количество готовых амулетов явно служило оплатой за полученные знания.
— Хорошо. — покладисто ответил он.
Плетение, хоть и было непростым, но было освоено буквально через час-полтора, и до прихода каравана в большую деревню Лоран успел сделать полтора десятка амулетов.
Стоило каравану разместиться на лугу, как Ленларариэль махнула ему рукой.
— Лоран, пойдём, пока светло.
И он поспешил за ней, благо, что идти пришлось до крайних домов.
***
Эльфа покупала керамические горшки, правда, про миску для него тоже не забыла, и к кибитке он возвращался со здоровенной корзиной, которую ему помогал нести сын гончара.
— Ставьте! — распорядилась эльфа и, дождавшись, пока деревенский помощник убежит, пристально посмотрела в глаза пареньку.
— Сильно устал?
— Не без этого, госпожа.
— Тогда сегодня отдыхай, а завтра нужно наполнить все эти горшки твоим мылом. Справишься?
— На сколько хватит сил, да.
— Прекрасно. Пойду раздобуду нам похлёбки. — улыбнувшись, проговорила эльфа.
В её повозке был медный котёл литров на пять, вот его она и подхватила.
Привалившись спиной к колесу, Элран блаженно расправил гудящие ноги.
— Как жизнь, Ран? — бросила ему проходящая мимо Талмираэль.
— Бывало и хуже. А вы не подскажете сегодняшнюю дату.
— Дату? — на мгновение остановилась эльфа. — Двадцатое, месяц травень, год огненного оленя. — ответила она. — А что?
— Заблудился в днях. — пояснил он, и эльфа продолжила свой путь.
Материализовав маленький блокнот и карандаш, Эл записал на первой странице: «19 числа месяца травеня года огненного оленя я заключил договор на десять лет служения эльфе Ленларариэль в обмен на обучение.»
Мысль обзавестись дневником была разумной. Местное летоисчисление для него было загадкой, поэтому, чтоб не забыть, он и сделал первую запись в нём.
Спрятав блокнот, он вспомнил, что нужно было сжечь тюремный комбинезон. Вставать жутко не хотелось, но нарушать договор в таких мелочах он не хотел, ведь от этого зависело его обучение.
***
Ленларариэль вернулась, когда остатки тряпки уже догорали.
— Это что? — удивлённо спросила она.
— Вы поручали избавиться от тюремной одежды. — ответил он.
— Ах, да! Молодец, что не забыл. Не хочу, чтоб кто-то видел у тебя нечто, указывающее на то, что ты беглый. А теперь садись, поедим.
В котелке было литра три густого варева из крупы, овощей и кусочков мяса. Как это блюдо называлось, Эл понятия не имел, но было вкусно.
— В туалет здесь ходят вон за те кусты. Лучше сходи заранее, чтоб в потёмках не влететь в нечто ароматное. — проговорила эльфа. — Всё, я спать. Помоешь посуду и тоже отдыхай.
«Великолепно»… — проявилась в голове Лорана мысль, особенно, если учесть, что этот процесс в последний раз он наблюдал очень много лет назад.
Дождавшись, когда эльфа скроется в своей кибитке, Эл материализовал заготовку для амулета и влил в неё новое выученное плетение.
***
Утро для него началось снова с самого рассвета. Эльфа по традиции метнулась в кустики и, вернувшись, оценивающе оглядела свой медный котёл.
— Молодец, хорошо отмыл. — похвалила его она. — Сегодня караван никуда не идёт, будем торговать. Твоя задача наделать как можно больше мыла.
— Можно я для этого использую котёл? — спросил Лоран.
— Если тебе так проще, то используй.
— Проще не проще, просто я ещё никогда не делал много, а проливать на землю не хочется.
— Правильно. Мыло стоит хороших денег, особенно такое ароматное, как у тебя.- снова улыбнулась эльфа.
Приноровиться к оптимальному объёму воображаемого шара жидкого мыла удалось только с третьей попытки. Всё это время эльфа пристально наблюдала за происходящим, но, судя по растерянному лицу, она либо не видела весь процесс, либо он находился за гранью её возможностей. Тем не менее, переливать готовое мыло с котла по кувшинам она активно помогала, заодно формируя торговое место, расстелив наземь отрез зелёного полотна.
На полотне она расположила малюсенькие горшочки с мазями, в которых угадывалось лечебное плетение. Рядом стали разные по размеру горшки и кувшины с мылом. Постепенно начинался торг.
***
Лоран выдохся на седьмом котле. Поскольку всё время объём выходил немного разным, то подсчитать общий объём в литрах никак бы не вышло. Тем не менее, мыло брали охотно, и его эльфа пожертвовала одним заряженным лечебным амулетом, чтоб он смог продолжить работу.
***
Караван тронулся в путь только на следующее утро. Ленларариэль была довольна торговлей, а Лоран обзавёлся войлочным ковриком и шерстяным одеялом, так что жизнь налаживалась.
Шли молча, пока эльфа не поделилась планами.
— До Шербота нужно будет сделать запас горшков и мыла. Там цены выше, так что заработаем на мыле больше.
— А сейчас что делать? — поинтересовался Эл.
— Просто иди и ни о чём не думай.
— А учёба?
— Заготовки для амулетов закончились, ёмкостей под мыло нет. Приедем в Шербот, распродадим товар, куплю что-нибудь новое, там и продолжим.
— А обратно когда?
— Если найдём, где там приткнуться, то задержимся. Торговать по деревням не сильно выгодно, правда, и цены тут ниже и на керамику, и на продукты, но только в городе можно купить новое плетение. Смекаешь?
— Смекаю, только я думал, что всё будет несколько иначе.
— А у тебя есть варианты?
— Пока нет.
— Значит, всё остальное не считается. Ты цени, что я тебе через десять лет волю дам, могла бы и вообще до старости при себе держать.
— И что вас остановило?
— Ты знаешь, что когда на тебя затаивает обиду маг, то это очень плохо. Вот чтоб и самой благо было, и тебя сильно не обидеть, я и поставила такой срок. Состариться ты не успеешь, опыта поднаберёшься, в общем, будешь завидным женихом, а не тощим мальчишкой и беглым каторжанином. Если на мыле сумеем подняться, то купим дом. Десять лет пролетит, заключим новый договор и, опираясь на выстроенные мной связи, заработаем уже тебе на дом. Если не захочешь, то, конечно, разбежимся, но это будет уже другая жизнь.
— А не было бы мыла? — поинтересовался Лоран.
— Распродали бы мази и амулеты, купили бы ещё заготовок и так пока не накопили бы денег, только караванами бы пришлось всё время мотаться.
— А вот мази, на них ведь тоже плетение?
— Верно, но мазь — вариант для бедных, чтоб чуточку помазать и подлечить самое важное. Разумные побогаче пользуются амулетами, только мы не
