ДжэДжун крепко задумался:
— «Ведь по большому счёту она права. Проклятие!»
Мысли поочерёдно отражались на его лице, показывая нешуточную внутреннюю борьбу, что сейчас терзала парня.
— Давай я тебе немножечко помогу, — вновь взяла слово девочка, нагнувшись вперёд и нависая над столом, поманила при этом указательным пальчиком брата к себе.
ДжэДжун автоматически отреагировал, склонившись навстречу.
— Представь себе вот что: Seoul World Cup Stadium который сейчас достраивают для чемпионата мира. Представил?
— «Угу», — не отрывая рта, ответил парень.
Он видел этот стадион. Шикарная арена, что будет пущена в эксплуатацию к началу чемпионата мира по футболу в следующем календарном году.
(Seoul World Cup Stadium.)
— Вечер — сумерки. На одной из сторон поля установлена сцена. Стадион весь заполнен до отказа. Сасены (Корейский неологизм, означающий поклонников K-pop-музыкантов, особенно фанатично любящих своих кумиров и способных в ряде случаев на нарушение закона «ради них».) выкрикивают ваши имена, размахивая при этом лайт-стиками (Фонарик (достаточно дорогой, следует заметить), который является символом фандома той или иной группы, способом поддержки и взаимодействия с любимыми артистами на концерте. Лайтстики бывают абсолютно разных форм и соответственно цвета.)…
(Пример: лайтстик группы TWICE .)
— … Всё пространство заполняют волны света, и вы просто-напросто купаетесь в них, наслаждаясь всеобщей любовью и признанием вашей крутизны.
ДжэДжун даже глаза зажмурил в какой-то момент. Но тут он вдруг резко их распахнул и дёрнулся назад, с подозрением глядя на девочку.
— Вот видишь, оппа, — голосом, который от чего-то показался парню принадлежащим кумихо, продолжила говорить «вроде бы девочка».
После слов тётушки Ча, в истинности того, что перед ним сидит лишь маленькая девочка, у ДжэДжуна зародились некоторые сомнения. И не то, чтобы беспочвенные. Он посмотрел в сторону и негромко произнёс:
— Кажется тётушка была права.
— Чего ты там бормочешь? — толком не расслышав сказанного, переспросила Лалиса.
— Что? — вернул взор на сестру парень и тут же замахал перед собой руками. — Нет, ничего. Забудь! Это я так…
Нервный смешок, вырвавшийся из уст ДжэДжуна, был благополучно проигнорирован собеседницей.
— Как скажешь, — легко согласилась Лалиса и, с прищуром глядя на брата, спросила: — Ну так что? Продолжим общаться, как общались или…?
— Продолжим конечно, — с некоторой обречённостью в голосе спустя пару секунд ответил ДжэДжун и грустно вздохнул.
— Я не поняла? — нахмурилась девочка и скрестила руки на груди. — Ты чем-то недоволен, оппа?
— Я? Не-е-ет! Я это… — запутался в тщетной попытке выразить мысль оппа, но был остановлен.
— Да всё нормально, — махнула рукой Лалиса и рассмеялась.
— А-а-айщ! Издеваешься, да? — нахмурился ДжэДжун. — Как ты так можешь? Я же старше тебя. И к тому же, твой брат.
— Подожди, — простонала сквозь смех девочка.
Пришлось ждать. А куда деваться-то? Наконец приступ смеха отпустил «мелкую интриганку и провокаторшу», втянувшую в это дело ДжэДжуна, и она всё же извинилась:
— Прости, пожалуйста! Но у тебя было ТАКОЕ лицо. Я не удержалась.
— Ладно, забыли. А ты же вроде куда-то торопилась?
— Ох ты ж чёрт! — подскочила девочка и, схватив рюкзачок, рванула было на выход, брякнув напоследок: — Аньён!
Но на втором шаге она остановилась и неуверенно вернулась к столику.
— Что-то забыла? — взявший уже было в руки палочки для еды и наклонившийся над тарелкой, ДжэДжун разогнулся.
— Оппа, — неожиданно превратившись в «скромницу» и отведя при этом взгляд в сторону, обратилась к парню Лалиса, держа рюкзачок перед собой обеими руками, — ты не можешь мне одолжить денег?
— Денег? А… А у тебя разве нет? Твои родители вроде достаточно обеспеченные люди.
— У меня отобрали кредитку, — не глядя на собеседника, поведала страшное сестрёнка. — Деньги были только на такси от дома до школы и обратно. А мне ещё надо до SBS добираться и домой… потом.
— И почему я не удивлён? — с насмешкой прокомментировал услышанное ДжэДжун.
— Тебе жалко, что ли? — перевела-таки взор на брата девочка. — Или решил отыграться за мою шутку?
— Сколько тебе там надо? — не стал опускаться до уровня «некоторых» ДжэДжун и полез в карман.
— Заплатить за такси до SBS и оттуда до дома. Вот, в общем-то, и всё.
— Понятно, — задумался парень, а затем вытащил несколько купюр и протянул сестре. — Держи. Этого должно хватить.
— У-у-у! Спасибо! Всё, я побежала, — ловко выхватив «бумажки» из руки брата, выпалила Лалиса и, развернувшись, быстро зашагала на выход, бросив за спину: — Аннён!
— Аннён! — улыбнулся ДжэДжун и, вспомнив кое-что, выкрикнул вслед сестрёнке: — Не забудь про занятия завтра!
— Помню! — махнула та рукой и скрылась за дверью, ведущей на улицу.
Глава 3
Место действия: огромных размеров здание, принадлежащее теле-радио вещательной корпорации SBS
Время действия: двенадцатое октября. Четыре часа после полудня
В одном из павильонов идут съёмки крайне популярный дорамы. Она получилась настолько удачной, что на совете директоров было принято решение продлить её ещё на один сезон. Подобное является крайней редкостью, так как обычно все местные сериалы оканчиваются уже первым сезоном. Но не в этот раз. Всеобщее внимание зрителей привлёк восходящая звезда экрана — Кан Ю.
Молодой человек настолько эффектно выглядит, что, волей не волей, прямо-таки приклеивает к себе взгляды окружающих. Причём как женские, так и мужские…
— Снято! — командует режиссёр Кон и оборачивается к ассистентке. — НаЁн, где эта Эбби?
Молодая девушка лет двадцати трёх на вид делает несколько шагов к мужчине, расположившемуся на удобном тканевом стуле, и с виноватыми интонациями в голосе начинает оправдываться:
— Простите, режиссёр Кон! Девочка, что должна была играть роль двоюродной сестры главного героя, заболела и не сможет принять участие в съёмках.
— Что⁈ Как так⁈ — вскакивает со своего места режиссёр и начинает ходить из стороны в сторону, потрясая при этом руками. — Да что ж это такое⁈ Никому верить нельзя!
Ассистентка стоит молча и смотрит в пол прямо перед собой. Она уже сделала несколько обязательных поклонов, чтобы хоть чуть-чуть умерить гнев начальника. Однако, это не очень помогло, и главный человек на съёмочной площадке распаляется всё больше и больше:
— Всегда знал, что женщинам доверять нельзя! И вот… — выставив перед собой руки в картинном жесте, восклицает режиссёр. — Пожалуйста! Полюбуйтесь!
К разбушевавшемуся начальнику подходит Кан Ю:
— Режиссёр Кон, я отойду ненадолго?
Настроение мужчины как по волшебству меняется прямо на глазах.
— Ю, мой мальчик, разумеется, ты можешь сходить по своим делам. Как ты себя чувствуешь, кстати?
— Спасибо, режиссёр Кон! Всё прекрасно, — улыбается парень.
Подобное к себе отношение Кан Ю заслужил недюжинным талантом и, безусловно, трудом, что отметили все уже давно, кто хоть раз видел, как он подходит к делу.
— Так… все! — обращает на себя внимание режиссёр, хлопнув в ладоши над головой и повернувшись к съёмочной площадке. — Перерыв один час!
Народ начинает потихоньку разбредаться по своим делам. Это касается не только актёрского состава, но также и стаффа, получившего неожиданный отрезок свободного времени.
