кровь обратившихся существ, которых они специально отлавливали для этого. От их крови насыщение происходило быстрее, и хватало его на большее время. Но вместе с этим прибавлялась энергия, повышалась выносливость, скорость и регенерация. Словно ее питательность для Златы была выше.
Поэтому, в отличие от остальных членов группы, она не страдала от недостатка питания, а была полна энергии и сил. Злата быстро научилась обращаться с арбалетом и чаще других совершала вылазки с целью охоты. Арбалет как вид вооружения тоже был не случайным выбором, а все потому что это было тихое оружие с достаточной дальнобойностью, чтобы не подвергать себя ненужной опасности.
Вот и в этот раз девушка решила испытать удачу и попытаться добыть на охоте хоть какую-то добычу. Она уже довольно часто стала выбираться одна. Так девушке было проще, потому что сейчас она была быстрее любого из их лагеря, да и сил у Златы было больше, благодаря тому что питалась кровью. Ей очень нравилось, что скорость ее сейчас могла сравниться практически со скоростью автомобиля. А еще ей нравилось, что она могла себя защитить, как от одичалых пожирателей, так и от людей.
Пробираясь через заснеженный лес, она чутко прислушивалась к окружающему пространству. Но не слышала ни одного шороха издаваемого живыми существами, да и следов животных она тоже не наблюдала. Внезапно, со стороны дороги, послышался звук едущей от военной базы машины. Злата тенью скользнула в том направлении. Вдруг авто остановилось, и из него выскочил мужчина, рванув к ближайшим кустам. За всем этим Злата наблюдала стоя за деревом, которое росло на холме возле дороги.
— Вот же черт, — простонал мужчина из кустов, — та тушенка явно была испорчена. Живот режет хоть вой, а задницу сейчас порвет к чертям собачьим.
— Ну еще бы, — ответил водитель, тоже выходя из машины и прикуривая сигарету, — эта банка стояла открытой наверно недели две, а ты накинулся на нее как с голодного края явился. Никто даже пикнуть не успел как ты все ее содержимое заглотил. Тебя даже плесень, — хохотнул водитель с удовольствием затягиваясь никотином, — по краям, не смутила.
— Да ну тебя, — зло просипел из кустов страдалец, — я думал, что ее только открыли. А плесень вообще не видел. Правда, вкус показался странным, но я подумал, что эта банка из новой партии.
— Ага, из такой новой, что плесенью покрылась.
— Хватит ржать, — прорычал мужчина выходя из кустов и на ходу застегивая штаны, — лучше скажи, что док задумал? Он в последнее время вообще с катушек слетел. Кромсает всех на лево и направо без разбора. А та девка, которую всю ночь изучал, — он передернул плечами, — я много чего видел, да и сам не святой, но чтоб так изувечить кого-то… Он же улыбался, как маньяк когда мы ее по пакетам собирали. Девку за забор выкинули, но это даже не труп был, а какое-то кровавое месиво. Он ее всю разделал как мясник.
— Ты с самого начала знал на что, шел, — строго заметил водитель, — когда с ним связался. Все мы знали. Но сейчас не те времена, когда можно нос воротить. Сейчас нужно занимать сторону того, кто сильнее. На базе запасы еды на несколько лет вперед. Да, из-за нападений пожирателей, перебои с вооружением. Но есть надежные стены. Плюс наши люди собрали группу на вылазку за оружием. Когда они вернутся, нашей группе не будет равных по силе.
— Да, ты прав, — ответил другой мужчина, — только вот почти половина наших завтра поедет за оружием с большей частью вооружения имеющегося у нас. На этот период, пока они не вернутся, мы будем беззащитны как младенцы.
— Об этом никто не знает, — обрубил водитель своего товарища делая последнюю затяжку и выбрасывая окурок под ноги, — значит опасности нет. И прекрати нагнетать. Истеришь как баба. Садись, давай в машину, нам еще до темноты вернуться надо. Или тебе еще в кустики сбегать надо. Только ты аккуратнее, а то на твою вонищу все монстры с округи сбегутся.
— Хватит уже надо мной ржать, — психанул страдалец, — лезь, давай за баранку, юморист хренов. Потерплю я.
Оба мужчины сели в машину и отправились по своим делам. Злата дождалась пока они не отъедут на безопасное расстояние, и направилась обратно в лагерь.
То, что она услышала нужно было рассказать своим. Эта информация могла стать их спасением, если грамотно ею распорядится. Только бы Максим согласился с ее планом.
На подходе к лагерю путь ей преградил мужчина. В нем она узнала соседа своей бабушки Федора Степановича, он учил ее ездить на велосипеде когда-то. Сейчас он смотрел на нее безумным, яростным взглядом, а с его оскаленной пасти капала кровавая слюна. Злата аккуратно достала нож и сгруппировалась. Бывший сосед со злобным оскалом кинулся на нее. Один замах рукой и точным ударом нож вошел в череп монстра в районе виска. И пока бешеный взгляд наполненный голодом угасал, девушка достала складной стаканчик из кармана куртки и полоснув по горлу старика тем же ножом, наполнила его кровью. Вытерев нож об одежду обратившегося старика девушка продолжила свой путь прихлебывая из стакана свой своеобразный питательный напиток.
На подходе к лагерю Злата быстро допила кровь, и вытерев рот рукавом, чтобы не осталось следов, убрала стаканчик обратно в карман. В лагере же она сразу направилась к землянке Макса. Их ждал серьезный разговор.
Глава 8
Даже во мраке жизнь бьет ключом.
Не так все плохо, нам все нипочем…
Свет пробивается сквозь тяжесть ночи,
Сердце надеждой вновь заполнили мы…
На месте Макса не оказалось. Он в это время отправлял людей на вылазку по заранее разработанным маршрутам. Затем занимался тем, что в который раз разнимал склоку между Каримом, обрусевшем турке 34 лет с атлетической фигурой, темными волосами и глазами цвета горького шоколада, обладающего теперь уникальным защитным средством, а именно мочой. И Верой, бывшей ученицей знахарки из какой-то глухой деревеньки 27 лет, среднего роста голубоглазая блондинка с пышными формами и занимающаяся сейчас лечением людей в лагере, а также изготавливающая защитную мазь. Между этими двумя все искрило и сверкало от напряжения, но найти общий язык они никак не могли. И весь лагерь уже молился, чтоб они уже закончили выяснять свои отношения и сошлись. Потому что притяжение между ними не увидел бы только слепой, ну и они сами.
В этот раз ссора случилась по причине того, что Карим обозвал Веру доморощенной ведьмой (хотя ее частенько так называли за тяжелый характер
