раскрыты. Ее рот открыт, и она смотрит на меня так, словно я не воплощение ее преображенных мечтаний,
а монстр. — Мы связаны, — пытаюсь сказать я. — Та искра, которая зажглась, когда ты коснулась моего сердца? Мы пара.
То, что вырывается из моего горла, не совсем передает то, на что я надеялся. Это звучит как «Мы аррх!»
Она съеживается. И это достаточно справедливо. Она нервничает из-за моей неспособности говорить без рычания на нее.
Мне нужно только попрактиковаться, и я закреплю свои способности. Я Хохлатый Мерлин. Нас уважают среди всех драконов, мы выделяемся во всем, кроме, может быть, смирения.
Мой длинный хвост, который стремительно сокращается, падает прямо с ее талии и съеживается. Мой копчик мгновенно становится легче — и это хорошо, потому что потеря веса означает, что мой выпад вперед уносит меня так далеко, как я надеялся дотянуться.
Моя пара развернулась, и я уверен, что она бросится к пещере, я уверен…
Но она этого не делает. Потому что я приземляюсь на нее.
Глава 5
Налле
Такое ощущение, что на меня обрушивается целый чертов дракон.
Это потому, что на меня действительно обрушивается целый чертов дракон. Просто так получилось, что он в основном похож на человека.
— УФФФ!
Моя щека упирается в каменный пол, и я совершенно не могу двигаться под огромным весом мужчины.
И он — мужчина.
То есть у него самая большая штуковина, которую я когда-либо видела.
Мои глаза широко открываются, когда он рычит, его руки сжимают мою талию — и что-то такое толстое, как ручка метлы, тыкается в мою обтянутую кожей задницу.
— Отстань от меня! — кричу я.
Я извиваюсь, как бешеная ласка, сражаюсь, толкаюсь и проклинаю его, пока меня не разворачивает в сторону, и он перестанет тыкать в опасную зону тем оружием, которым владеет.
Однако мои усилия повернули меня так, что я могу видеть его лицо, и этот вид ничем не лучше пола пещеры. На самом деле, это даже страшнее.
Он человек-дракон. Черные клиновидные чешуйки покрывают каждый дюйм его кожи, даже крошечные, которые умещаются в складках по обе стороны от глаз. Эти чешуйки — единственная мелочь в нем. Он огромный во всем, его квадратная челюсть высечена, с впадинами по обе стороны от рта, которые образуют резные углубления, пока не выступят округлости его скул; идеальное мужское обрамление для его сильного лица. Опасные брови спускаются со лба, а под ними — глаза дракона с прорезями для зрачков и радужной оболочкой, излучающей яркость, как изумрудные фонари. Он смотрит на меня сверху вниз, как будто умирает от голода. Он дракон, который превратился в человека!
Как? И как мне от него уйти?!
Руки, достаточно большие, чтобы охватить длину моей грудной клетки, раздавить меня своей хваткой. Посмотрев друг на друга, дракон снова садится на пятки и пытается перевернуть меня на спину.
…Я могу только предположить, что с целью успокоить его кричащую эрекцию.
Но нет.
Потому что, хотя я бы сказала любой из своих соплеменниц, что приветствовала бы первого неродственного мужчину, которого я когда-либо видела вблизи, я всегда представляла, как беру полностью человеческого мужчину. С помощью обычного, естественного стержня размером с человека.
Этот? У дракона похож на третью ногу с грибной шляпкой, а не член.
И это еще не все. Его, ах, «член» ребристый, с выступами по бокам. Бугорки, из которых сочится скользкая аметистовая жидкость. На его кончике выступают два перистых выступа, похожие на усики мотылька.
О, НЕ В ЕГО ЖИЗНИ!
Не для чьей жизни! Если бы вы сказали мне, что детеныш единорога умрет, если я не спарюсь с ним, я бы спросила вас, где вы хотите закопать жеребенка! Просто НЕТ.
Я борюсь с ним, сопротивляясь оскаленным зубам и затаив дыхание проклятиям, поднимая руку между нами, пытаясь толкнуть его каменную грудь, его твердую, как камень, руку.
Он не ожидает, что я в панике нанесу ему удар в верхнюю правую часть грудной клетки.
Удар в печень.
Он падает на меня с задыхающимся ворчанием. Его руки на мгновение расслабились, больше не сжимая меня.
Что не помогает мне в побеге, как я надеялась. Он, должно быть, весит полный тюк шерсти, и его вес шлепается прямо на меня, так что я чувствую, что пытаюсь выползти из-под именно этого.
— Отвали! Отойди от меня!
Немыслимо, что я это сказала. Вот мужчина, с которым я могу заняться сексом. Есть женщины, которые буквально украдут эту возможность. Причудливое репродуктивное оборудование или нет. Но все, что я хочу делать, это сбежать.
Я задыхаюсь, чтобы закричать, когда его вызывающее лицо внезапно оказывается возле моего.
— Тис-АРРР, — рычит он. — Мммм, мрррр.
Какое бы заявление он ни делал, кажется, ему нравится. Он смотрит на меня сверху вниз, неуклонно опуская веки, в то время как его горло вибрирует очень нечеловеческим мурлыканьем.
Открыв рот, я смотрю на него, прижатая к нему тяжелым конским членом, хлопающим меня по бедру каждый раз, когда он выдыхает, и я ошеломлена.
Я просто хотела спасти своего брата!
И затем его рука ложится между моих ног, а его большой палец пытается провести по промежностному шву моей кожи.
Я дергаюсь, борюсь и швыряю проклятия — в него, его пещеру, его чертову мать — крылатую ящерицу — и пытаюсь ударить его локтем.
Для этого маневра дракон схватил меня за локоть со всей легкостью, которую он показал бы, если бы поймал крыло домашней курицы. Он опускает мою конечность, пока она не упирается в пол пещеры.
— Это не лучше, — бормочу я, глядя ему в глаза.
Он держит меня ладонью на сгибе моей руки, держит меня под собой, и когда я, наконец, снова встречаюсь с драконом глазами, он поднимается, наклоняется и хватает меня за бедро.
Я рычу от усилий, которые прилагаю, пытаясь выбраться из-под него.
Но мне с этим не везет. Он поднимает мое колено так, что мои бедра раздвигаются. Он перекатывает мою нижнюю половину так, что я изгибаюсь в талии, и удивительно умелой рукой исследует мою кожу из шкуры антилопы, как будто ищет ключ в темноте. Я дубила кожу оленя, пока она не стала без шерсти и нежной, как масло. Затем естественное трение внутренней стороны моих бедер сделало кожу еще более мягкой, когда я ходила. Теперь она такая податливая, не знаю, что чувствует дракон, но я чувствую его, когда его любопытный палец касается моего клитора.
Я пищу.
Глаза дракона вспыхивают неоновым светом. Его палец намеренно нажимает на мой клитор, где он трет, проверяя.
Я втягиваю воздух, прикусываю губы, упираюсь пятками и стараюсь не извиваться от его слишком эффективного прикосновения, когда я на дюйм от него.
Он убирает руку с моего локтя, хватает меня за бедро
