тело стало ватным, как при обмороке, а в ушах образовалась какая-то звенящая пустота. Ох, до чего же неприятное ощущение. Не знаю, сколько я так «летела», но в какой-то момент все прекратилось так же резко, как и началось. И под собой я ощутила, наконец, твердую поверхность.
Я сидела, нет, практически лежала, на чем-то мягком, напоминающем пушистый ковер. Хотя странно, какой может быть ковер на улице и уж тем более на дне люка? Но думать об этом я еще была не в состоянии, звон в голове так и не утихал. Подумала, что лучше еще немного полежу, пока головокружение не пройдет окончательно и уже потом посмотрю, куда меня угораздило упасть.
Однако не успела я об этом подумать, как меня кто-то бережно, но очень настойчиво начал ставить на ноги. Я хотела возразить, что этого лучше не делать и что мне еще не очень-то хорошо, но из горла вырвался лишь хриплый стон. Хм, значит разговаривать я пока тоже не в состоянии. Зато была в состоянии опереться на того человека, который меня удерживал. От него исходило приятное тепло и тонкий аромат чего-то древесного и пряного. Мне вдруг стало так хорошо и тепло, что я позволила себе прижаться к нему чуть ближе, согреваясь и приходя в себя. От этого приятного ощущения я невольно улыбнулась. Мужчина, а это был именно он, чувственно рассмеялся, а над ухом раздался глубокий голос:
— Рад, что вам уже лучше, прекрасная незнакомка. Однако потрудитесь объяснить, кто вы и как именно смогли сюда попасть?
На последних словах голос стал заметно грубее, словно я залезла на чужую территорию в особо охраняемый объект. Но я точно помню, что никуда я не залезала и была всего лишь в своем квартале. Мелькнула мысль, что может я действительно упала в обморок, и меня кто-то принес в ближайшую квартиру?
Ну, мало ли, всякое бывает.
Поэтому я с трудом открыла глаза с твердым намерением объяснить, что никуда я не залезала, а заодно понять, где, собственно говоря, нахожусь. Однако, когда я их открыла, то поняла, что если меня куда-то и принесли, то точно не в квартиру моего квартала. Площадь комнаты, в которой я оказалась, была с размером всей моей квартиры целиком. А я точно знала, что они во всем квартале были типовыми и не отличались большими габаритами. И ведь передо мной была лишь одна комната.
Это я заметила в первый момент, а затем сфокусировала взгляд и поняла, что очень сильно ошиблась. Эта комната была размером не с мою квартиру, а как две, если не три таких площади. И еще это был кабинет, вдоль стен, которого стояли книжные полки, а потолок уходил высоко-высоко. Так высоко, что имелась даже специальная лестница, чтобы суметь без проблем достать нужную книгу с верхних полок.
Окна так же были узкими и очень высокими, доходящими практически до потолка и украшенные красивыми витражами. Что там было изображено, я не смогла разглядеть, так как освещался этот кабинет-библиотека довольно плохо, а за окном было темно. Я посмотрела на источник освещения и поняла..., что совершенно ничего не поняла. Ну, то есть не поняла, как именно кабинет освещается. Свет был мягкий и какой-то рассеянный, словно бы лился отовсюду сразу. Единственным понятным мне источником освещения был большой камин.
И вот тут я окончательно пришла в себя, так как возле этого камина в кресле сидел еще один мужчина и смотрел на меня ледяным взглядом черных глаз. От этого пронизывающего душу взгляда стало не по себе и захотелось куда-нибудь скрыться. Но даже при всем желании я не смогла бы уйти, так как меня все еще крепко удерживали.
С трудом отвела взгляд от мужчины и перевела на того, кто меня удерживал, стараясь разглядеть его лучше. Первым делом поразилась их сходству. Оба мужчины были если не родными братьями, то ближайшими родственниками точно. И в момент, когда я это подметила, мужчина повторил свой вопрос, только уже еще более холодным и требовательным тоном:
— Спрашиваю еще раз, кто вы и каким образом попали в этот особняк?
— Куда попала?
Короче я не совсем поняла, куда именно я попала, но то, что попала по полной программе, стало понятно и без слов.
Глава 2. Другой мир
Пока я соображала, куда именно я попала и что могут значить слова незнакомца, он повторил свой вопрос. Только на этот раз его голос звучал намного требовательнее.
— Дорогая, вы меня слышите? Вы в состоянии разговаривать или все еще не можете отойти от перемещения?
— Какого перемещения? Вы, о чем? – вопреки моим ожиданиям слова давались с трудом, а голова все еще кружилась. – И я вас прекрасно слышу, не переживайте, хотя и не совсем понимаю. Какое перемещение вы имеете ввиду? На машине? Ну, так меня не могли далеко перевести от моего квартала. Сколько сейчас времени?
Я огляделась по сторонам, но никаких часов не обнаружила. Заметила лишь, что за окнами было темно. Но это и понятно, я же и домой шла тоже в темное время суток, сейчас вечер, все правильно. Однако вопреки логике я чувствовала, что тут что-то не так. Сама еще толком не могла понять, что меня смущало, но в душе постепенно начала зарождаться паника. А еще я чувствовала непонятный жар в районе солнечного сплетения и с каждой минутой он лишь усиливался.
— Я имею ввиду перемещение порталом, – от его холодного тона у меня непроизвольно побежали мурашки по спине. – И то, как вы смогли преодолеть несколько десятков защитных заклинаний, прежде чем попали сюда. Вас послали шпионить или убить кого-то из нас?
Его хватка на моей руке усилилась, и я удивленно вскинула голову, оторвавшись от рассматривания какого-то необычного светлячка, блуждающего над столом, я надеялась увидеть на лице незнакомца улыбку или хотя бы намек на нее, но встретилась лишь с холодностью и легким недоумением. Я так поняла — это недоумение было вызвано тем, что я вообще каким-то образом тут оказалась. Еще бы понять, где именно.
Здравый смысл подсказывал, что я не могла никуда далеко уйти от своего квартала. Если, конечно, меня не огрели по голове, и я не пролежала без сознания несколько часов. Тогда да, за это время меня запросто могли перевезти куда-нибудь очень далеко.
Однако надеялась я все же на лучшее.
Но обвинения в шпионаже или, упаси Бог, в покушении
