простой девушкой-лекаркой и жила в крохотном лесном домике. На свадьбу Уилл подарил мне особенный цветок. Он волшебный и много значит для меня. После смерти Уилла этот цветок завял, и я думала, что уже никогда не увижу, как распускаются его лепестки. Но ты, девочка, совершила чудо.
– Ну, что Вы? Какое чудо? – вежливо проговорила я, глядя на лиловые лепестки в сморщенных руках старушки. – Это, можно сказать, моя работа. Меня зовут Элион. Я маг, который работает с садами. Могу растениям подарить живительную силу. Могу сад возродить. А могу заставить деревья плодоносить.
Конечно, я слегка приукрасила свои достижения. Потому что работала я только с парой садов. Сначала со своим наследством от родителей. Это тогда, впервые использовав магию, я возродила сад за один раз. А после энергии было уже меньше, приходилось использовать ее более порционно. После того, как я вернулась к Филиппу обратно в семью, больше я за магию растений почти не бралась. Так, несколько раз баловалась с ней уже в нашем саду.
Но на одеяле копошились мои дети, денег, которые я забрала из дома, надолго не хватит. Нужно снимать комнату или домик, покупать продукты… нет, мне определенно нужно возрождать свой собственный бизнес! И расширять свои масштабы работы.
– А покажи, что ты умеешь, девочка, – лукаво прищурилась Агния.
Она потянулась к большому цветочному горшку, стоящему на подоконнике. В горшке стояло хилое зеленое растение с осыпающимися листиками. Похоже, что оно было на последнем издыхании.
– Есть у меня мечта одна, Элион, – протянула старушка, пока я смотрела на растение в горшке. – Хочу возродить мой сад. Им Уилл всегда занимался. Любил его очень. А после его смерти я стара да слаба стала. Сад захирел. Денег у меня много, разных садовников вызывала. Даже королевский садовник у меня побывал! Но только проклятье будто легло на мою землю после смерти Уилла. Ничего не растет, хоть ты тресни! Если ты, девочка, и вправду маг и не обманываешь меня, то щедро заплачу я тебе за услугу.
– Только дело это не быстрое, – предупредила я, осторожно касаясь листика растения, что сиротливо стояло в горшке. – Я не волшебница, щелчком пальцев сад возродить не смогу. Мне нужно подход к каждому растению искать.
– Все, как ты пожелаешь, Элион, – махнула рукой Агния, сидя на моей постели. – Не поскуплюсь в награде, если получится у тебя возродить мой сад. Но прежде…
Она строго указала на цветок в горшке. Я втянула в себя воздух и прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Нащупать нежные ниточки, пронизывающие растение. Те невидимые ниточки, что питали в нем жизнь.
– Получилось! – радостно воскликнула старушка.
Я открыла глаза, просияв от удовольствия. На моих руках растение вытянулось, расправило веточки, и даже листья обрели особый, нежно-зеленый оттенок. Я на радостях хотела встать, пройтись по комнате, но меня снова охватила дурнота. Голова закружилась, и я ухватилась за плечо Агнии, чтобы не упасть на подушки.
– Что со мной? – в страхе прошептала я, глядя на старушку.
На этот раз моя дурнота прошла быстрее. Да и сознание я не теряла. Агния нахмурилась и цепко ухватила меня за запястье, будто бы считая пульс. Ее глаза едва заметно засветились от магии.
– Я же лекарка в прошлом, я говорила. Больна ты, девочка, – проговорила старушка, а я задрожала от ее мрачного голоса. – Скажи, а отец у детей есть? Вдруг что с тобой случится…
Агния не договорила. Меня охватил настоящий ужас. Что со мной?!
Глава 3
И тут я вспомнила свое состояние после того, как долго не использовала магию, а потом с непривычки тратила слишком много энергии. Было то же самое! Тошнота, головокружение, дрожь… Кажется, я и сознание теряла с непривычки!
– Со мной все в порядке.
Почти силой я вырвала из руки лекарки свою. И сжала губы. Может, Агния нарочно сказала за болезнь, чтобы вытурить меня из своего дома поскорее?
– Так бывает после долгого перерыва, когда не используешь свою магию. Со мной произошло именно это, – добавила я.
Насчет отца детей я нарочно промолчала. Род и титул Филиппа были слишком хорошо известны при дворе, чтобы раскрывать их этой старой аристократке. Еще побежит сдавать меня моему мужу! Я не собиралась возвращаться обратно, поджав хвостик. Хватит прощать Филиппа за все его грехи. Если он мне не верит, то значит, я не буду жить с ним. Все просто.
Когда мы с Агнией заговорили о деньгах, стало видно, что она не жадная скряга. И заплатит золотом. Поэтому я решила обнаглеть:
– Только… у меня есть условие. Если Вам не помешает присутствие моих детей и меня в Вашем особняке, я хотела бы остаться и жить у Вас. Потому что работа с садом – это, как Вы видите, сложный процесс. И если я буду приходить к Вам на пару часов в день, то сад я буду восстанавливать долго.
– Ну, что ты?! – засуетилась вокруг меня старушка, она даже принялась взбивать подушки, лишь бы уговорить меня сделать работу как можно скорее. – Нельзя тебе где-то жить. Посмотри, а если плохо станет? Упадешь в обморок, деточек напугаешь, кто них позаботиться? Оставайся, конечно, Элион! И малышам твоим я рада. Всегда мечтала внуков понянчить, да не довелось. Вот хоть ты с малышами своими мне на старости лет встретилась. Вижу, девочка ты хорошая. В беду попала. Помочь тебе хочу.
– Спасибо, Агния, – тихо и смущенно проговорила я, опустив взгляд.
Стало неловко, что я подозревала старую женщину в злом умысле. Агния встала с кровати и принесла мне малышей.
– Ты мне такую радость сделала. Цветок оживила. Пусть хоть он один, да память о Уилле, – старушка любовно прижала цветок к груди.
А я обняла своих детей, чувствуя себя в безопасности в этом старом особняке. Почему я посчитала это место заброшенным? Ума не приложу. Зато, может, хоть Филипп сюда не заявится! Не найдет меня и детей.
Я задрожала при одной только мысли об этом. Перед глазами у меня встал не Филипп. А его отец, Солар. Я вспомнила, как коварно он вел себя со мной там, на балу. Как соблазнил меня. Как я захотела признаться в своей ошибке, в том что поддалась Солару, сразу. А Филипп… не поверил мне. А Солару все равно! Я вспомнила его
