– Одногруппник позвал в кафе, не знаю, стоит ли идти.
Отец задумался, не припоминая ее последнего подобного выхода из дома. И поразмыслив спросил:
– А парень то, он хороший?
– Думаю да, – пожала плечами девушка, мысленно добавив "Очень надеюсь на это".
– Ну тогда ступай, не все же возле меня сидеть, – улыбнулся мужчина, а в глазах промелькнула тревога. Он не понаслышке знал насколько бывают жестоки люди, и всем сердцем переживал за единственную дочь. Единственную кровиночку на всем белом свете. Если бы Петр только мог, закрыл бы Дашеньку от всех ненастий. Принял бы на себя все удары судьбы. Чего уж ему терять… Кроме доченьки не осталось в жизни ценностей. Только ради нее выкарабкался тогда из могилы. Пусть и стал в какой-то степени ей обузой. Да, теперь он не мог сделать для нее всего того, о чем они мечтали с покойной супругой. Инвалидное кресло, и клеймо убийцы, поставленное компанией, которой Петр отдал большую часть своей жизни, лишило его всех возможностей. Но вопреки всему, он оставался для дочери опорой, и плечом на которое она всегда сможет положиться. Каждая ее тревога, каждая слезника врезалась острым ножом в его больное сердце. Сколько раз он слышал из-за двери приглушенные всхлипы. Даша думала отец не знает о ее терзаниях. Но он знал все, видел у нее в глаз, и без слов понимал. Сколько сил уходило на то, чтобы не вмешиваться. Трясущимися руками сжимая колеса инвалидной коляски, всей душой желал обнять дочку и утешить. Только Петр понимал, она стремится быть для него сильной и самостоятельной, и не противился этому Понимая, что однажды ей предстоит остаться одной в этом мире. Его доброй, светлой, и ранимой девочке, придется встретиться с людской злобой. И он молил бога лишь о том, чтобы она смогла устоять.
– Мне как-то не особо хочется, – ответила Даша нервно перебирая худыми пальцами, – Да и конспекты переписать нужно.
– Иди, иди отвлеклись немного от своей учёбы, – отчитал отец наигранно строго, – Да и я от тебя отдохну, хоть спокойно боевик посмотрю.
– Ах так, – подыграла ему девушка, обиженно насупившись, – Больше не проси составить тебе компанию!
Приняв решение идти, Даша принялась собираться. Нанеся еле заметный макияж, и уложив волосы в высокий пучок, девушка направилась к шкафу. Она не возлагала больших надежд на свой гардероб. Его содержимое было смехотворно скудным. Осмотрев полупустые полки, Дарья поняла, что ей совершенно нечего надеть. Единственный красивой вещью среди одежды было выпускное платье. Которое она так и не надела, ибо не пошла на мероприятие, зная, что как всегда станет посмешищем для всех. Платьице было скромным, длиною чуть ниже колен, нежно-розового цвета. Облачившись в него девушка посмотрела в зеркало, и осталась довольна своим обликом. Оно сидело по-прежнему хорошо, подчеркивая очень тонкую талию, и от нее немного пышным тюльпаном сползая вниз.
Даша была готова за полчаса до назначенного времени. От нервного напряжения у девушки даже задергался глаз. Подобные вылазки ей в новинку и она понятия не имела, как себя вести. Как не оплошать, перед симпатичным мужчиной? То, что он был симпатичным, отрицать было глупо. Даша могла назвать его красивым, если бы красота для нее заключалась только во внешности. И от чего-то где-то глубоко в душе девушка ощущала желание ему понравиться… Пусть и понимала головой, что ей это ни к чему…
Вышла из подъезда без пяти восемь, за минут до того, как подъехал Егор. Увидев его, застыла. Теперь не совсем уверенная, что поступила правильно согласившись… Выйдя из машины мужчина направился к ней, и заметив на его губах усмешку, Даша тревожно напряглась...
ЕГОР
Увидел ее и чуть не рассмеялся. Стоит такая учительница с пучком на голове, в розовом кукольном платье. Где она его только откопала черт побери? Да, теперь стремно будет с ней показаться в любимом ресторане, зря забронировал стол. Что ж, придётся выбрать заведение по статусу. Интересно девчонка ничего не имеет против Макдональдса?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Что-то не так? – спросила стыдливо потупив взор, видимо он всё-таки не смог сдержать усмешку.
– Все так, – бросил Егор как можно серьёзнее. – Просто ты потрясающе выглядишь, – а самого так и распирает прыснуть со смеху. Давно он так не потешался. Да и вообще не помнил когда последний раз искренне смеялся...
– Спасибо, – ответила смущенно улыбнувшись.
– Ну что поехали? – предложил он открыв ей дверь, – Есть какие-нибудь предпочтения по поводу кухни?
ДАША
– Не-нет, – растерялась девушка, какие могут быть предпочтения, ей и сравнивать то не с чем.
– Тогда предлагаю поужинать где-нибудь по пути и покататься по ночному городу.
– Хорошо, – согласилась не раздумывая, и тут же встревоженно добавила, – Только я не могу до поздно.
ЕГОР
– Почему? Мамка наругает, – задел, снова намеренно, рядом с ней из него так и перло говно. Ему доставляло нездоровое удовольствие насмехаться над девкой.
– Не-е-ет, – промямлила сжавшись, от чего показалось совсем ребёнком. И еще это проклятое платье коконом распушившиеся вокруг нее превращало в безобидную Мальвину. Только жалости она у него несколько не вызывала, наоборот от презрения волосы на теле становились дыбом.
– Прошу вас больше не упоминать о моей маме, – выдавила через силу, и посмотрела на него сверкающими от отчаяния глазами.
– Я кажется тоже просил тебя обращаться ко мне на ты? – буркнул немного грубовата, и тут же ретировался, – Извини, обещаю больше не упоминать твоих родителей. Но ты в свою очередь мне не выкай…
– Хорошо, – немного выдохнула девушка, а он до посинения пальцев сжал руль…
8 ГЛАВА
ДАША
Даша ежилась под тяжёлым взглядом “незнакомого” мужчины. И вроде бы уже знакомого, вот только она никак не могла его понять. Девушка давно научилась распознавать настрой людей, и их отношение к себе. За версту видела негатив в свою сторону. А с ним ее умение было бесполезным. Егор не выказывал ненависти, и явной грубости, но в то же время взгляд всегда был холодный и хитрый. И улыбка какая-то вымученная, будто через силу...
Он остановил машину у кафе возле дороги. Заказал разнообразный еды. А сам ни к чему не притронулся. Даже вилку в руки не взял. Смотрел лишь на нее внимательно. Иногда прищуривая глаза. И велел есть. Но как? Из-за столь пристального внимания, ей кусок не лез в горло, хотя и была голодна. Разговор не заладился с самого начала. Даша пыталась общаться на нейтральные темы, но в ответ получала лишь сухие "да", "нет"...
ЕГОР
Он пытался подготовиться к этой встрече. Пытался внушить себе хорошее настроение. Но стоило остаться с ней наедине, как внутри него черти развели костёр. И Егор пылал с трудом сдерживая это пламя. Девчонка заметила его настрой, и с тупыми глазами пыталась проглотить кусок пиццы, явно чувствуя себя лишней. Его раздражало в ней все: напущенная скромность, нерешительность, даже манера держать вилку. Хотелось гаркнуть на нее – "Не дыши". От девки так и веяло лицемерием. Он практически наяву осязал исходящие от нее зловоние лжи. Была бы действительно пай девочкой, хрен пошла бы на свидание с незнакомым мужиком. Повелась на его внешность и тачку, чего Егор и ожидал. Правильно говорят "От осинки не родятся апельсинки". Она такая же гнилая, как и ее отец. Но нужно было что-то делать, брать себя в руки. Иначе всего его усилия напрасны.
ДАША
– Вкусно? – неожиданно спросил он, и девушка чуть не подавилась куском пиццы. На автомате махнула головой, не в состоянии ни проглотить пищу, ни выплюнуть.
– Хорошо, – снова улыбка напоминающая оскал. "Господи, что я здесь забыла?" – мысли проронила Даша, едва не закатив глаза к небу.
– Вы… ты не голоден? – спросила, продавив еду внутрь, и остро почувствовала весь ее путь по пищеводу. И покраснела, обращаться к нему на "ты" ей было жутко неловко.
