на лайки, комменты и поглаживания по головке в трудные моменты.
Бен меня разочаровал. Среди книг, которые он взял с собой, не было ничего рукописного. Я перетрясла их в надежде найти хоть какое-нибудь письмо (народ же тогда переписывался не эсэмэсками!), и также без успеха. Зануда! И книги у него занудные! Ни детективчика, ни журнальчика с голыми девочками. Фигня одна. «Путешествия по Криту» некого Пэшли вообще, по ходу, учебник. А это вообще не по-русски и не по-английски: «Дер сосиалисмус унд коммунисмус…» Ужас, он что, призрака коммунизма по ночам вызывает?!
Бен, ты нормальный человек или как?
В задумчивости посидела, как дурак, на полу. Во всех деталях разглядела свои ботинки как минимум сорокового размера вместо привычного тридцать пятого. Вслух задала несколько интересующих меня вопросов, однако ответов всё равно не получила. Нечестно, в книгах и фильмах на этом моменте появляется кто-то всезнающий, или, в крайнем случае, чей-то голос ниоткуда отвечает на мольбы неудачника…
– Ваш ланч, сэр.
Нет, не так! «Овсянка, сэр», блин.
Выйдя из гардеробной, я заметила молодую женщину в плотном сером платье с белым фартуком. Её бы приодеть, причесать и накрасить, а то вид уж больно унылый. Она поставила на стол поднос, заставленный всякой ерундой. Баночка колы и пакетик чипсов – вот мой обычный полдник, а тут одной посуды немерено. Одарив меня опасливым взглядом, служанка принялась сервировать стол.
– Да не надо. Я сам.
Фух, чуть было не сказала «Я сама». Интересно, меня могут спалить на подобном или всё-таки всплывёт особенность английского языка не выдавать пол говорящего, как у нас, окончаниями?
Не только я зависла. Женщина тоже замерла, только, по-моему, её мучили далеко не филологические рассуждения.
Я постаралась снять напряжение.
– Не люблю, когда со мной нянькаются.
В доказательство своей самостоятельности я переставила с подноса маленький заварочный чайник с танцующей парой в бальных нарядах, сливочник, сахарницу, чашку из того же набора и тарелку с сэндвичами.
Служанка смотрела на меня со смесью страха и презрения, как будто я это всё украла и без зазрения совести похвасталась добычей.
Отпущу-ка я её, чтобы мы друг друга не нервировали… Э, нет. Пусть останется. Это же знак, а я его чуть не прохлопала! Слуги же только с виду белые и пушистые, хотя в данном случае серые и зачуханные, они люди глазастые и ушастые, всё про всех должны знать.
– Не уходите, вы мне нужны.
Служанка прижала к груди поднос и поджала губы, словно хлебнула лимонного сока. Да чего она так шарахается? Узнала, что Бен чуток не в своём уме, и теперь думает, как бы псих на неё не кинулся.
– Не бойтесь меня, – я понизила голос, от чего он прозвучал слишком томно.
Эффект вышел обратный. Женщина отшатнулась от меня, как от прокажённого, и поднос в её руках теперь выглядел щитом.
Не сводя взгляда с этой забитой дуры, я плюхнулась на кровать.
– Вы уйдёте тогда, когда окажете мне одну несложную услугу.
– Нет, сэр, – она качнула головой. – Этого не будет.
Опа! Она и с хозяином так себя ведёт? Или в этом доме вся прислуга не любит гостей? Хотя я это могу понять, невесело чаи разносить каждому бездельнику.
– А если я хорошо попрошу? – я улыбнулась, светясь дружелюбием. В аниме вокруг меня звёздочки бы нарисовали.
Однако сверкательная атака не сработала. Женщина чуть ли не бегом бросилась к двери.
– Да стой ты!
Я подскочила к ней и коршуном вцепилась в её плечо. Упавший поднос неожиданно больно ударил по ногам.
– Не убегай, – я второй рукой взяла её за талию. – Да не дрыгайся!
Истеричка трепыхалась пойманной птицей.
– Прошу вас, отпустите! Пресвятая Богородица, помоги мне!
– Да хоть Супермена зови на помощь! Ты можешь просто сделать то, что я говорю?!
Она так яростно вырывалась, что мне пришлось её отпустить. Обидно упускать добычу, тьфу, то есть информатора, но ещё обидней было бы получить ногой в пах. Лишь когда нервная служанка скрылась из виду, до меня дошло, что проделать такой трюк ей бы не дали юбки.
Если ланч пришлось слопать в одиночестве, то на обед меня изволили пригласить. По правде говоря, я даже была рада немного побыть в компании, пускай и такой сомнительной. Неизвестность изводила меня хуже гудения соседского пылесоса в субботнее утро, и, как назло, начала давать о себе знать банальная скука. А скучать я не люблю! Практически всё время до обеда я провела в саду, оглядывая окрестности и играя с Тоби. Кстати, благодаря забытому в беседке журналу для охотников я выяснила, что мой новый друг – бигль. Несмотря на то что в издании отсутствовали фотографии, чёрно-белые (если так можно сказать о желтоватой бумаге) рисованные иллюстрации были понятными. К сожалению, та статья была не о биглях, а об охотничьих собаках в целом, но мы с Тоби не стали расстраиваться. Побегать можно и без википедийных знаний.
– Это что такое? – я с любопытством указала на поджаренные куски теста, которые подали к ростбифу.
Эндрю деловито покашлял в кулак.
– Для начала усвой основы. Это, – он поднял свою вилку, – трезубец для отправки еды в рот…
– Как жаль, что ты не помнишь, что эта штука называется «вилка», – ядовито перебила я его.
Хотела выразиться порезче, но придержала коней. Меня точно сочтут за психа, если буду рассказывать, что ложкой удобно выскребать мозги, а нож можно кое-куда воткнуть.
Во взгляде Джона промелькнуло театральное сочувствие.
– Пудинг. Бенни, это пудинг.
Ага. Алиса, это пудинг. Пудинг, это Алиса.
Нечего мне голову морочить! Как будто я не знаю, что пудинг – это десерт, их ещё в баночках как для йогурта продают. Дома я часто балую себя этой вкусняшкой, так что меня не проведёшь.
– Йоркширский пудинг, если уж совсем точно. – Сэр Эндрю невозмутимо резал ростбиф у себя в тарелке. – Мальчики, будьте добры, перестаньте издеваться над Беном. Ему необходимо всё вспомнить, а вы сбиваете его.
– Вот именно, – поддакнула я.
Сэр Эндрю поднял на меня глаза.
– Ангелов за этим столом нет. Миссис Флетчер посчитала своим долгом доложить, что мистер Хант едва не снасильничал горничную. Между прочим, порядочную девушку, придерживающуюся строгих нравов.
Мой нож неприятно звякнул об тарелку. Чтобы я кого-то изнасиловала – да вы что?!
– Ваша порядочная девушка очень нервная особа, – твёрдо произнесла я, стараясь подстраиваться под местную манеру речи. – Я всего лишь хотел уточнить, где нахожусь и что собой представляет хозяин дома, ибо мне стыдно с этими вопросами подходить напрямую к вам. Возможно, её насторожила моя фамильярность,
