На берег, с подошедших пароходов, выскочило более сотни молодых людей и расположились группками. Рус видел, как бирманцам что-то сказали, и они на тросах оттащили свое суденышко дальше вниз по течению. Монах ползком перебрался подальше от пристани. Речь, на которой разговаривали прибывшие, он не понимал. Но по отдельным репликам догадался, что это арабы, пакистанцы. Он не вникал в суть происходящего и только посматривал на свой катер, в котором все еще копались дед и помощники. Но, когда через полчаса подошли два грузовика, и с кузовов начали выдавать автоматы, пулеметы и прочее боевое снаряжение, даже минометы: Рус насторожился. Теперь, эта беспечная толпа, уже не казалась ему безобидной. На землю рядками складывали мины, гранатометы и ящики. Прочее из армейского войскового обеспечения, что так неплохо знал сам монах. Русу не надо было много размышлять. Если сам он стремился попасть этой рекой в районы Тибета, то этим сорванцам тоже туда хотелось. Эта группа, никак не похожа на полицейских или армейское подразделение. Калькутта ему веско напомнила мусульманские отношения. Дальше он не стал размышлять и прикидывать что к чему. Ствол его винтовки неподвижно уставился на бензобак первой машины. Прозвучал короткий щелчок и гулкое эхо сотрясло близлежащие окрестности. Черное облако копоти поднялось к небу и продолжало разрастаться. Разлетались в стороны предметы военного снаряжения и находившиеся в кузове люди. От детонации взрывались некоторые мины, что довершало панику забегавших по берегу человечков. От дыма и огня, Рус не видел вторую машину, которая быстро отошла назад, по дальше от горящей. С нее поспешно начали скидывать ящики. Через пять секунд и ее разорвало с такой силой на части, что все, кто остался в живых, отбежали метров за сто. Смотрели с неподдельным страхом, потом побежали на свои пароходики. Монах высматривал, где бы на палубе найти бочку с горючим, но густой дым и беготня паникующих не позволяла это сделать. Через минуту, подобрав кого еще можно было, вся компания спешно отплыла к югу.
Рус еще долго сидел на своем месте. Его мысли обрели теперь логическое продолжение. Но необходимо было встретиться с мистером Маккинроем. Тот, наверняка, многое бы прояснил.
Монах подошел к бирманцам. Те сидели в глубокой растерянности и прострации. Рус показал им, что надо ехать к устью. Они охотно завели моторы и понеслись к южному порту.
Глава 7
Маккинрой – Первый посол – майор Крикс – Чан
– Сэр, вы, Первый посол. Вы представляете великую страну, отвечаете за все дела при своем ведомстве. Это государственная территория. Отвечаете перед президентом и правительством. Просьбы частных лиц, их увещевания, иные аргументы должны обосновываться только с точки зрения государственных интересов. Не мне вам напоминать банальные истины. Поэтому, я буду спрашивать только с позиции государства и правительства. Каждый ваш шаг в сторону частных лиц я буду воспринимать, как действия, не имеющую к работе никакого отношения, если не большее. В моей компетенции поднять вопрос о доверии к вам перед госсекретарем Генри Киссинджером.
– Мистер Маккинрой, имею честь сказать вам, что я служу своей стране и своему правительству не первый год. Надеюсь, что в дальнейшем у вас не будет причин быть недовольным мною. Все ваши требования будут полностью учтены. Все, что произошло ранее, это просто мое неведение и излишняя доверчивость.
– Я надеюсь, господин посол. Надеюсь на вас и на ваш опыт ценного работника. Думаю, что у меня с вами будет все о’кей.
Неожиданно дверь в кабинет отворилась. На пороге появилась секретарь.
– Мистер Маккинрой, к вам настоятельно просится посетитель.
Полковник встал, попрощался с послом.
Внизу его поджидал майор Крикс. Они прошли в соседний кабинет.
– Господин полковник, здесь можно говорить.
– Пока можно, майор. Здание проверили. Но, желательно говорить не громко.
– Вот здесь записи оперативных действий и распоряжений полковника Хьюза с мусульманскими боевыми группами.
– Прекрасно, майор. Молодцы. Пока в двух словах, что здесь важно?
– Мне, думается, здесь все важно. В них расписание оперативных и боевых действий нанятых отрядов в районе Тибета, Гималаев для диверсионных атак на монастыри монахов.
– О-о, пройдемте, майор. Это требует немедленного оповещения наших людей и определения помощи монахам.
Они зашли в комнату шифровальной связи.
– С чего начнем?
– С военной точки зрения для монахов опасны тайные вертолетные базы в Бутане. Оттуда близко до монастырей. И нет проблем забросать монастыри бомбами и ракетами.
– Спасибо, майор, спасибо. Очень ценная информация. Бутан, это сорок семь тысяч квадратных километров. Всего один миллион жителей. Жители, почти одни монахи. И горы, горы, горы. Что ж, попросим поработать летчиков, а то они уже шоколадом объелись, как сироты в детдомах.
Даже, для привычных служащих, голос полковника показался чересчур жестким и железным в трубке связи рации.
– …, адмирал Челленджер?
– А-а, привет, господин полковник, это я. Как ваше национальное здоровье?
– Спасибо, адмирал. Слушай, дорогой, мне необходимы самые подробные фотографии Бутана с высоты птичьего полета. Чтобы дороги были хорошо видны, ущелья, ямы, перевалы. Поднимай шары и за работу.
– Моя свора к вашим услугам, господин полковник. Что главное снять?
– Там, где-то, ближе к Гималаям, Тибету вагон с виски затерялся. И туристы-альпинисты в ущельях бродят. Нужна помощь. Сверху, неплохо было бы даже надписи на вагонах прочесть.
– Все ясно, господин полковник. Уже поднимаю чайников. Пусть разомнутся. А то нагло жиреют на госхарчах.
– Но, главное, адмирал, завтра снимки должны быть на моем столе.
– И это понимаю. У вас нет заказов на месяц или два. Загоняю своих прохиндеев, но выполнят заказ.
– Желаю удачи, адмирал.
– И вам также, полковник. Адью.
Маккинрой положил микрофон на стол.
– Спасибо вам, майор. Сейчас от летчиков многое зависит. Вы продолжайте наблюдение и контроль за Хьюзом. Заодно продумайте, как проще и надежнее уничтожить базы. Время в обрез. Завтра, по получении фотографий и начнем отработку бортов. Вы свободны, майор.
Когда Крикс исчез за дверью, эксперт набрал Пекин и полковника Чана. Тот, быстро снял трубку и официально представился.
– Здравствуй, дорогой Чан, это я, ваш ненавистный и несносный эксперт. Вы через несколько минут получите от нас бумаги. Порассуждайте над ними. Может быть, завтра, вы мне что-нибудь, сможете посоветовать.
– Хелоу, дорогой полковник, мне очень хотелось бы с вами встретиться.
– Наверное, в районе Тибета. По нашим бумагам вы оперативно определитесь. А там мы сможем конкретнее поговорить и договориться.
– Прекрасно, мистер полковник, ждите моих звонков.
– Спасибо, полковник, буду с нетерпением ждать.
Потрясающая громадина авианосца грозно и матово сверкала на сине-зеленой глади волн индийского океана. Поодаль, в четырех пяти кабельтовых, недвижно стояли ракетный крейсер и четыре эскадренных миноносца. Рубка подводной лодки таинственно темнела в стороне от всей эскадры. А далее, гладь бесконечного океана.
И он. Один на весь океан. Адмирал медленно прошелся вдоль строя летчиков и, довольный, отошел к центру палубы.
– Господа летчики! Сейчас, вы взлетаете в воздух. Там вскроете выданные вам пакеты. Выполняете, досконально, все, что там написано. С вами летят приставленные к вам специалисты. Они знают, что делать. По возвращении, всем зайти в главную кают-компанию. Мне будет нужен, сначала, ваш устный отчет увиденного по горячим следам. Через сутки, в письменном виде, все, что вы можете выразить словами: ваши впечатления, вплоть до мистики. Это задание Центра. Отнеситесь к миссии с полной ответственностью и серьезностью.
Через двадцать минут подъемные лифты начали, из черных гротов трюмных хранилищ, поднимать на палубу истребители-бомбардировщики. Еще минуты, и они, с устрашающим ревом, один за другим, унеслись в далекое небо.
Адмирал подозвал главного штурмана.
– Сколько времени требуется долететь до Бутана и обратно?
– Сэр, адмирал, а почему вы сразу не спросили?
– Штурман, не вы мне задаете вопросы. Я сам решаю, когда, что и как спрашивать. Я сказал, что задание центра. Значит, все должно быть на уровне инкогнито. И мне странно, что я адмирал, вас спрашиваю, как военный офицер, в обстановке военного времени, а вы мне задаете вопросы любопытного гражданина. Вы, сэр, на военном корабле или на гражданском? Ответьте.
– Извините, сэр. Нами рассчитано, полный путь по времени, туда и обратно, это тысяча двести миль, два часа времени. Полчаса времени полета над страной.
– Накладок не будет. Чтобы два борта не снимали одну и ту же землю.
– Сэр, мы все рассчитали. Если летчики не лохи, все должно быть на высочайшем уровне. У каждого своя полоса маршрута. Над Бутаном они должны снизиться до полумили над землей. Снимки должны получиться подробные и качественные. На этой высоте винтовка на земле видна. И, между прочим, даже бутылки с виски. Тем более, все скопления техники отдельно фиксируются дополнительными камерами.
