о моем ночном похождении. — сверлит она взглядом парня, который уселся рядом с Дэном, и я делаю то же самое.
В отличии от Китти, он улыбался до ушей, явно довольный собой.
— И что я в нем нашла только? Ходячее эго. — фыркает она и за пару секунд опустошает бокал.
— Осторожнее. — отсылает угрозу Григорий, но Китти лишь показывает ему средний палец.
— Отвали, ты дал добро на этот вечер, буду делать что хочу. — ухмыляется она, громко выкрикивая, что бы ее сводный брат мог услышать.
Он недовольно отворачивается и мы вновь остаёмся наедине.
Их отношения я никак не могла объяснить, порой Григорий проявлял братскую заботу, в которой Китти не нуждалась, а временами просто игнорировал ее существование.
— Зато ты бы видела, как он смотрел на меня. — самодовольно она произносит, немного понизив голос.
— Как? — словно не знаю, спрашиваю.
— Будто хотел сорвать с меня это тонкое платьице и поглотить каждый кусочек моего тела. — ее лицо вспыхнуло, а я еле подавила смех.
— С каких пор ты начала различать извращённый взгляд от раздражённого?
— С тех самых пор, как сама стала такой. — показательно она убирает свои волосы назад и я усмехаюсь.
— У тебя что там? Закинула удочку? Клюнул? Мы поймали его в сети? — меня пробирает от смеха, и я не сдерживаюсь, начинаю хохотать как сумасшедшая.
— Ты откуда такие фразы взяла? Фильмы пятидесятых? — пытаюсь успокоиться я, прикрывая рот рукой, и неосознанно смотрю в сторону Дэна.
Его слегка потемневший взгляд от алкоголя был направлен на меня, скулы забегали по щекам, от такого напряжённого взгляда я осеклась.
— Ну ты и чудачка! — выдала подруга и я принялась вновь за работу, показав ей средний палец, что сделала и она в ответ.
Через часик мой телефон громко зазвенел, напоминая мне о моих ежедневных процедурах, Китти была только наполовину трезва, но тоже услышала долгожданный звон.
— Я пригляжу тут за всем, иди. — кивает она мне и я бросаю ей благодарную улыбку, мельком взглянув на Дэна, который не обращал на меня внимания. Это хорошо.
Схватив рюкзак с пола, я направилась к двери, которая все время находилась за моей спиной. Там был небольшой склад. Слегка мрачный, тусклый и оттуда пахло сыростью, но я привыкла к этой злосчастной вони.
Я сажусь на коробки из-под пива и достаю инсулин, начиная растряхивать его, словно шейкер и уже вскоре запуская его в свой организм, направляя иглу в живот.
Я достаю маленький бокс с едой и принимаюсь кушать, что бы поддержать организм в норме и не усугубить свою болезнь.
Я протяжно вздыхаю в одиноком помещении, прислушиваясь к мотивам песни, играющей отдаленно за деревянной дверью.
Диабет мне передался с рождения от мамы, я даже представить себе не могу, как она мучалась со мной в первые годы моей жизни, пытаясь следить за сахаром в крови и уберегая от всех опасностей.
После ее потери, жить стало куда сложнее, братец решил взять мое воспитание под свой контроль, и начался самый настоящий ад, огонь которого до сих пор обжигает меня при малейшем воспоминании.
Глава 3
Алексия
Время близилось к пяти утра и это означало только одно- конец моей смены.
В баре было наполовину пусто, в стельку пьяные мужчины громко обговаривали грядущий бой в воскресенье и делали ставки, отдавая все свои последние сбережения Стасу, нашему главному букмекеру.
Несколько парней из Универа исчезли в районе двух часов ночи, когда на горизонте появились девушки, честно признаться, я боялась, что и Данила к ним подтянется, но он удивил меня, оставшись с Григорием.
— Алексссс. — пьяно улыбаясь поднимает голову Китти и я хихикаю.
— Хватит с тебя на сегодня, королева алкашек. — дотираю я стакан и оглянувшись проверяю барную стойку, все было чисто.
Я выхожу за бар и подхожу к подруге, которая развалилась на деревянной стойке. Помада ее размазалась, волосы растрёпанны из-за танцев, платье слегка задрано, а на лице полное счастье. Благо у неё сегодня занятий нет, в отличии от меня, иначе она бы так не напивалась.
Я замечаю шевеление Дэна на стуле рядом, который распластался на стойке так, словно готовился к заплыву.
Я беру за руку Китти, намереваясь поднять, но тяжелая ладонь меня останавливает.
Я насторожено смотрю на Григория, который выглядел трезвым. За весь вечер он ни раз к алкашке не притронулся, заказывая у меня лишь безалкогольные напитки.
И я не могла не заметить, как он из-подполья подглядывал на Китти, то и дело разгоняя от неё пьяных мужчин. Когда подруга отойдёт от похмелья, я ей обязательно это расскажу, пусть порадуется.
В то время Дэн лишь пару раз бросал на меня замысловатый взгляд, без остановки поглощая стакан за стаканом.
В какой-то момент мне показалось, что он не праздновал, а просто пытался забыться. Но я могла ошибаться.
— Я отвезу ее. Нам все равно в одно место. — спокойно говорит и хватает мою подругу на руки без малейших усилий.
Она устало поднимает голову и ее длинные ресницы подрагивают, после чего она слегка открывает глаза.
— Григгггг..- радостно шепчет она и вдруг тянет его за шею со всей силы.
— Китти, какого хера..- пытаюсь я остановить ее, но слишком поздно, она врезается в губы парня своими, а мой рот падает на пол. Вот черт! Она в полной жопе!
Я смотрю на шокированное лицо Григория, который застыл как вкопанный, и позволял Китти терзать его губы.
— Ки- попытался Григорий остановить мою извращённую подругу от изнасилования его губ, но только дал ей возможность просунуть свой язык.
Я прикрываю рот рукой и протяжно выдыхаю. Не так должен был произойти ее долгожданный поцелуй с ним.
Григорий на удивление не оттолкнул Китти, а только прижал крепче к себе, обхватывая талию и ляжки подруги. Спустя секунду он уже закрыл глаза и отдался поцелую сполна, нападая на подругу как животное.
А я все продолжала смотреть. Господи Иисусе, я что, тоже извращенка? Я была рада за подругу и одновременно до усрачки испугалась.
Я отвернулась от них и громко прочистила горло.
— Григорий, если ты сейчас займёшься с ней сексом на моих глазах, и пока она в неминяемом состоянии, я клянусь, я отрежу твоё достоинство этими ножницами! — беру я орудие убийства в руки с барной стойки и вновь оборачиваюсь к парню. Он наконец отпустил ее губы и Китти блаженно вздыхая упала на его плечо.
Его губы было красными из-за помады подруги, а взгляд серых глаз до жути потемнел. Не удивлюсь,
