– Ты не посмеешь…
Однако сейчас Мэтт готов был на многое.
Подонок, именующий себя Призраком, не давал ему покоя в течение всех семи лет работы в полиции. Но, разумеется, проблема заключалась не только в ущемленном самолюбии Мэтта.
В последнее время Призрак превратился в подобие серийного убийцы. Если прежде он убивал по необходимости, то сейчас, похоже, это начало доставлять ему удовольствие и он стрелял, даже когда без этого можно было обойтись. Однако все равно никто не мог докопаться до того, кто этот зверь и где находится его логово.
Специалисты составили психологический портрет Призрака. По их мнению, это был человек лет тридцати пяти, одиночка с наклонностями социопата. Но Мэтт мог бы сказать то же самое на основании одних лишь полицейских отчетов. Правда, психологи еще утверждали, что Призрак красив и пользуется успехом у женщин. Не исключено также, что на самом деле это довольно известная личность.
Неужели Синти не знает о нем ничего конкретного? Или, может, она разыгрывает совсем другую комедию – нарочно потакает подозрениям в отношении себя? Но зачем? И почему она второй раз оказывается именно там и тогда, где и когда совершается преступление?
Задумавшись, Мэтт сам не заметил, как положил ладонь на колено Синти, поглаживая его большим пальцем. Что ж, даже если она и обладает какими-то сведениями, то все равно.
– Это для меня или для тебя?
– Для нас обоих, – проворчал Мэтт, подразумевая не совсем то, о чем она спрашивала. – Для тебя, конечно.
– Но тут еще не срезаны ярлычки.
– Это новые вещи, – пояснил он. – Надевай. – Однако Синти швырнула куртку и брюки на тот же стул, где находился ее саквояж.
– Не стану ничего делать до тех пор, покаты не объяснишь, что происходит!
Мэтт усмехнулся. Вот оно! Этого ультиматума он ждал с того момента, как надел на нее наручники. Но все время, пока они ехали в Эдинбург, она сидела тихо как мышка, время от времени поглядывая на него и так обольстительно облизывая губы, что он с трудом вспоминал собственное имя, не говоря уж о чем-то ином.
Стоя у другого конца кровати, он сложил руки на груди и прямо посмотрел на Синти. Мотив его действий был не так уж и сложен.
– Мне нужны сведения о Призраке.
Она метнула в Мэтта взгляд своих удивительных темных глаз, затем плотно сжала губы и тоже попыталась сложить руки на груди, забыв, что одна из них прикована к изголовью кровати. Однако звон наручников быстро напомнил ей об этом.
Мэтт мог не объяснять, кто такой Призрак.
Всем известно, что в воровской среде все вообще предпочитают обходиться без имен и пользуются кличками. Призрак получил свое прозвище не за сферу деятельности, а за мрачность натуры, абсолютную безжалостность и неуловимость. Его путь был густо усеян трупами. О личности этого преступника никто ничего толком не знал, хотя все о нем слышали. Не дождавшись ответа, Мэтт продолжил:
– Два месяца назад Призрак совершил налет на ювелирный салон в Лондоне. Несколько охранников убиты, один из них был отцом трех малолетних детей.
Синти с видимым безразличием теребила простыню, однако в очертаниях ее фигуры ощущалась напряженность.
– За месяц до этого он дерзко ограбил художественную галерею в Бристоле. Двое раненых, один убитый. – Мэтт присел рядом с Синти па край кровати. – Мне нужен этот подонок, малышка. Я так хочу его поймать, что это сводит меня с ума!
Синти пристально взглянула на него.
– У тебя с Призраком личные счеты?
– В некотором роде.
Мэтту неприятно было признаваться, что однажды ему поручили дело, главным подозреваемым по которому проходил Призрак, а он не смог его раскрыть. И потому каждое новое ограбление, произведенное бандой Призрака, Мэтт воспринимал как личное оскорбление. Ведь если бы в свое время он не сплоховал, мерзавец давно сидел бы за решеткой.
– Но почему я должна тебе помогать? – спросила Синти.
– Потому что, если ты этого не сделаешь…
Ему нужны сведения, но она вряд ли добровольно согласится поделиться ими. Поэтому, как ни верти, а придется, видно, надавить на нее еще больше.
Он перевел взгляд на лицо Синти. Увидев, что она наблюдает за его пальцем, кругами скользящим по ее колену, поспешно убрал руку.
С ее губ слетел легкий вздох, затем она стянула с головы парик и вынула из собственных волос несколько шпилек. В ту же минуту ее темные локоны упали на плечи, красиво обрамляя лицо. Это зрелище привело Мэтта в восторг и еще больше усилило влечение к Синти.
– Что, по-твоему, я могу сделать для тебя? – вдруг произнесла она, и это прозвучало как-то многозначительно.
Мэтт окинул взглядом ее роскошные каштановые волосы и остановил глаза на выделяющихся под тканью платья сосках груди. Его сердце ускоренно забилось: он вспомнил свои ощущения в момент их с Синти незавершенной близости, ее мгновенный отклик на ласки.
Разве ему приходилось прежде иметь дело с женщиной, которая держалась бы так свободно? Действия которой были бы столь спонтанны? И которая бы точно знала, чего хочет, не прибегая при этом к кокетству, хождению вокруг да около, не сомневаясь в том, поспешно или нет она соглашается на интимную близость, не скрывая, что желает парня так же сильно, как и он ее?
Поднявшись с кровати, Мэтт протянул руку, и Синти сразу положила шпильки на сто ладонь, как будто дожидалась чего-то подобного.
– У тебя удивительная способность предчувствовать события, – заметил он.
Звякнув цепочкой наручников, Синти нахлобучила парик на ближайший столбик металлического изголовья кровати и поинтересовалась:
– А сколько времени ты следишь за мной? – Мэтт машинально сунул шпильки и карман, поднял со стула пижаму и аккуратно сложил, думая в этот момент об уйме снимков, хранящихся в ящиках письменного стола у него на работе.
– Довольно долго.
– Мм… – Медленным, способным свести мужчину с ума движением Синти скрестила длинные стройные ноги. – И что, это… возбуждает тебя? Тебе нравилось ходить за мной, зная, что я ни о чем не догадываюсь?
Он не мог отвести глаз от ее бедер.
– Смотреть на меня, – продолжила она, – и не сметь прикоснуться?
Мэтт усилием воли заставил себя перевести взгляд на ее лицо.
– Моя слежка носит чисто профессиональный характер.
Синти внимательно оглядела его с головы до ног, затем тряхнула закопанной в «браслет» рукой.
– Это так? Тебе надоело бегать за мной, и ты решил кардинально изменить поведение.
Он расплылся в широкой улыбке. А ей пришлось плотно сжать губы, чтобы не улыбнуться в ответ.
– Вижу, ты большой шалун, Мэтт!
– Макгриди. Мэтью Макгриди.
На секунду Синти прищурилась, но потом черты ее лица разгладились.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
