Читаем без скачивания Группа риска - Сергей Майоров

— Знаем.

— Первый-то, конечно, Костя был. Я его узнала, хоть он и одел эту маску. Они меня оттолкнули, захлопнули дверь и начали орать. Спрашивали, где деньги лежат. Я ничего не поняла сначала. Вообще не сообразила, что все это — серьезно. Как в кино каком-то дурацком. Второй меня об стенку приложил, а этот, который Костя, побежал в комнату. Я еще, дура, обрадовалась, думала, сейчас ему Саша рога-то пообломает. А Костя в комнату только влетел, и почти сразу — выстрел. Слышу, Саша закричал, а Костя обратно вылетает, глаза — по пять копеек. Даже через маску видно. В одной руке — «пушка», а в другой — пачка баксов. Он их со стола схватил. Я, когда ему стошку отсчитывала, вынула, а убирать не стала. Там около «тонны» и было. Ну, девятьсот, если эту сотню не считать. Выскочил в коридор и сразу орет: «Съ…ем!» Так за дверь и выскочили оба. Я в комнату бросилась, а там Саша лежит, за ногу держится. Я в «скорую» позвонила…

В своем рассказе Лидия Михайловна опустила один очень важный момент. Первым делом она вовсе не стала звонить в «скорую помощь», а забрала у раненого Макарова и спрятала на балконе пистолет, который тот успел достать, но которым так и не успел воспользоваться.

— Потом рану посмотрела, я разбираюсь в этом немного. Перевязала, как смогла, и стали ждать.

Это была вторая неправда. Позвонив по «ноль-три» и перевязав Макарову ногу, Лидия Михайловна начала названивать друзьям и «коллегам» мужа, а потом и адвокату Бараеву. Друзья и «коллеги» подъехали и теперь сидели в своих машинах, ожидая отъезда милиции, а адвокат должен был появиться с минуты на минуту.

— Вы разглядели, какое оружие было у этого Кости?

— Какой-то большой пистолет. В смысле — без барабана. Не «ПМ», не «ТТ» и не «беретта».

— Вы хорошо разбираетесь, — усмехнулся Дима.

— А это запрещено?

— Нет, что вы, это, наоборот, хорошо!

— Надеюсь, теперь вы удовлетворены?

Опера задали еще несколько вопросов, но ответы Лидии Михайловны ничего существенного не принесли.

— Спасибо, — Петров захлопнул блокнот и убрал ручку во внутренний карман пиджака. — Возможно, в ближайшее время мы вам позвоним. А возможно, и нет.

Блондинка усмехнулась:

— Вы хотите сказать, что будете что-то делать?

— Вообще-то, да, именно это я и хотел сказать, — Дима поднялся и поправил пиджак. — Всего доброго.

— Знаю я, как вы работаете и чем занимаетесь, — Лидия Михайловна откинулась на спинку дивана и только дождавшись, пока опера выйдут в коридор, поднялась с места.

— До свиданья.

По лестнице, сверкая начищенными ботинками и оправой очков, поднимался адвокат Бараев.

— Привет, Володя, — кивнул Петров, который помнил его по прежней работе в РУВД.

Дверь в квартиру была еще открыта, и Лидия Михайловна в полупрозрачном халатике стояла на пороге, а потому Бараев ограничился лишь легким движением подбородка, означающим, что он узнал бывших сослуживцев, но сейчас слишком занят.

— Деловой стал, — посетовал Петров и сплюнул в сторону мусоропровода. — Ну да и черт с ним! Как тебе вся эта история?

— Никак. И Лидию эту не жалко, и уж Макарова — тем более.

— А ты чего, знаешь его, что ли?

— Если не путаю, то Саша-Кабан — это он. Ты тоже, наверное, слышал.

— Слышал, — кивнул Дима. — Из «хабаровской» группировки?

— Из нее самой.

— Д-да… Если чисто внешне, то, похоже, дилетанты работали, так? Узнали где-то про квартиру, думали, тут баксы горами лежат, ну и решили ломануть. Сдуру чуть человека не завалили.

— Похоже, что так. За хатой они не смотрели, иначе знали бы, что там Кабан, и не стали бы соваться. Двое в квартиру зашли и еще один, наверное, в подъезде ждал или в машине. Надо будет прикинуть, с кем этот Сережа в ИВС сидел и в тюрьме общался. Может, наводка действительно оттуда пошла? А отделение пусть соседей посмотрит, вдруг интересные люди окажутся. Думаю я, что если не соседи и не камера, то мы тут хрен чего найдем. Чтобы в остальном разобраться, нам помощь этой драгоценной Лидочки нужна. А она и так едва не блевала, когда с нами разговаривала, так что на нее рассчитывать нечего. Что делать, тяжело, но надо. Такая у нас работа.

— Плохо другое. — Они вышли на улицу, и Петров кивнул в сторону припаркованной у подъезда машины: — Новая тачка папы Бараева. Он ее нулевой взял… Плохо другое — парнишка вкус крови попробовал. И если сегодня он на бандюков руку поднял, то завтра вполне может кого-нибудь из нормальных людей завалить.

— Это ты верно подметил, — согласился Ковалев. — И сказал красиво. Только главная их ошибка, знаешь, в чем? В том, что он моим именем назвался.

— Это да, — усмехнулся Дима. — Это он, действительно, не подумав сделал.

— И еще, — Ковалев поднял указательный палец. — Когда мы поймем, почему он это сделал — мы найдем его.

Они сели в белую «шестерку» Петрова. Дима вставил в гнездо магнитолу и включил двигатель.

— Слушай, а чего ж тогда гильзу не нашли? Лидия говорит, что у того Кости пистолет был, а она, как я понял, в оружии разбирается.

— Не знаю. Может, искали плохо. А может, еще почему-то. Запиши это в наши загадки и поехали. Тут мы уже ничего не высидим.

Марат остановил машину в конце набережной Красной речки и повернулся к Толе, который трясся, забившись в угол на заднем сиденье.

— Давай пистолет. Давай, я его сейчас выкину. И маски давайте.

С трудом сунув руку под куртку, Толя вытащил из-за пояса «парабеллум» и протянул его рукояткой вперед, держа так, словно оружие жгло ему пальцы. Олег, продолжая невозмутимо жевать резинку, отдал две черные шерстяные маски.

Марат вышел из машины, дошел до чугунного парапета, остановился и осмотрелся. Вокруг были расположены безлюдные заводские кварталы, и только на стоянке катеров, метрах в ста от него, кто-то прохаживался по палубе дизельной яхты. Марат вложил пистолет в одну из масок, натянул сверху вторую и, перегнувшись через парапет, разжал пальцы. Глубина, даже у берега, была достаточно большой, и, пробив верхний слой грязной от масла и промышленных выбросов воды, сверток сразу исчез из вида. Марат запоздало подумал о том, что надо бы зашвырнуть его на середину реки — все равно никто не видит. Возвращаться в машину не хотелось, и он еще некоторое время постоял на тротуаре, делая вид, что осматривается. Из всех троих наиболее спокойно держался Олег. Марат, хотя и выглядел внешне достаточно невозмутимо и уверенно, паниковал не меньше Толи. Их первое крупное дело прошло более чем скверно. Мало того, что улов оказался намного меньше ожидаемого — знал ведь, что папаша любит приукрасить детали и порисоваться своими клиентами, а все равно поверил, — так еще и в квартире, неизвестно откуда, оказался этот здоровяк с пистолетом, и Толе пришлось стрелять. Хорошо, что попал с первого выстрела — старый механизм не смог выбросить использованную гильзу, и грозное оружие превратилось в бесполезную игрушку, так что, не окажись Толя таким метким, то были бы они сейчас, в лучшем случае, на нарах, а в худшем… При мысли о худшем варианте Марата начинало тошнить.

Марат поежился, вернулся к машине и сел на свое место.

— Надо деньги поделить и разбегаться, — предложил Олег. — Отсидимся поодиночке, а там видно будет.

— Она меня запомнила, — пробормотал Толя, глядя куда-то вдаль остекленевшими глазами. — А когда этот бугай свою «пушку» выдернул, я думал — все, пиздец. Я даже рук не чувствовал, так все быстро получилось. А если он загнется?

— Не скули, — оборвал его Олег и выразительно посмотрел на Марата. — Есть?.. А от ранения в ногу никто не умирает. Ты же, говоришь, ему в ногу попал? Да и вообще, это была самооборона — он же первый ствол достал.

— Да, точно? — Толе очень хотелось поверить во что-то хорошее, и он повернулся к Олегу: — Ты точно знаешь?

— Раз говорю, значит точно.

Порывшись в бардачке, Марат вытащил плоскую флягу с коньяком, свинтил колпачок и отдал ее Олегу. Олег воткнул фляжку в руки Толи.

— На, выпей чуток… Пей, пей еще… Да не плещи ты! Хватит, давай. Сейчас лучше будет, подожди немного.

Сам Олег к спиртному не притронулся, но зато Марат прикончил содержимое фляжки в несколько шумных глотков.

Толя закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья. Алкоголь понемногу начал действовать, и злобный мужик в бордовом пиджаке и с пистолетом, до этого непрерывно стоявший перед глазами, сначала сжался до приемлемых размеров и утратил свой устрашающий вид, а потом и вовсе исчез.

— Не переживай, — перегнувшись через спинку своего сиденья, Олег протянул руку и похлопал Толю по плечу. — Ну, чего ты боишься-то? Ранил его — так он сам виноват, а ты правильно поступил, так и надо было делать. Не ты его — так он бы тебя уложил, а потом и нас, в придачу. Так что ты не только дело спас, но и нас выручил. А раз мы оттуда ноги унесли — то кто нас теперь поймает? Сам посмотри: там мы были в масках, так что узнать нас никто не сможет. Пистолета нет больше, а деньги сейчас поделим, поменяем — и все.