без шлема и с прической-одуванчиком мановением руки отправил меня сражаться насмерть за десять медяков.
Пройдя под сводами к небольшому пятачку, послушал завывания распорядителя, и еще одна решетка опустилась передо мной, выпуская на желтый песок, успевший впитать больше виртуальной крови, чем любое другое место в игре.
Против меня вышел здоровенный игрок в стандартной ареновской броне и с двуручником. Качество и у того, и у другого отвратительное. Выдают на бой бесплатно и в любых количествах, но выносить нельзя. Типаж знакомый — Разрыватель Жоп номер два. У нас обоих первый бой, новичков выпускают только друг против друга. Двигается, даже не знаю, как описать… как человек, не очень уверенно умеющий двигаться. Будто ребенок, недавно научившийся ходить. Может быть, инвалид или восстанавливается от травм во «Фришке»? Слышал, что изначальным назначением имитатора было именно посттравматическое восстановление. Я остановился посреди круга арены. Что-то не чувствую в себе готовности убивать такого человека. Но и самому из-за этого сливаться не вариант.
Вошел в канал, где Демид пытал Кусимира.
— Прерву вас на секунду. Лех, тебе встречался такой типаж? — И я описал свои впечатления.
Тот расхохотался.
— Василич, вот ты во многом шаришь, но в чем-то как дитя малое. Тебе просто попался тюлень, который от компа только в сортир встает, и то не факт. Вот он и двигается неуверенно, практики мало.
— Между прочим, это очень показательный пример настоящего духа милосердия в вашем клане, — вставил пиарщик.
«Тюлень» между тем, увидев мою нерешительность, пошел в атаку. Воздев двуручник, он захотел рубануть сверху вниз. Даже если бы я вообще не пошевелился, удар пришелся бы по левому наплечнику. Все равно мои сомнения до конца не рассеялись. Сделав шаг вперед и вбок, я развернулся и кольнул противника в затылок под краем шлема. Наиболее легкая смерть, которую я мог ему подарить.
— Добрые люди нашего города! — как в первый раз надрывался распорядитель.
Не слушая его, я отправился вниз. Нужно загладить впечатление еще хотя бы одним боем.
На второй раз ставка выросла до пятнадцати медяков. На противоположном конце арены, едва выйдя на песок, стояла девчонка в коже. Образ похож на Ленкин, только не негритянка. Да вы издеваетесь надо мной, что ли?
Делать нечего, пошел на нее. Когда расстояние между нами сократилось до десяти метров, она сжалась, выставив руки перед собой.
— Не бойся, я сделаю все небо… — не успел договорить, как в меня долбанула молния.
Настоящая, мать ее, молния, сошедшая с рук девчонки. Боль и судорога пронзили меня насквозь, перед глазами пошли цветные круги, и это был не спецэффект на экране визоров. Когда я слегка пришел в себя, девчонка стояла надо мной с кинжалом и примеривалась, куда бы ткнуть. Дернув непослушной рукой, я схватил ее за щиколотку и следующим рывком уронил на песок. Магичка вскрикнула. Тело не слушается, будто меня всего слон отсидел. Неловко ударив наручем по держащей кинжал кисти, чем вызвал еще один вскрик, я навалился на магичку и со всех сил сжал ее в объятиях. Она захрипела, пытаясь вырваться, а, когда затрещали кости, вдруг расслабилась. Вышла из игры. Но тело еще живое, победа не засчитана. Приподнявшись, ударил локтем в область сердца. Теперь готова.
Под вопли распорядителя, я подобрал алебарду, с ее помощью с трудом встал на ноги и поковылял в тоннель. Чувствительность постепенно возвращалась.
Получив свои пятнадцать медяков, я уселся на лавку и перешел в канал, где, кроме Захара и Велика, появились Мырлин и Зелепук.
— Смотрите, как надо колдовать, неудачники, — еще немного заплетающимся языком сказал я и скинул ролик с боем.
Сам тоже пересмотрел. С кинематографической камеры хорошо было видно, что спасло меня только неумение магички пользоваться стилетом. Если б не тупила, а сунула клинок в смотровую щель на шлеме, выиграла бы. Меня секунд пятнадцать крючило. Кстати, по доспехам все это время гуляли небольшие разряды. Неужто не просто молния, а с долговременным эффектом? М-да. Просто взяла и долбанула на десять метров не хуже трансформаторной подстанции. Не то что наши «пе-пе-пе», «му-му-му», а толку ни хрена.
— Посмотрели? — спросил я. — Что скажете?
«В свое оправдание» добавлять не стал, но это подразумевалось.
— Вектор, а ты знаешь, кого убил? — поинтересовался Зелепук.
Я посмотрел логи. Последним ударом нанес 76 дамаги и кучу травм персонажу Lightning. Скинул эту строчку в чат.
— Я так и подумал, — сообщил маг. — Это Марина Вартанян из «Gray Storm», самой крутой киберспортивной команды в мире. Lightning — ее ник.
— Вектор, я понимаю, что ты имел в виду этим видео, — сказал Захар и пустился в объяснения: — На самом деле разрыв между нами и ней не так уж велик. Каждый из нас может выдать довольно мощное заклинание на пределе возможностей. Она не добила тебя потому, что полностью выложилась на один спелл. И, опять же, не факт, что второй молнией, даже если б смогла кастануть, убила бы. Ты же требуешь от нас сохранения сил и боеспособности. И я теперь думаю, что это ошибка. Нам прямым текстом сказали в гильдии магов, что развитие происходит через преодоление своих возможностей. Нам надо колдовать и падать от истощения, потом регениться и снова колдовать.
— Не вали с больной головы на здоровую, — все еще испытывая неприятные ощущения, отбрил его я. — Можно подумать, если б ты сказал мне, что хотите попробовать способ прокачки через истощение, я бы запретил. Пробуйте. Вы в кратчайшие сроки нужны клану в боеспособном виде.
Больше я на арену не пошел, только переместился в соседний сектор. Написал Афанасию о предстоящем сражении, возможно, сумеет заработать на ставках, потом теоретизировал вместе с магами. Кое-что они пробовали прямо на месте, некоторые наработки, требующие длительного регена, применят в грядущем бою.
Вместе с Ленкой пришел ее только что принятый в клан друг по секции, прихрамывающий лучник Шам. Его приход, очевидно, не был сюрпризом для ремесленников, потому что индивидуальный лук для него уже был готов. Огромный, более чем трехметровый, со специальными стрелами, больше похожими на копья. Персонаж Шамиля — высоченный и худющий до сплющенности, непропорционально длиннорукий, был специально заточен под стрельбу. Вел себя новичок приветливо, многих в «Дружине» явно знал, разговаривал с легким южным акцентом и был рад познакомиться с «избранником нашей Лэночки».
— Это так, палка-швырялка, — пренебрежительно отмахнулся он на вопрос о своем оружии. — Когда настоящий лук сдэлаем — рэльс пробивать смогу.
Настоящий, это какой? Может, не надо баллисту в могильник тащить, Шама хватит?
В этот раз народ, подгоняемый мной в Приветке, подтянулся
