всех остальных, тот и король. А уж чей он там король, король пауков или король крыс, то не наше дело.
«Наше дело правое! Мы победим! Победа будет за нами!» Когда-то этот лозунг был верным. А сейчас? Все лозунги прежних времён полетели в топку истории. Нет сейчас ни идеи, ни идеологии. Только деньги, деньги и ещё раз деньги. Как в Польше – у кого больше, тот и пан.
По телевизору или политические дебаты, или порнография с рекламой. Реклама в телевизоре реально задолбала.
* * *
Покупай! Покупай! Покупай! Жрать! Жрать! Жрать! Вложи деньги в наш банк и получишь вдвое больше! Бери деньги! Возьми кредит! Всего под один процент… в день. Акции, хренакции… Чара-банк, Властилина…
А эти слезливые просьбы о помощи по телевизору: «Мы кололись и бухали. Наш ребёнок родился больным. На операцию нужен миллион долларов. Помогите, кто чем может!»
Жрать! Покупай! Деньги! Памперсы! Прокладки! Средство от геморроя! Средство от импотенции! От запора… От поноса… Покупай! Покупай! Покупай!
Когда же это всё закончится?
* * *
Я никуда не поехал… Как раз накануне ноги промочил. Насморк уже есть. Пошёл и взял больничный. А телефон отключил, чтобы больного не тревожили лишний раз.
Смотрел по телевизору прямую трансляцию CNN, как практически в центре Москвы танк, стоящий на мосту, в упор расстреливал Дом Правительства Российской Федерации, который все называли «Белый дом». Правда, после возникшего пожара он надолго стал чёрно-белым.
Помнится, когда в августе девяносто первого года в Белом доме сидел Ельцин со товарищи, в Москву тоже входили танки. Но никто так и не отдал приказ стрелять из танков в центре Москвы. Видимо, духу не хватило ни у кого из тех, кто имел на это право. А вот теперь у Ельцина хватило духу жёстко подавить оппозицию. Ладно… Поживём – увидим, что там дальше будет.
1996 год, январь. Москва
Вечер пятницы. Я снова заступил дежурным. Правда, уже не дежурный опер, а бери выше – ответственный от руководства. Уже пару лет, как я зам по розыску. Капитана недавно присвоили. Обмыли, всё как положено, честь по чести…
Дежурство проходит штатно. Меня особо не дёргают. Пару раз звонили из округа, но пока всё идёт ровненько. Народ хоть и пьёт, но пока не буянит. Поближе к ночи будет веселуха. А пока можно и на ужин съездить. Живу недалеко. Даже наша штатная моторолловская рация легко дотягивается. Сотовыми телефонами нас пока ещё не обеспечили. Да и дорогое уж больно это удовольствие. Зато у бандюков они уже есть.
Я успел уже съесть приготовленный женой ужин, как рация зашумела.
– Первый! Я ноль шестой!
– На приёме ноль первый. Что там у тебя?
– Срочно отзвонитесь в отдел!
Ну ни хрена ж себе. Молодой летёха, ещё не оперившийся оперок, а уже отдаёт приказание старшему по званию и по должности. Тут либо лошадь где-то сдохла, либо произошло нечто очень неординарное.
Отхлебнул горячего сладкого чая и набрал номер дежурки.
– Петрович! Это я. Что там у вас случилось?
– Приезжай в отдел срочно! ЧП. Не по телефону…
– Скоро буду.
* * *
Машина у подъезда. «Шестёрка» цвета подсохшей грязи. В смысле светло-бежевая. Если летом долго не мыть, то почти не заметно. Подсыхая, грязь и пыль становятся светло-бежевыми под цвет машины.
До отдела мне семь минут. Доезжаю быстро.
В дежурке суета и бардак. Молодой оперок выскакивает мне навстречу с укороченным автоматом на плече.
– Ты на войну, что ли, собрался?
– Тут… Это… Заложники…
– Чего? Давай-ка по порядку мне всё изложишь. Пошли в твой кабинет.
А в его кабинете сидела молодая девушка. Одетая, скажем так, не по погоде.
– Это что?
– Она… Это…
– Стоп! Давай с самого начала и не спеша.
* * *
А дело было в следующем. Посетители одной из саун, что вполне себе нелегально работала на нашей территории, вызвали к себе девочек нетяжёлого поведения. Проституток, короче. Но ведь у нас как таковой проституции нет. Так что и девочки эти тоже занимаются вполне себе нелегальным бизнесом.
Ну да ладно… И теми и другими пусть ОБЭП занимается. Это их епархия. А в ту баню мы и сами иногда ходили. «Проверяли», как там пар и так далее. Я даже хозяина этой сауны знаю. Азербайджанец. Брат его на рынке овощами торгует, а он вот баню открыл. Бизнесмены… Баня расположена в полуподвальном помещении жилого дома. Но на первом этаже магазин. Так что многие жильцы даже и не знают, что в подвале баня есть. Звукоизоляция там хорошая. Дом старый. Таких сейчас не строят.
Ну, так вот… Трое клиентов бандитской наружности заказали себе трёх морально раскованных девочек. Всё в порядке. Всё нормально. Всё как обычно… До тех пор, пока не подъехали ещё трое мальчиков. Вот тут девочки и высказали своё нежелание работать сверхурочно. Одна из девчонок каким-то образом умудрилась слинять из бани. И босичком, налегке, прибежала к нам в отдел.
– Я не понял. Мы чё тут? Сутенёры, что ли? Вступаться за обиженных проституток не входит в наши служебные обязанности.
– Но они девчонок взяли в заложники.
– Лейтенант, обожди меня в коридоре. Я тут с дамой поговорю.
Обиженно сопя, молодой оперок вышел из кабинета, оставив меня не только наедине с ночной бабочкой, но и с укороченным автоматом, забытым им на столе.
Разгильдяй! Вон у него и бумаги всякие на столе валяются. А ведь он отходил в дежурку, оставив здесь, у себя в кабинете, постороннюю гражданку, да ещё и с пониженной гражданской ответственностью. Ну, он у меня отхватит по полной. Через день будет дежурить, пока не научится делать всё правильно.
* * *
После беседы с девицей стало ещё хуже. Оказывается, она, пока была тут одна в кабинете, умудрилась позвонить своим, и те сейчас уже едут на разборку по известному им адресу сауны.
А вот это уже хреново. Нам тут только не хватало перестрелки между враждующими группировками. А оружие у парней точно есть. Девица сама это видела.
Ещё с её слов я уже примерно понял, кто там в бане сегодня гуляет. Местные пацаны. Вполне себе серьёзные ребята. И с нами вроде бы здороваются, и там, где живут, не гадят. Раньше не гадили…
Теперь же, если тут сейчас начнётся разборка между сутенёрами и бандосами… Хрен его знает, что будет дальше. Но знаю точно, что ничего хорошего из этого не выйдет. Ни для меня, ни для этих мальчиков с большими пушками.
Оставив полуголую девицу
