Все их философское учение было просто интеллектуальным, они просто передавали знание об определенной школе мысли. Они были великими интеллектуалами. Вы могли спорить с ними сколько угодно, но вы никогда не могли выиграть у них.
Те же студенты, которые окружали Платона, Гегеля, Канта, не были великими интеллектуалами. Они могли задавать вопросы, могли немного спорить, но эти философы были необыкновенно логичными, и они работали над своими системами с такой детализацией, что невозможно было выиграть спор у них. Если вы начинали спорить с ними, это приводило лишь к тому, что вы еще больше убеждались в их правоте.
Но это была просто передача информации из одной головы в другую. Там не стояло вопроса о близости сердец. Не стояло вопроса о любви и доверии. Я не пытаюсь вас убедить в какой-то идеологии. Я пытаюсь передать вам новое бытие, новое преображение. Это больше, чем может сделать ум, и намного больше, чем могут передать вам слова. Это нечто, что продолжает происходить без слов, без ума.
Постепенно, чем больше вы начинаете чувствовать присутствие, тем больше вы привыкаете к моей тишине сердца, тем ближе вы оказываетесь. И конечная остановка будет тогда, когда вы приблизитесь. Всего лишь на мгновение вам придется думать о том, приблизиться еще на несколько шагов вперед или отступить. Это слишком опасно. Мотыльки слишком сильно приблизились к пламени. Еще немного ближе, и смерть неминуема.
Древние видящие на Востоке называли мастера смертью. Странное определение. Когда я впервые столкнулся с этим - смерть? Но постепенно все стало ясно. С моей точки зрения, они были правы, но их определение было только половинчатым. Я считаю, что мастер - это смерть и воскрешение.
Просто остановиться около смерти - это очень опасно, и это может полностью переменить представления ученика, после чего он будет бояться еще больше. Он должен быть уверен в воскрешении. И это возможно только тогда, когда вы оставляете интеллектуальные упражнения ума и открываете сердце ученику, приглашаете его внутрь вас. Постепенно его страх исчезнет.
Он начнет чувствовать, как новая энергия поднимается в нем, новая жизнь и новые пути открываются перед ним, возникает новый подход к тому, чтобы видеть мир.
Все становится таким психоделическим и прекрасным, таким разноцветным, блаженным. И тогда вас больше ничего не волнует. Вы знаете, что находитесь на правильном пути. Причем это не убежденность, это реализация того, что вы на правильном пути.
В каждое мгновение тишина становится глубже, в каждое мгновение радость становится шире, больше. В каждое мгновение новые цветы постоянно цветут, новое благоухание окружает вас. В каждое мгновение вы приближаетесь к чему-то необычайно ценному. Но вы не можете определить этого, пока не войдете в это.
Ануграхо, миссионер - это уродливое явление. Я полностью против каждого миссионера. Они не знают ничего, и не могут никому помочь познать свое бытие. Мастер полностью отличается. Миссионера можно подготовить в школе, в колледже. Во всем мире есть колледжи, в которых готовят миссионеров.
Всего лишь несколько дней назад я рассказывал историю о католическом миссионерском колледже, в котором профессор сказал своим студентам: «Когда вы станете миссионерами, как вы будете читать проповеди в церкви? Например, когда вы говорите о небесах, пусть ваше лицо сияет от счастья, пусть ваши глаза горят, пусть все ваше тело показывает то, что вы трепещете».
Один студент спросил: «Это прекрасно, но как себя вести, когда говоришь об аде?»
Профессор ответил: «Об аде можно говорить с обычным выражением лица. Вам не нужно делать что-то еще».
Католики пытаются обратить иудеев. Это действительно очень трудная задача. Я единственный человек, который умеет обращать иудеев, потому что половина моих саньясинов - это иудеи. Раньше это еще никогда не случалось, и никогда не случится в будущем. С евреями иметь дело непросто.
Когда католик пытается обратить иудея, он говорит ему, что когда он станет католиком, он, определенно, получит ответ на свои молитвы. Потому что священник передаст его молитвы архиепископу, тот передаст кардиналу, кардинал передаст папе, который выкрикнет их в небо, там Святой
Петр услышит их и передаст Деве Марии, которая поговорит с Иисусом, а тот передаст Богу.
Вот надлежащий канал, правильный канал.
Иудеи могут ответить: «Я полагаю, что это, конечно, правда, потому что я всегда удивлялся, что они делают на небе со всем своим дерьмом. Они, должно быть, бросают его через маленькую дырочку в Ватикан, там папа передает его кардиналу, тот передает архиепископу, тот передает священнику, тот передает вам, а теперь вы пытаетесь передать это мне!»
Факт в том, что обращение других, эта нелепая деятельность, совершается просто на словах. Это не обращение, это просто торговля. Истинное обращение приходит после получения опыта. Но опыт придет к вам только после того, как вы позволите этому случиться, если вы будете чувствительными, восприимчивыми к кому-то, кто появился.
Возможно, это могло случиться с Иисусом, но это невозможно с папой. Просто посмотрите на картинку. Можете ли вы себе представить, что этот человек может излучать что-то, что может привести вас в трепет? А он -представитель Бога, непогрешимый представитель Бога. Посмотрите на его лицо. Это просто глупый поляк, все знают об этом. Вы не можете сделать поляка безгрешным просто из-за того, что выберете его папой, это противоречит закону существования. Но если, Ануграхо, в твоей жизни случится так, что ты приблизишься к человеку, который дома, прибыл, не волнуйся и смело рискуй. Любой риск - это прекрасная возможность вкусить бесконечное, стать единым с внешней тайной существования. Поэтому я говорю снова, что не нужно упускать, но люди бессознательны и продолжают упускать. Не нужно отклоняться, но люди не бдительные, поэтому им очень трудно помешать отклониться.
Мастер может видеть только беспомощно посмотреть со слезами на глазах, когда кто-то поворачивается спиной и уходит, потому что мастер не может вмешиваться в вашу независимость, в вашу свободу, даже если это свобода уйти. Он позволит вам это. Он уважает это и любит вас, и не может вам ничего навязывать.
Вопрос: В чем отличие между тем, как мастер видит своего ученика, и тем, как ученик видит своего мастера?
Нийама, мастер воспринимает тебя не только такой, какова ты есть, но также такой, какой ты можешь стать. Он может увидеть в ваших семенах весну и цветы. Когда вы видите мастера, все зависит от того, с какого расстояния вы смотрите. Ели вы просто студент, вы будете слышать его прекрасные слова, доводы, идеологию. Если вы смотрите на него как ученики, вы будете воспринимать его больше как тишину, нежели как набор слов, вы будете больше чувствовать себя в его присутствии, нежели в общении. Вы будете видеть больше в его глазах, нежели в учении и теориях, которые он излагает, вы будете больше внимания обращать на его жесты, на его величие.
Но если вы смотрите на него из пространства преданного, вы будете видеть только зеркало, в котором отражается ваше высшее бытие.
Поэтому то, что вы будете видеть, зависит от того, чем вы озабочены. Это будет зависеть от того, где вы находитесь, на каком расстоянии. Но что касается мастера, каково бы ни было ваше расстояние, он видит только две вещи: он видит вас такими, какие вы есть сейчас, и какими вы можете стать в будущем. Он будет видеть в вас открытый цветок, который распространяет благоухания.
Но есть много тех, кто может не быть даже студентом, кто может быть зрителем или любопытствующим. В них мастер ничего не видит. Они так далеко во тьме, что невозможно увидеть, кто они такие и кем они могут стать. Расстояние слишком велико, и они отделены этим расстоянием. Он ничего не смогут видеть в мастере: возможно, отдаленное эхо его слов, не более того.
Гими Голберг вошел в синагогу и начал молиться: «Дорогой Господь, пожалуйста, дай мне выиграть в лотерею!»
