Измождён не меньше, чем я. Ты ранен. Но...
— Да я что, хоть слово вякнул? — обиделся Джек. — Наоборот, считаю — всё ты правильно разрулил. И отожрусь, и шкура подживёт, и у вас под ногами мешаться не буду. А то, что ранен — хреново, конечно, ну так оно ж не навсегда.
— Вот поэтому я оправляю с тобой Серого, — сказал Кирилл. Посмотрел на сына. Виновато пообещал: — Мы будем очень спешить. Но, сам знаешь, путь предстоит неблизкий.
— А Мрак сильнее меня, и толку от него в дороге больше, — сообразил Серый. — Понял, чё. Не маленький.
И всё же кошки на сердце заскребли — от того, что отец, едва успев встретиться с ним после такой разлуки, снова уходит. Потому что должен. И всю дорогу он так — всем кругом должен! Дома так было, а теперь уже каким-то левым мужикам, которые его чуть не убили, задолжал. Всем должен — кроме Серого. Ну и оттого, что выбрал Мрака, а не его, было грустно.
Умом Серый понимал, что отец поступает правильно, что не может иначе. Что пользы от Мрака — действительно больше. Но дурацкая детская обида всё равно лезла.
— Эри — менталист, куда более сильный, чем Джек и Шаман, — по-прежнему виновато объяснил отец. — Возможно, самый сильный из всех существующих. Но физически — Эри слабая, мало приспособленная к жизни вне Бункера девочка. А Джек ранен. И в случае опасности кто-то должен их защитить.
— Это я-то слабая?! — возмутилась Эри. — Да вы знаете, что я два месяца на лыжах с рюкзаком через лес ехала? А потом ещё месяц по горам шла?
— Когда не падала, — фыркнул Серый.
Эри обиженно надула губы. А Кирилл посмотрел на сына. Снова пообещал:
— Мы постараемся вернуться как можно быстрее.
Прозвучало до того виновато, что Серому стало стыдно за свои мысли.
— Да понимаю я всё! — сердито буркнул он. — Можешь не уговаривать. И так знаю, что наизнанку вывернешься, лишь бы поскорее вернуться.
— Я тоже вывернусь, — подал вдруг голос Мрак. И покраснел.
Глава 3
Эри
Спальных мест в доме обнаружилось три. В комнате поменьше легли на кроватях Джек, Кирилл и Шаман, а Серый, Мрак и Эри устроились в другой комнате. Здесь кроватей не было, а старый продавленный диван, при попытке его передвинуть, развалился. Пришлось устраиваться прямо на полу. Застелили свободный от мебели угол собранными по дому одеялами и тряпьём, завернулись в спальники.
Эри думала о том, как они вернутся в посёлок — тот, где Джека и Кирилла держали в плену. Где погибла Олеся. Эри удивилась, что Джек так легко согласился туда пойти, сама в такое место ни за что бы не вернулась. Хотя, конечно, она — это она. А Джек — боец, сколько уж раз адапты ей объясняли. Он должен делать то, что приказал командир. Командир у него Кирилл — несмотря на то, что Джек и сильнее, и как боец опытнее. И Эри, если хочет остаться с Джеком, к адаптским порядкам тоже нужно привыкнуть... Ничего, справится. Теперь она в этом уверена. Она нашла отца. Всё, чего хотела — это быть рядом с Джеком, для себя твёрдо решила, что в Бункер ни за что не вернётся. Она бы с Джеком и днём не расставалась, но предложение дневать в одной палатке он категорически отверг. Объяснил Эри:
— Тебе всё-таки не пять лет, взрослая уже. Того гляди, жених нарисуется, а у тебя папашка под боком храпит. Всю малину обгадит.
Эри, сообразив, о чём он говорит, вспыхнула и больше на своём не настаивала. А сейчас ворочалась на полу с боку на бок.
Ужас, как неудобно! За все три месяца, прошедшие с тех пор, как сбежала из Бункера, спать на нормальной кровати доводилось считанные разы. Последний — в посёлке у людей, пленивших Кирилла и Джека. Хотя и там Эри толком не спала. Только успела задремать, прибежал Серый: «Подъём! На том свете выспишься».
А здесь — пыльно, затхло, да ещё мышами пахнет. Про мышей — это Мрак заметил вскользь, но Эри хватило. Мышей она не боялась, однако о том, что безобидные и даже симпатичные с виду грызуны являются разносчиками целого букета инфекций, помнила. И это безмятежному засыпанию тоже мало способствовало.
Переворачиваясь в очередной раз, Эри заметила, что не спит не только она.
Рассохшиеся щелястые ставни пропускали достаточно света. Лежала Эри, как привыкла в походе, между Серым и Мраком. И сейчас, приподнявшись на локте, на неё смотрел Мрак.
— Ты чего? — удивилась Эри. Шёпотом, адаптская дисциплина приучила сдерживаться.
Мрак, кажется, смутился. И тоже шёпотом буркнул:
— Ничего. Просто гляжу. Нельзя?
Эри пожала плечами:
— Да можно, пожалуйста. Смотри на здоровье.
Снова легла и закрыла глаза.
Но сон не шёл. На слух Эри не могла определить, улёгся Мрак или нет, а выяснить это так и подмывало. Не выдержав, попробовала посмотреть из-под ресниц. Не сумела, перекатилась поближе и снова украдкой глянула. Мрак по-прежнему смотрел на неё.
— Да чего тебе? — Эри, не выдержав, села. — Зачем ты смотришь?
В этот раз Мрак не смутился. Глядя на неё, тихонько позвал:
— Иди сюда.
Как тогда, в горах, — обожгло Эри. Стало вдруг ужасно жарко. Она застыла на месте, не зная, что ответить. И нужно ли вообще отвечать.
Мрак рассудил по-своему. Так же тихо спросил:
— Не хочешь?
— Я... не знаю, — выдавила Эри.
Мрак грустно усмехнулся.
— Кабы хотела, знала бы... Ладно, всё. Спи, — лёг и отвернулся.
«А мы ведь с ним завтра расстанемся, — кольнуло вдруг Эри. — Надолго! Неизвестно, когда вообще увидимся».
Засыпать вот так, не договорив, показалось неправильным.
Эри подползла ближе к Мраку. Всмотрелась в суровое лицо с закрытыми глазами. И осторожно погладила парня по щеке.
Мрак открыл глаза. Поймал руку Эри, повернулся к ней. И поцеловал ладонь — раз, другой.
Цепкий взгляд светлых адаптских глаз как будто поймал саму Эри. Пытаешься от него ускользнуть — и не можешь. Эри дёрнулась было — отобрать у Мрака ладонь, но вдруг поняла, что не хочет этого делать. Взгляд адапта завораживал. От поцелуев по телу разливалось странное чувство, будоражащее и опасно притягательное.
