– Ты же депутат сейчас? А почему говорят, что ты бандит?
– Малыш, это не женские дела. Не стоит тебе забивать голову всякими глупостями.
«Значит всё-таки бандит», – подумала Арина, но предпочла не озвучивать свои догадки.
– Братья, сёстры?
– Был брат-близнец. Погиб. Вскоре, родители тоже умерли.
– Извини…
Кинчева замолчала. В принципе, она узнала всё, что её интересовало, но в то же время – абсолютно ничего. Этот мужчина оставался для неё загадкой.
Сейчас же, она тщательно изучала его внешность, которая уже больше не казалась ей отталкивающей. Коротко остриженные тёмно-русые волосы, лёгкая небритость, густая растительность по могучему телу. Хорошо развита мышечная масса, хоть и без пресловутых кубиков пресса, но заметно с первого взгляда, что мужчина регулярно посещает спортзал.
И лишь одна деталь до сих пор наводила на Кинчеву тихий ужас. Звериный оскал на его шее.
– Это тигр?
– Угу, – Ворохов, поглаживая внутреннюю часть её бедра, уже был настроен на «продолжение банкета».
– А что значит эта татуировка?
– Что я за своё порву любого на части, – по лицу Ильи пробежала какая-то тень, что совершенно не понравилась Арине.
– А шрам откуда? – погладила кончиками пальцев его изувеченную бровь.
– Малыш, хватит вопросов, – он запустил руку между стройных ножек, – Иди-ка лучше ко мне.
Ворохов, не дожидаясь ответа, снова набросился на желанное тело, полностью пряча его под своим.
Цветочкина, поджав губы, подошла к Пончику.
– Анатолий Николаевич, тут такое дело… В общем, Арина приболела и сегодня не выйдет на работу, – она заметила, как напрягся, стоящий позади администратора, Сергей.
– Да знаю я, как она приболела. Сам Ворохов мне недавно звонил. Так и быть, пусть болеет на здоровье, – с неоднозначной улыбкой процедил Пончик.
За барной стойкой раздался грохот – Серёжа уронил ведёрко со льдом.
– Так! Вот давайте мне только тут без личных драм! – Анатолий Николаевич повернулся к нерадивому бармену, – Подумаешь, девка побогаче нашла, что теперь, работу бросить что-ли?
Ирка вздохнула. Всю ночь она ждала подругу, сидя на кухне, но та так и не появилась. К утру позвонила и сообщила, что приедет домой только вечером, а затем, без всяких объяснений сбросила вызов.
Не то, чтобы Цветочкина не радовалась за Арину, но в душе что-то неприятно саднило. Кинчева – всегда такая правильная, тихая и скромная. А тут, вон оно как…
Что-то не так было во всей этой истории. Серёга же, и вовсе отказался разговаривать на эту тему, объявив Ире, что ему «нет дела до продажной шкуры». Оставалось только одно – дождаться Арину и, после выписанной ей порции «люлей», услышать всё из первых уст. Чтобы хоть немного себя успокоить, Цветочкина достала свой смартфон, желая осведомиться о личности Ворохова поподробнее.
Прода от 12.12.2017, 19:03
– Ага, не прошло и три года! – взбешённая Ирка встречала блудную подругу у порога в позе «руки в бока».
– Цветочкина, птичка ты моя! – Аринка заграбастала её в свои объятия, – Ты не представляешь в какую я историю влипла!
Выражение лица Кинчевой абсолютно противоречило сказанному. Глазки блестели, улыбка до ушей, а руки до сих пор дрожали от прошедших «потрясений».
– Да я, собственно, уже заметила, – Ира кивнула на огромный засос на шее Арины.
Та подбежала к зеркалу и громко выругалась.
– Вот же ж… Как же я так на работе появлюсь?
– А ты не волнуйся, там и так все всё знают, Золушка, блин.
Кинчева выпучила глаза.
– Ладно, пошли на кухню, махнёмся информацией.
Ворохов пролистал несколько страниц и отложил толстую папку в сторону.
– Отлично поработал, Женёк. Вся жизнь красавицы как на ладони.
Евгений Синицын – был правой рукой и доверенным лицом Ильи ещё с тех времён, когда у последнего не было ничего, кроме высоких запросов и амбиций. «Бугай» – так называли его враги, называли, но боялись. Скорее всего, эта кличка прицепилась к нему из-за телосложения, что по виду напоминало здоровую глыбу.
– Всегда пожалуйста. А что это за курица? – Женёк был из тех мужчин, которых называют женоненавистниками, он почему-то считал, что все беды от баб.
– Потише на поворотах. Это моя девушка, – грозно зыркнул Ворохов.
– Пардон, всё понял. Это к ней Вадик привязался в кабаке?
– Да… Кстати, он клетку привёз уже? Или только к чужим девчонкам умеет яйца подкатывать?
– Да не кипишуй так, шеф. Он же не знал. А клетка уже на месте, ожидает жильца.
Чай был выпит, а последние новости рассказаны. От прежней радости Арины не осталось и следа.
– Женат, значит… Так вот почему он меня в гостиницу отвёз. Дома – жена.
– Ой, ладно тебе, – Цветочкина подвинула подруге шоколадку, – Хрен бы с ним, с этим Вороховым. Через два дня и не вспомнишь. С Серёжкой своим помиришься и дело концом.
Ира не понаслышке знала, чем заканчиваются мимолётные романы, а иногда просто интрижки с женатыми мужчинами. Поматросит, бросит и больше не вспомнит.
– Вряд ли Серёжа меня простит, я бы не простила. Мне стыдно перед ним, но… Даже если у него получится всё забыть, я не смогу.
Кинчева не стала рассказывать Ирке, что теперь отношения с бывшим парнем выглядели совсем пресными и давно умершими. Просто Арине не было с чем сравнить. Теперь же, на фоне одной ночи, проведённой в объятиях большого и могучего Ворохова, несколько месяцев с Сергеем выглядели словно малюсенькое, мутное пятнышко.
– Да и ладно. Вот уж беда. Серёжка её, видите ли, не простит! Да кому он нужен, нищеброд облезлый! Мужиков тебе мало? – Цветочкина включила свою потребительскую сторону.
– Пошли спать, ну их всех, – Аринка изо всех сил пыталась удержать слёзы.
Прода от 04.01.2018, 11:41
Арина, прячась от многозначительных и не особо приязненных взглядов сотрудников, работала не покладая рук. Но, увы, целый день из этих самых рук всё валилось. То она чашку с кофе на посетителя опрокинет, то поднос уронит. Из головы не выходил холодный, но такой проникновенный взгляд карих глаз.
Почему он так поступил с ней? Неужели так трудно сразу сказать, что есть жена? Но вывод напрашивался сам собой: признайся Ворохов ей ещё до поездки в гостиницу, она бы просто его послала куда подальше.
Арина не выносила предательства. Ведь это так подло и мерзко. Девушка никогда не понимала, зачем люди обманывают своих любимых, которых сами же и выбрали. Хотя, стоп… Она же сама ещё вчера изменила своему парню!
В груди зашевелилось что-то холодное и мерзкое, сродни гадюке.
Весь день Серёжа бросал на неё такие жалобные взгляды, что девушка непременно побежала бы к нему с мольбами о прощении, если бы не запрет Пончика. Последний решил оградить рабочий процесс от личной жизни и велел «парочке» не беспокоить друг друга.
Время близилось к закату, а посетителей всё прибывало. Впрочем, это ничуть не расстраивало Кинчеву. Так она хотя бы не думала о своих амурных делах. Но общаться с Сергеем, даже только по работе, становилось всё труднее.
К концу смены девушке уже казалось, что даже посетители ресторана знают о том, что она совершила. Наконец, выдалась свободная минутка и чтобы хоть как-то отвлечься, Арина решила позвонить родителям. Зайдя в раздевалку, обнаружила, что её телефон трезвонит во всю, заглушая шум кухни.
– Алло…
– Почему не отвечаешь? Я сколько раз должен звонить? – недовольный голос Ворохова не предвещал ничего хорошего.
– А… Я не слышала…
– Нужно слышать! Чтобы подобное больше не повторилось, Арина!
– Чего? Да знаешь что?! Во-первых, я здесь работаю, а нам запрещено общение по телефону! А во-вторых, Илья Андреевич, не пошли бы вы нахрен! Не звони мне больше! – Кинчева пришла в себя и, поражаясь собственной смелости, нажала на «отбой».
