Рэйс на мгновенье поморщился, но все же закрыл глаза и сконцентрировался. Карачун, уставившийся на далекий пригорок, пропустил момент, когда маг исчез, а на холме появился "енот". В ушах оборотня прозвучал голос Рэйса:
— Вижу двух тигров, идущих по лугу; идут открыто, не таясь. Оу, они меня, кажется, наконец-то заметили.
Оторопевший поначалу от появившегося на пригорке двойника Карачун, тут же сориентировался и достав из сумки прибор, похожий на монокуляр, приложил его к глазу и начал пристально вглядываться в ту сторону, куда была повернута морда иллюзии.
— Не двое, бро, там их больше; я пятерых насчитал. Но, скорее всего, тут не все. Остальные в траве прячутся, и скорее всего уже выдвинулись тебя обходить. Убирай меня… тьфу ты, свою иллюзию и погнали отсюда скорее, — енот развернулся и шустро рванул в заросли рогоза.
Через секунду он услышал сопение Рэйса за спиной, и не оборачиваясь продолжил:
— Надолго мы их со следа не сбили, не такие уж они и лохи. Сейчас заберемся в топи. Для тигров загонная охота не свойственна, не любят они ее. Они одиночки и привыкли работать из засады; командной работы от них можно не ждать. Это хоть и кошки, но очень тяжелые кошки — это тоже нам в плюс. Передвигаться в топях бесшумно и быстро они не могут. Ну, и естественное сработает ограничение в магии. Они огневики, а болото — это вода, моя основная стихия. Чем больше вокруг воды и выше влажность воздуха — тем слабее и нестабильнее будут получаться их заклинания, и тем сильнее буду я. По идее, они за нами вообще не должны в болота полезть. До границ их территории мы доберемся всяко раньше, чем они нас настигнут, а там и…
Договорить енот не успел. Со стороны того места, где они вошли в болота, послышался явственный рев пламени и треск разгорающегося сухого камыша.
— Вот уроды-то!!! Рэйс, бегом за мной! Эти суки подожгли камыши, а тут кругом болотный газ!!!
* * *
Двое путников устало брели по выгоревшему болоту. Пожар ушел далеко вперед, и сейчас бушевал заревом в стремительно темнеющем вечернем небе. Едва переставляя ноги, Рэйс брел по пояс в мутной болотной жиже. Впереди, так же с трудом переставлял лапы енот. Водный щит, который енот поддерживал над ними обоими, опустошил резерв Карачуна почти в конец, от чего тот теперь еле брел, сильно раскачиваясь при каждом шаге. Не смотря на слабый ветерок, немного разгоняющий вечерний болотный туман, в воздухе все еще стоял удушливый запах пожарища, а от дыма нестерпимо резало глаза и жгло легкие. Когда стена пламени, пожирающая сухой болотный камыш, догнала путников, они нырнули по грудь в топь, и енот развернул над ними полукруглый купол из мутной болотной воды. Щит ограждал их не только от жара пламени и едкого дыма, но и не позволял воздуху проникать внутрь. Поэтому, время от времени, Карачуну приходилось немного приоткрывать защиту, и внутрь вместе с воздухом неумолимо попадала и удушливая гарь.
Но ни дым, ни слезящиеся глаза и дико саднившее горло, ни промокший и висевший тяжеленым мешком комбинезон не доставляли Рэйсу столько страданий, как банальное отсутствие ботинок. Босые ноги резало об острую обгоревшую стерню, под водой то и дело попадались острые коряги. Ко второму часу блуждания по болоту обе ступни уже представляли из себя кровавое месиво. Рэйс старался не думать, какой букет из патогенной микрофлоры он соберет в свои раны из здешней застоявшейся воды.
До этого момента маг никогда не ходил по болотам. Странная местность; очень обманчивая, даже на взгляд мага иллюзий. Здесь все казалось не тем, чем являлось на самом деле. Участки, заросшие сочной зеленой травой, которые казались незыблемой твердью, вдруг внезапно проваливались под ногой, едва на них наступишь. Из пары таких ловушек его уже вытаскивал енот, назвавший их "полыньями". Не понятно было, как сам Карачун ориентировался в царящем вокруг однообразии хаоса, но прыгая с одной замшелой кочки на другую, плюхаясь в покрытые ряской лужи и карабкаясь на четвереньках по сгоревшей стерне они продолжали медленно продвигаться вперед.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Долго нам еще идти? — привалившись грудью к заросшему мхом стволу упавшего деревца, спросил Рэйс. — Ты хотя бы представляешь, куда мы вообще идем? Я, если честно, давно уже не понимаю, где мы находимся.
— Мы покидаем территорию клана Сурика… столь нерадушно нас встретившего. По моим прикидкам, сейчас мы на границе спорных территорий. Весь север земель Сурика занимает вот это самое болото. Впереди лежат земли клана Приус, снежных барсов, — Карачун приблизился к сидящему возле коряги магу и присел рядом.
По внешнему виду енота было заметно, что и сам он находится далеко не в лучшем состоянии. Необходимость долго держать во время пожара, укрывающий обоих беглецов щит и долгий переход по топям, сказались и на его самочувствии. Больше не было пушистого Карачуна. Сейчас все тело енота покрывали струпья всклоченной, вымокшей и черной от сажи шерсти, к которым прилипли листья болотной растительности и водоросли.
— Скоро стемнеет, и тогда по болоту идти станет невозможно. Сиди здесь, никуда не уходи; я пройдусь по округе, поищу нам место для ночлега. Понял меня? Отсюда ни шагу.
Енот тяжело поднялся и ушел в серую мглу; туман, поднявшийся над болотом, быстро заглушил шелест и плеск движущегося тела. Спустя буквально несколько секунд Рэйс остался в одиночестве, сидя по пояс в воде, посреди огромного зловонного болота. Холод, все сильнее напоминавший о себе по мере захода местного светила, сейчас навалился на неподвижное тело с утроенной силой. Зубы мага застучали, ноги начало сводить судорогой, а тело сотрясала отчаянная дрожь.
"А ведь у него все мои вещи остались. И мясо! Ой, дура-а-ак…"
Рэйс от досады зажмурился и просидел так некоторое время, вслушиваясь в тишину.
"Бросил. Надо же, сука, бросил!!!"
Ночь наступала стремительно; воздух заметно стал холоднее. Маг не знал, сколько времени прошло с момента, как ушел Карачун, но ему казалось, что часы. Холодно. Холодно было на столько, что измученный дневным переходом организм уже даже не дрожал. Руки и ноги постепенно наливались тяжестью. В какой-то момент он и вовсе понял, что не может шевелить пальцами на левой руке, которая держалась за сук поваленного дерева. Пальцы правой разгибались с заметным усилием.
Тьма накрыла болота окончательно. Тяжелая, непроглядная тьма. Свет от звезд размывало плотное покрывало тумана; видимость снизилась до расстояния вытянутой руки. Осознав, что ждать больше нечего, Рэйс с усилием поднялся на негнущиеся ноги, кое-как отломал окоченевшими пальцами длинную ветку от дерева, возле которого сидел, и осторожно побрел в том направлении, куда как ему казалось, ушел енот.
Впрочем, далеко ему уйти не удалось. Спустя буквально десяток шагов, ветка, которой он промерял дорогу впереди, провалилась полностью, но так и не нащупала дна. Пришлось забирать в сторону, сильно левее. Ему пришлось поменять направление еще пару раз, так как босые ноги напарывались на что-то острое.
Двигаясь по непролазным зарослям, он кое-как справлялся с холодом в теле, но ночная прохлада все сильнее вступала в свои права. Рэйс брел вперед, старательно прощупывая дно перед собой палкой, прекрасно осознавая, что идет в никуда. Один, посреди болота, ночью; если он и не утонет, то проклятый холод доконает его.
Внезапно, когда легкое дуновение ветра немного развеяло непроглядную пелену тумана, маг увидел далеко впереди отсвет… небольшого костерка!
"Костер! Енот нашел место для ночлега и развел костер! Теплый, яркий, чудесный костер! Он спасет от холода, он обсушит вещи и согреет тело!" — еще недавно ненавистный ему огонь, в одно мгновение стал для Рэйса родным и желанным.
Рэйс отшвырнул палку, и что было силы бросился в сторону далекого огонька. Только бы успеть, пока туман не сомкнулся вновь, только бы не сбиться с направления. С удвоенной силой заработав руками и ногами человек пробирался сквозь болотные топи в сторону замеченного огонька.
