- Без тебя знаю, - буркнул Кувигнака.
- А всё потому, что Ты - женщина, - презрительно сказал Хси.
- Нет. Я - мужчина.
- Она симпатичная, не так ли? - спросил Хси, обращаясь к Гранту.
Грант предпочёл промолчать.
- Если она будет плохо ублажать тебя, избей её, – издевательски посоветовал Хси торговцу. – Ведь так и должно поступать с любой другой женщиной.
Вдоволь поиздевавшись над нами, Хси резко развернул своё животное, и я услышал быстро уменьшающийся топот его лап.
- Не стоит гнаться за ним, - предупредил Грант.
- Я - мужчина, - сердито сказала Кувигнака.
- Мне это известно, - постарался успокоить его Грант.
- Я должен драться с ним, - заявил Кувигнака.
- Нет. Это не будет мудрым с твоей стороны. Он - один из самых лучших воинов Исбу, - заметил мой друг.
- Вставай, Mitakola, мой друг, - обратился Кувигнака ко мне. - Он уехал.
Я встал, отплёвываясь и вытирая лицо правой рукой. Грант вернул мне одежду и мокасины, и, надев их, я снова запрыгнул на свою кайилу.
Хси уже удалился от нас где-то в два пасангах, приближаясь к краю стада кайилиауков.
- Разве Ты не хотел бы убить его? - горько спросил Кувигнака.
Я пожал плечами и ответил:
- Он нападал не на меня. Он пытался разозлить Кэнку.
Ну, что ж я сам принял ошейник. Поступая так, я прекрасно понимал то, что делал. Хси, как и любой другой свободный человек, был полностью в пределах своих прав. Я нисколько не заблуждался относительно моего статуса. Я был рабом.
- Неужели тебе не хотелось бы, убить его? – повторил свой вопрос Кувигнака.
- Нет.
- А вот я хочу убить его, - с горечью в голосе признал Кувигнака.
- Но Ты ведь не сделаешь этого, - высказал свою надежду Грант, и напомнил: - Он из клана Исбу, из твоего собственного клана.
- Но, тем не менее, я не должен любить его за это, - внезапно засмеялся Кувигнака.
- Что верно, то верно, - усмехался Грант.
Я смотрел вслед Хси. Он, казался мне, ожесточенным, и легко управляемым молодым человеком. Думаю, что это проявилось, после того как шрам обезобразил его лицо. С того самого времени он, казалось, жил лишь для убийств и мести, не только против Жёлтых Ножей, но и против любого врага, или предполагаемого врага Кайил.
- Он безумен, - сказал Кувигнака.
- Он ожесточен, - поправил я.
Что заинтересовало меня, так это отношение самого Хси к своему уродливому шраму. Многих воинов подобная отметина совершенно бы не обеспокоила, поскольку она ничуть не умаляла их подвигов. Наоборот, другие, возможно, приветствовали подобное, как признак храбрости, весомый символ его отваги, полученный в ближнем бою. Несомненно, нашлось бы немало воинов, и не только среди дикарей, приветствовавших такое дикое, зверское добавление к их внешности. Вот только почему-то не Хси. Он, как и многие из краснокожих, чрезмерно тщеславно относился к своей внешности. Действительно, иногда молодой парень смазывает жиром и заплетает свои волосы, надевает на себя в праздничный наряд, наносит раскраску, и просто проезжает через стойбище, красуясь перед своими товарищами, и в особенности перед девушками. Это, возможно, несколько тщеславно, но зато как роскошно и необычно для стойбища. Никогда больше, подобное предприятие не будет доступно для Хси. Никогда больше ему не проехаться таким способом, показывая себя, свою кайилу и свои регалии, не блеснуть во всей славе подобного примитивного променада. Кажется, что теперь, он стесняется показывать своё лицо, не только мужчинам племени, но даже своим боевым братьям из Солдат Слинов. Канхпи Жёлтого Ножа сделал больше, чем зарубку на плоти и кости краснокожего, он прорубил гораздо глубже, возможно достав до тщеславия, гордости и самосознания мужчины. Наверное, для Хси, особенно тяжело было осознавать своё уродство потому, что до этого он был чрезвычайно красивым парнем. А кроме того, у него были весьма неплохие перспективы в жизни, ведь он был богатым и высокопоставленным в племени. Он был сыном Махпиясапы, гражданского вождя Исбу. Теперь ему казалось, что он оказался, по крайней мере, в его собственном воображении, безвозвратно испорченным, в один проклятый момент.
Я больше не мог рассмотреть Хси, скрывшегося в облаке пыли поднятой копытами кайилиауков. Из-за этой пыли, я не мог даже, увидеть конец огромной, длинной, движущейся массы животных. Даже при той скорости, с которой двигалось стадо, думаю, что через четыре или пять анов, оно пройдёт мимо того места, где мы сейчас находились.
Тщеславие людей интересно. С моей собственной точки зрения казалось, что Хси сохранил многое из того, что, когда-то было необычайной степенью его дикой привлекательности. Отметина на его лице, хотя, конечно, и не была тем, что мужчина, выбрал бы для себя в качестве украшения, не казалась мне достаточно серьезной, чтобы объяснить его реакцию на это. Этот шрам в грубой геральдике прерий, возможно, даже был бы расценен некоторыми, как улучшение их внешности. И уж можно не сомневаться, что девушки Исбу, ни за что не сочли бы эту отметину нежелательной. Многие из них были бы несказанно рады, увидев Хси, такого роскошного воина, пришедшим, чтобы заплатить за них выкуп. Но больше никогда Хси, не придёт к их вигвамам, чтобы сесть, скрестив ноги, и сыграть на флейте мелодию любви, и соблазнить их под гореанскими лунами.
- Не нарывайся на неприятности с Хси, - предупредил Грант Кувигнаку. – Достаточно того, что у твоего брата, Кэнки, уже хватает проблем с Махпиясапой.
- Ты прав, - вздохнул Кувигнака.
Я подумал о стройной, прекрасной, рыжеволосой Виньеле, прежней дебютантке из Пенсильвании, а теперь простой рабыне Кэнки. Она была приведена в Прерии Грантом, прикованная цепью к его рабскому каравану, пройдя с вьюком пешком всю дорогу от Кайилиаука, что около Иханке. Она должна была быть продана Махпиясапе, который заинтересовался такой женщиной, белой и рыжеволосой, настолько, что обещал за неё пять шкур жёлтого кайилиаука. В прошлом году он заказал торговцу именно такую женщину, и Грант пообещал сделать всё возможное, но выполнить заказ вождя.
Кувигнака, Грант и я перенесли своё внимание, на пте, кайилиауков.
- Кажется, что им нет конца, - восхищённо заметил я.
- Они великолепны, - не менее восхищённо высказал своё мнение Кувигнака.
- Да, - согласился с нами Грант, - это великолепно.
Грант, отличался коротким, несколько тучным и мускулистым телом, и тем, что всегда носил свою широкополую шляпу, которую я запомнил очень хорошо. И что странно и интересно, я никогда не видел его без головного убора.
- Мы должны уходить, - напомнил Кувигнака. - Мы должны возвращаться в стойбище.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
