полоса земли шириной примерно в десять миль лежала между ними и рекой, слабо просвечивающей сквозь густые заросли тростников и камыша. Прямо на запад от самого горизонта южного склона располагался большой круг, где трава была вытоптана множеством ног. От него снова уходил след орков, поворачивая на север вдоль сухих подножий холмов. Арагорн остановился и внимательно осмотрел следы.
— Они здесь немного отдохнули, — сказал он, — но даже дальний след очень стар. Боюсь, Леголас, ваше сердце говорило правду: прошло трижды по двенадцать часов с тех пор, как на этом месте стояли орки. Если они дальше шли с такой скоростью, то они вчера на закате достигли границ Фэнгорна.
— Я ничего не вижу на севере или на западе, только трава, тонущая в дымке, — сказал Гимли. — Увидим ли мы лес, если взберемся на холмы?
— Он еще очень далеко, — ответил Арагорн. — Если я правильно запомнил, эти склоны тянутся на восемь или больше лиг к северу и потом сворачивают на северо-запад, к Энтвошу, а дальше еще остается около пятнадцати лиг.
— Что ж, идемте, — сказал Гимли. — Мои ноги должны забыть мили. Но они шли бы легче, если бы на сердце было легко.
Солнце уже садилось, когда они подошли к концу склонов. Много часов шли они без отдыха. Теперь они двигались медленно, и спина Гимли согнулась. Тверды, как камень, гномы в работе и в пути, но бесконечная охота начала сказываться и на нем, когда надежда покинула его сердце. Арагорн шел за ним угрюмый и молчаливый, снова и снова наклоняясь и осматривая след или знак на земле. Только Леголас ступал легко, как всегда: ноги его, казалось, едва касались земли, не оставляя даже следов; все, что ему было необходимо, он находил в хлебе эльфов, а спал он, если это можно назвать сном, давая своему мозгу отдохнуть, блуждая с открытыми глазами при свете дня в причудливом мире эльфийских сновидений.
— Пойдемте на тот зеленый холм! — сказал он.
Устало следовали они за ним, поднимаясь по длинному склону, пока не оказались на вершине. Этот холм, круглый, гладкий и обнаженный, стоял обособленно у самого северного конца скал. Солнце садилось, и вечерние тени надвигались, как занавес. Путники были одни в сером бесформенном мире. Только далеко на северо-западе на фоне света угасающего дня видна была более густая тьма — туманные горы и лес у их подножья.
— Ничего не видно, что могло бы помочь нам в выборе направления, — сказал Гимли. — Придется снова остановиться и переждать ночь. Становится холодно!
— Ветер северный, от снегов, — сказал Арагорн.
— А утром он был восточным, — заметил Леголас. — Но отдыхайте, если можете. Но не отбрасывайте прочь всю надежду. неизвестно, что будет завтра. Выход часто находят на восходе солнца.
— Солнце трижды взошло со времени начала охоты и не принесло никакого решения, — сказал Гимли.
Ночь была холодной. Арагорн и Гимли спали беспокойно; просыпаясь, они видели Леголаса, стоящего рядом с ними или бродящего взад и вперед, тихонько напевающего что-то на своем языке. Так прошла ночь. Вместе смотрели они, как медленно занимался рассвет в небе, теперь чистом и безоблачном, пока не взошло солнце. Ветер дул с востока и унес весь туман; в резком свете перед ними открылась мрачная обнаженная местность.
Впереди и на востоке видели они ветреные нагорья Рохана, которые уже мелькнули перед ними много дней назад с великой реки. К северо-западу простирался темный лес Фэнгорна, все еще в десяти лигах начинались его тенистые окраины, а дальше он терялся в голубоватой дымке. Еще дальше как бы плавая в сером облаке, видна была высокая вершина Мородраса, последнего пика Туманных гор. Из лесу на встречу им выбегал Энтвош; здесь его течение было быстрым и узким, а берега густо заросли кустарником. След орков поворачивал от склонов к реке.
Проведя взглядом по этому следу к реке, а от реки к лесу, Арагорн увидел на зеленом фоне быстро движущиеся темное пятно. Он упал на землю и внимательно прислушался. Леголас стоящий рядом с ним, прикрыл свои яркие эльфийские глаза тонкой рукой; он увидел не пятно, не тень, а маленькие фигурки всадников, и блеск утра на остриях их копий был подобен блеску слабых звезд, который не различает взгляд смертных. Далеко за ними темный столб дыма поднимался тонкими извивающимися прядями.
Было тихо, и Гимли мог слышать, как шуршит травой ветер.
— Всадники! — воскликнул Арагорн, вскакивая на ноги. — Множество всадников на быстрых конях приближаются к нам.
— Да, — сказал Леголас, — их больше ста. Желты их волосы и ярки копья. Их предводитель очень высок.
Арагорн улыбнулся.
— Остры глаза эльфов, — сказал он.
— Нет? До них не больше пяти лиг, — сказал Леголас.
— Пять лиг или одна, — сказал Гимли, — мы не можем спрятаться от них на этой голой равнине. Будем ли мы ждать их или продолжим путь?
— Мы будем ждать, — сказал Арагорн. — Я устал, а охота наша не удалась. Или же по крайней мере другие легко опередили нас: эти всадники возвращаются по следу орков. Мы можем получить от них новости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
