мне все равно. Я хочу, чтобы все ялаты сдохли.
После того, как окидываю комнату взглядом, отмечая, что Брэкстон уничтожил всех врагов, кроме одного, испускаю вздох облегчения.
То есть до тех пор, пока в дом не ворвались еще шесть ялатов.
Брэкстон делает размашистое движение рукой, отталкивая их назад. Но они быстро сплачиваются. Он свиреп в своих атаках, никогда не замедляется, никогда не устает. Однако нас сильно превосходят численностью.
Брэкстон, по-видимому, признает этот факт. Он удивляет меня, роняя свой меч и протягивая руки. Я с изумлением наблюдаю, как ялаты застыли на месте, явно пытаясь освободиться. Теперь, когда больше не стоит ко мне спиной, я могу видеть, как на лбу доктора собирается пот, пока он продолжает их удерживать. Крики и визг врагов мешают мне думать и усиливают стук в моей голове.
— Беги! — кричит он. — Я буду сдерживать их.
Я отталкиваюсь от стены и поднимаю руки.
— Нет.
Брэкстон щелкает запястьем, и один из ялатов съеживается, сминаясь сам по себе, прежде чем упасть на пол кучей.
— Не используй свой дар, — говорит он, его руки дрожат. — Ты сгоришь дотла. Это небезопасно.
Я опускаю руки, полностью намереваясь прислушаться к его предупреждению, пока в дом не ворвется еще больше ялатов. Каждая клеточка моего существа приходит в состояние повышенной готовности, когда адреналин разливается по моему телу. Сила внутри меня, по-видимому, вызванная выживанием, сильно пульсирует внутри, когда поднимаю руки над головой.
— Нет! — Крика Брэкстона, сопровождаемого громоподобными шагами ялата, недостаточно, чтобы нарушить мою концентрацию. Я закрываю глаза и молюсь, чтобы Брэкстон не был убит.
В порыве силы, от которой у меня перехватывает дыхание, я высвобождаю все, что у меня есть. Жидкий огонь, смешанный со странной прохладой, пронизывает меня насквозь, прежде чем покинуть кончики моих пальцев. Затем раздается громкий рев, прежде чем серия разрывающих звуков заполняет комнату. Мои глаза распахиваются, чтобы увидеть, что ялаты разорваны на куски. Это великолепное, но ужасное зрелище.
Брэкстон бросается ко мне, загораживая мне вид на ужас и запекшуюся кровь передо мной. Он заключает меня в объятия, мои ноги подгибаются, и я смотрю на него, а он — на меня сверху вниз. Его глаза, когда-то ярко-голубые, теперь стали прекрасным обсидианом. Два озера тьмы бурлят от гнева и беспокойства.
— Ты маленькая дурочка, — шепчет он, его хватка на мне усиливается.
А потом он выбегает из дома.
Моя голова падает ему на грудь, и мои глаза закрываются. Я чувствую себя так, словно мои конечности налиты свинцом, такие тяжелые и совершенно бесполезные, но мое сердце бешено колотится в груди, как будто бежала спринт. Волна изнеможения накатывает на меня, затягивая под воду, и моя последняя мысль — что Брэкстон, возможно, был прав насчет меня.
Я идиотка.
***
Звуковой сигнал отдается в голове, будя меня.
С тихим стоном я заставляю себя открыть глаза и оглядеться по сторонам. Мой взгляд сразу же падает на Брэкстона, несмотря на то что рядом несколько пациентов, которые занимают многочисленные койки, а также медики, ухаживающие за ними. Брэкстон одет в белый халат поверх черного летного костюма, а его меча нигде нет, что имеет смысл, поскольку мы находимся в клинике. Ушел прежний воин, и на его месте появился врач. Так или иначе, оба персонажа хорошо «смотрятся» на нем.
Он поворачивает голову в мою сторону, ловя мой пристальный взгляд, но я слишком устала, чтобы обращать на это внимание. Я продолжаю наблюдать за ним, когда он широкими шагами пересекает комнату и встает прямо рядом со мной, и чуть-чуть наклоняется.
— С тобой все в порядке? — спрашивает он и протягивает руку, как будто хочет прикоснуться ко мне, а затем ее убирает.
Я облизываю губы, пытаясь заставить свой рот полностью функционировать.
— Я думаю, что да.
Как будто искушение прикоснуться ко мне слишком сильно, он убирает волосы с моего лба.
— Ты могла погибнуть.
Вау. Этот парень действительно знает, как похвалить даму.
— Мы были окружены, — говорю я, слегка пожимая плечами. — Я сделала то, что считала лучшим.
— Ты вообще не думала, — огрызается он. Чернильно-черные полосы ненадолго появляются в неоновой синеве его глаз, но исчезают после моргания. — Тебе очень повезло, что твое тело привело тебя в бессознательное состояние вместо того, чтобы использовать твою жизненную силу, следовательно, убить тебя.
Опять же, какой ловелас.
— Послушай, — говорю я, поджимая губы, — моя жизнь — это не твоя забота.
Он открывает рот и тут же закрывает его, коротко щелкнув зубами. Затем его ноздри раздуваются, когда он резко выдыхает. Что-то в нашем разговоре разозлило его, но я не могу себе представить, что именно. Я только что встретила этого парня, черт возьми.
— Где я нахожусь? — спрашиваю, пытаясь увести тему разговора от себя. Дело не в том, что я пыталась быть безрассудной. Просто не могла стоять в стороне и ничего не делать, пока мы были в опасности. Хотела бы отметить, что Брэкстон должен быть благодарен, что я не уничтожила его вместе с аллигаторами, но он и так уже взбешен.
— Ты находишься на «Шарвикс».
Он достает устройство и направляет его на меня. Машинка чирикает и пищит, без сомнения, предоставляя ему какую-то информацию. От этой мысли мне становится не по себе.
Секреты остаются секретными по какой-то причине.
— Я чувствую себя прекрасно. Ты можешь убрать эту штуку? — Я киваю головой в сторону сканера, и он удивляет меня, кладя его в карман. — Что такое «Шарвикс»? И ты нашел Камиллу?
— В некотором роде.
— Прекрати нести чушь, Брэкстон.
Трое других медиков вместе с несколькими пациентами бросают взгляды в мою сторону. Я игнорирую их, сосредоточив свое внимание исключительно на враче. Возможно, это не лучший выбор слов, но мое беспокойство за подругу заостряет мой язык и сокращает мое терпение.
Он приподнимает бровь, давая мне понять, что мое поведение возмутительно.
— Человеческая женщина вместе с несколькими другими доставляется на планету Ялат. Ты находишься на дравийском корабле, который преследует пленных людей.
Я выдыхаю, откидывая волосы со лба. Я нахожусь на инопланетном космическом корабле, который следует за другим инопланетным космическим кораблем, чтобы спасти похищенных человеческих женщин. Потрясающе.
Я закрываю глаза, когда чужеродные концепции проникают в мой разум. Это странно, но не могу отрицать того, что происходит вокруг меня и со мной самой. Я все еще хочу знать, что, черт возьми, происходит с моим телом. Почему у меня есть способности, подобные способностям Брэкстона?
Я должна была бы паниковать из-за того, что больше не на своей родной планете и в
