Я бы последовала этому совету, но моё тело оцепенело.
В шагах десяти от меня стояло непонятное существо. Оно напоминало лягушку-переростка, которая ходила на двух лапах и была покрыта длинной жесткой шерстью. Высота и ширина монстрика составляли примерно метр, а широкую голову украшала огромная пасть.
Я не сразу его заметила, так как двигался он бесшумно и вышел из-за дерева слишком неожиданно. Он тоже остановился, вперив в меня свои лягушачьи глаза: черные приплюснутые овалы зрачков на красном фоне.
Простояли мы в молчании недолго.
— Человек. — обнажая ряд острых зубов, булькнул монстр. — Убить.
Кого убить? Меня убить!?
Нет, перспектива быть убитой совсем не радовала.
Я попятилась назад, а затем и вовсе пустилась в бегство.
«Это все не реально. Это не может происходить со мной», — в голове звонко стучала мысль, уверяя, что я сошла с ума.
В груди же бухало сердце и горели легкие, а ноги пронзала острая боль: я не смотрела, куда наступала, пока бежала.
Потом пришлось резко остановиться, потому что впереди появилась фигура еще одного монстра, чуть крупнее первого. Я бросилась в другую сторону и чуть не влетела в третьего. Монстров становилось все больше и больше, они выпрыгивали из-за деревьев, отпугивая сумерки своими горящими выпуклыми глазами.
Я замерла, как затравленный кролик, осознавая, что меня окружило полчище кровожадных существ.
— Стойте! — мой крик эхом пронесся по лесу, пружинисто отскакивая от стволов, как мячик. — Не подходите!
Я угрожающе подняла туфли, которые чудом не выкинула, пока спасалась бегством.
— Человек… Человек… Человек… Человек… Человек… Человек…
Голоса монстров, квакающие и булькающие, смешивались в единый гвалт, бьющий по перепонкам извращенной какофонией. Волосы на затылки зашевелились, видимо, превращаясь в седые.
«Они меня сожрут», — с обреченностью подумала я. — «И к гадалке не ходи…»
Один из монстров неожиданно подпрыгнул ближе, и в него полетела туфля, зарядив тому ровно между глаз.
— Не подходи!
Получивший по голове монстр остановился, а другие перестали шуметь, затихнув и уставившись на валяющуюся обувь. Первый же монстр после недолгих раздумий поднял туфлю, посмотрел на неё и разом проглотил. Остальные снова забулькали и заквакали. Зато теперь ясно, какая участь меня ждет.
— Пожалуйста, нет! — я с отчаянием прижала к себе оставшуюся туфлю, словно она могла меня защитить.
— Зря ты сюда пришла. Не имела права. — булькнул монстр, что стоял ближе всего, и поочередно моргнул глазами.
— Зря… Зря… Зря… Зря… — вторили ему другие.
А еще до меня дошло, почему монстры медлят и не нападают: они просто упиваются чужим страхом. Обладая разумом, они чувствуют мои эмоции и издеваются надо мной, мучают меня. Это приносит им удовольствие.
Я огляделась, пытаясь понять, где столпилось меньше всего существ. Страх вперемешку с адреналином заставлял в панике придумывать план спасения. Без борьбы сдаваться — это себя не уважать.
Эффект неожиданности должен был сыграть мне на руку. Я, пронзительно завизжав, резко побежала на опешивших лягух-переростков, пытаясь прорвать обступившее кольцо. Конечно, за мной ломанулись все остальные.
Проскочить мне не удалось. В платье вцепились когтистые лапы, потянув вниз, и я растянулась на земле, придавленная волосатыми тельцами, от которых несло болотом и мокрой шерстью. Острые зубы, промелькнувшие у самого лица, заставили похолодеть от ужаса. Крик уже не срывался с губ, он оставался внутри, заглушая все мысли, кроме одной, обращенной незнамо к кому:
«Помогите…»
— Что здесь происходит!? — голос прозвучал настолько грозно, что по земле пробежала рябь.
А еще этот голос прозвучал очень вовремя, как раз в тот момент, когда я почувствовала теплое смрадное дыхание над головой и прикосновение склизкого языка к щиколотке. Еще бы чуть-чуть, и остались бы от несчастной актрисы рожки да ножки. Хотя вру, и их бы не осталось.
— Прочь! — произнес голос, которого беспрекословно послушались.
От меня отступили, и я приподнялась, с мольбой взглянув на моего спасителя и узнавая в нем того, кто меня сюда притащил и с кого началась череда неприятностей. Мой похититель стоял мрачной статуей и обводил тяжелым взглядом всех монстров один за другим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Господин… — квакнуло существо, которое было, видимо, самым смелым. — Человек… Проник в лес. Мы поймали. Хотели наказать.
— Не сообщив мне? — этот вопрос был вкрадчивым и тихим, но за ним ощущалась неподдельная угроза.
— Но господин… Человек проник в лес без разрешения. На нашу землю. Надо покарать. Не имеет права. Такие правила. Таков закон.
— У человека было мое разрешение. — четко произнес парень, на секунду прикрыв глаза и поморщившись. — Этот человек имеет право здесь находиться. Этот человек мой. Разве я не говорил, что собираюсь взять в невесты человеческую девушку!?
Морды лягушек-переростков стали еще шире, вытянувшись от удивления. Воцарилось ошеломленное молчание, которое выдавало сложный мыслительный процесс в их черепушках.
— Мы не знали, господин. Мы не знали… Мы не знали… Господин, мы не знали… — затараторили в испуге квакающие голоса. — Мы не знали, что это она… Мы не знали… Она была одна… Она не сказала… Она молчала… Она убегала…
— Она моя невеста. — перебил их парень так резко, что даже я вздрогнула, хотя пыталась вообще не шевелиться и слиться с травой. — Я просто не успел её представить, но она уже часть леса. А вы посмели тронуть её. Прикоснуться к невесте царя.
— Господин… Господин… Пощади… Пощади… Мы не знали… — Монстры с раболепством кинулись в ноги парню, пытаясь прикоснуться к его ботинкам, но тот лишь поморщился и приказал:
— Оставьте нас.
Лягух-переростков как ветром сдуло, они разбежались врассыпную, стараясь исчезнуть как можно быстрее, пока их не догнала ярость господина. Я же не могла до сих пор осознать, что спасена. Пережитый ужас нахлынул с новой силой, и истерика неотвратимо нависла над головой.
— Не подходи! — закричала я, когда заметила, что парень шагнул ко мне. — Пожалуйста, нет…
От моего крика он замер.
— Это невозможно. Все это невозможно! Кто ты такой, черт возьми!? — рыдания не мешали мне продолжать кричать. — Что это за существа!? Да я же умереть могла… — мои слова оборвались, превратившись в осипший стон.
Парень сократил между нами дистанцию и присел рядом. Силы оставили меня, их не хватило даже для того, чтобы отползти в сторону. Плечи беззвучно затряслись, и я начала размазывать слезы и сопли по лицу грязными ладонями.
Парень положил ладонь на траву, а когда поднял её, то из земли пророс цветок с серо-фиолетовыми лепестками, и так быстро, словно пытался угнаться за ускользающей рукой.
Моя состояние было таким измотанным, что очередное чудо даже не удивило.
— Я тебе ничего не сделаю. Положи это в рот. Это тебя успокоит. — сказал он и протянул мне сорванный бутон.
Я отчаянно замотала головой. Ну нет, всякими сомнительными успокоительными меня накачивать не позволю. Рассудком рисковать было нельзя.
— Нет, нет, не надо. — всхлипнула я. — Не хочу. Я не понимаю, что происходит. Но, пожалуйста, отпустите меня. Я же ничего не сделала, я не…
— Ч-ш-ш. — серые глаза парня опасно сверкнули. — Не говори ничего. Лес все слышит.
Какой лес!? Но этот вопрос остался неозвученным, я лишь тупо уставилась перед собой, стараясь совладать с действительностью. У меня просто отобрали всё, во что я верила. А верила я в мир без монстров и магии, где было все привычно и понятно. И как теперь дальше быть, когда все перевернулось вверх дном?
Мне стало так себя жалко.
— У тебя ноги в крови. — сказал вдруг парень, взглянув на мои пятки, которые несколько минут назад сигали по корягам и иголкам.
— Нет. — выпалила я.
— Что нет?
— Не знаю.
Рыдания снова подступили к горлу. Ах, как же хотелось оказаться дома, в безопасности…
