Хватит им там дурью маяться. Подтягивай их, действительно, к нашим делам плотнее.
— Да не вопрос! — кивнул он, — У меня, кстати, тоже есть пара приятелей, которых можно будет попробовать подтянуть к нашей теме. Можно?
— Давай, подтягивай, если считаешь, что они нам нужны, — согласился я.
Тут у меня блеснула идея в голове насчёт портала по трудоустройству, типа нашего хедхантера, но я тут же выгнал её оттуда. Нельзя за всё подряд хвататься. Надо пока сосредоточить основные усилия на этих двух проектах, а там как достигнем положительных результатов, тогда уже о расширении функционала можно будет подумать.
— Ладно, — хлопнул я ладонями по коленкам и встал, — Примерный план действий наметили, двигаемся дальше. Побегу я. Через три дня тогда следующая встреча. Пока! — мы попрощались, и я пошёл к машине.
Глава 3
— Ну надо же! Наконец-то господин наследник соизволил почтить нас своим присутствием. Всего-то на час опоздав, — язвительно-раздражённо встретил меня на арене наставник, когда я буквально прибежал туда. Ну а что я мог сделать? Сначала репетитор по математике задержал минут на двадцать, потом химик на полчаса вот и результат.
— Прошу прощения, — чуть продышавшись, произнёс я, — Пришёл сразу как освободился.
— Ну-ну, — недоверчиво произнёс он, — Будем считать, что я поверил. Потом обсудим вопрос недопустимости опозданий на мои занятия, а сейчас тут с тобой поговорить хотят. Пойдём! — махнул он мне рукой и не дожидаясь моего ответа, направился к дальнему концу арены.
— Странное место для разговоров, — пробормотал я, но пошёл следом за ним. У дальнего выхода с арены стоял высокий худощавый старик, с трудно определяемым на вид возрастом. Ему могло быть как шестьдесят, так и все восемьдесят. Глубокие морщины избороздили всё его лицо. Или не морщины? Я присмотрелся. Шрамы, что ли? Да, похоже на то. Странно, местные целители и следа бы от них не оставили.
— Не все шрамы нанесённые магией можно убрать, — сухо вдруг произнёс он, как будто прочитав мои мысли, — Выдержки вам, молодой человек, явно не хватает. Настоящий аристократ должен уметь контролировать свои эмоции. Видимо, мне придётся настоять, чтобы наставники плотнее занялись вашим воспитанием.
— А ещё настоящий аристократ должен хотя бы представиться для начала, — подхватил тему воспитания я, — Меня-то вы знаете, а вот я вас — нет.
— А ещё наследник клана должен знать в лицо весь высший состав своего клана, — ехидно продолжил старик, — И этим вопросом мы также в дальнейшем займёмся.
— Это не отменяет того факта, что вы не представились, — сухо произнёс я, чувствуя, как в груди медленно растёт раздражение. Словоблудием каким-то занимаемся.
— Ну что ж. Изволь. Виктор Алексеевич Морозов, — он слегка склонил голову, обозначив пренебрежительный поклон. Не знаю, как я почувствовал, что поклон именно пренебрежительный, отдающий лёгким презрением к собеседнику, то есть ко мне, но почувствовал, и раздражение стало потихоньку перерастать в глухую ярость, а он продолжил, — Дядя главы клана, и соответственно, твой двоюродный дед.
— И что же вам, ДЕД, от меня надо?
— Да вот интересно стало посмотреть, что из себя представляет новый наследник клана. И пока то, что я вижу, мне не нравится. Грубый, не весть что о себе возомнивший молодой человек, не уважающий старших.
— А я не сто рублей, чтобы всем нравиться, — оскалился в улыбке я, — И моё уважение надо ещё заслужить, одного возраста здесь не достаточно. Посмотрели? Ну и хватит с вас. А сейчас позвольте откланяться, дела ждут, знаете ли… — окончание фразы я буквально прорычал. Моя всё больше и больше усиливающаяся ярость искала выхода.
— Не позволяю, — жестко сказал дед, — Я ещё не закончил.
— Это была риторическая фраза, для придания, так сказать, куртуазности моменту. А так то мне насрать если честно, что вы мне там дозволяете, а что нет. Я, как наследник клана, обязан подчиняться только главе. Так что не надо говорить мне, что я должен делать и я не скажу, куда вам надо идти. Счастливо оставаться! — издевательски произнёс я и повернулся к нему спиной, чего явно делать не стоило, поскольку в неё сразу прилетел мощнейший удар, по всей видимости, ногой, сбивший меня с ног и протащивший по земле метров пять.
— Видимо, придётся немного поучить вас манерам, молодой человек, — ехидно произнёс старикан, — Я знаю, что способностями вам сейчас пользоваться нельзя, так что и сам воздержусь. Так, ногами попинаю слегка.
— Ногами, значит? — я рывком встал, чувствуя как полубезумная улыбка расползается на моём лице, — Поразвлечься захотел, старый хрен? Ну давай развлечёмся, — я встал в боксёрскую стойку и медленно, но не отвратимо двинулся на него. Познакомим дедушку с боксом.
Основной принцип при передвижении в боксе — это сохранение боевой стойки. В любой фазе боя, очень важно сохранить равновесие, которое приобретается в боксерской стойке, при любом перемещении необходимо оставаться максимально защищенным и готовым для атаки или контратаки.
Боксер бьет руками, но выигрывает ногами. Это парадоксальное правило — первое, чему тренер учит начинающего спортсмена, и этому правилу следуют все боксеры — чемпионы. Именно хорошо отработанная, правильная техника передвижения по рингу дает боксеру преимущество перед соперником. При передвижении шагом боксер не делает настоящих, широких шагов — напротив, шаги должны быть маленькие, почти без отрыва стоп от покрытия ринга. Таким образом, боец не сокращает и не рвет дистанцию слишком резко, постепенно выходит на оптимальную дистанцию для удара и не позволяет противнику выйти за зону контроля — например, когда боксер загоняет соперника в угол ринга, медленное сближение не позволяет тому уйти из угла в сторону.
«Дедушка» с интересом смотрел за моими действиями, и тоже встал в какую-то стойку, напоминающую стойку в карате. Ноги на ширине плеч, ступни разведены под углом сорок пять градусов, руки опущены вниз. Как только я к нему приблизился, он тут же атаковал прямым ударом ноги в грудь, от которого я без труда отклонился и тут же сам атаковал его джебом с левой, сделав подшаг вперёд. Дед от удара уклонился, но вдогонку ему прилетел более акцентированный удар с правой. Я всегда предпочитал бить двойками или тройками. От этого удара он ушёл скачком назад. Я же продолжил двигаться к нему, заставляя его постепенно пятиться назад,
