Читаем без скачивания Любовь со счастливым концом - Жанна Голубицкая

Найди свой «портрет в брачном интерьере» среди самых выразительных «шей» истории и воспользуйся их опытом — как положительным, так и отрицательным. Не зря же они старались, вертели своими мужьями. Все для того, чтобы мы, благодарные наследницы их опыта, могли учиться на их ошибках и победах.

Для пущей наглядности я позволила себе несколько утрировать поведение этих замечательных дам. Уверена, они бы меня простили — не случайно же они были самыми продвинутыми для своего времени! Уж кто-кто, а передовые женщины своей эпохи знали о важной роли юмора в жизни — как в личной, так и в общественной. Надеюсь, меня простят и профессиональные историки, ведь наша цель — изучение не исторических фактов, но жизненных реалий и коллизий.

И еще: я отнюдь не призываю тебя отказаться от своей привычной роли в тандеме с мужчиной, стоит только добавить в свое поведение пару несложных, но существенных для вашего взаимопонимания деталей.

Голова 1: Владимир Ильич Ленин, вождь революции, автор и идеолог самого громкого и «долгоиграющего» переворота эпохи.

Шея: Надежда Крупская, товарищ по партии и соратник в борьбе. Товарищ Наденька отлично функционировала в подполье и ссылках, но, увы, была абсолютно лишена сексуального подтекста. Ильич Надежду Константиновну уважал, прислушивался к ее мнению, но зажигать предпочитал с Инессой Арманд, Розой Люксембург и Кларой Цеткин. Надюшу это не задевало, либо она очень убедительно притворялась. Для блага общего дела, разумеется.

Оптимизируй это! Твое основное амплуа по отношению к твоему мужчине — соратник по жизни? Это означает, что скорее всего твой партнер тебя ценит и доверяет тебе. Однако не факт, что он видит в тебе женщину. Или, по крайней мере, давно ее не видел. Ты можешь оказывать мужу поддержку и помогать ему во всем, но постарайся не до конца превращаться в «товарища Крупскую»: время от времени напоминай мужу, что ты не только «партайгеноссе», но и живая женщина. А это значит, что ты можешь в один прекрасный день закапризничать и потребовать невозможного — нового платья или выполнения им супружеских обязанностей. Пусть твой Ильич уж лучше пару раз сильно удивится такому «недостойному» поведению товарища по партии, чем будет искренне уверен в том, что, кроме членских взносов, тебя в этой жизни ничего не интересует. А то он так и будет чуть что: «Мандаты, Наденька!» А тебе придется всю жизнь сидеть в подпольной типографии и готовить революцию, штампуя гневные прокламации.

Голова 2: Лев Николаевич Толстой, главный «программный» классик русской литературы.

Шея: Софья Андреевна Толстая, великая послушница и подкаблучница. Вплоть до того, что, когда ее муженек увлекся аскетизмом и сыроедением, едва не померла сама и не дала уморить детей. Софьюшке легче было лежать в голодном обмороке и носить крестьянские рубахи, чем сказать хоть слово поперек своему Левушке. И это при том, что сама Софья была потомственной дворянкой, а в курятнике стала жить только по милости графа Толстого, помешавшегося на идеях народничества.

Оптимизируй это! Если ты подчиняешься своему мужу по основным вопросам бытия, это не так уж плохо. На то он и мужик, чтобы брать бразды правления и сопутствующую им ответственность в свои руки. К тому же наверняка твоим послушанием он безумно гордится и хвастается перед другими мужчинами. Но только не уподобляйся графине Толстой и не доводи себя до полной бессловесности и измождения. Иногда все же подавай голос, но очень мягко и аккуратно — как ты это умеешь. Помни, что самый отъявленный деспотизм и неумолимая авторитарность идут от глубинных комплексов «родом из детства». Поэтому, если твой муж — ну уж очень жестокий деспот! — значит, на самом деле, в нем прячется испуганный маленький мальчик, который с благодарностью примет от тебя «материнский» совет. При условии, что ты никому не расскажешь о его подобной «слабости», конечно. А если у твоего мужчины авторитарность разумная, то тем более, он всегда выслушает «подчиненную сторону». Самые могущественные в истории властители мужского пола всегда прислушивались к своим женщинам.

Голова 3: Роберт Кеннеди, самый популярный из американских президентов.

Шея: Жаклин Кеннеди, лицо мужа и его визитная карточка. Не зря божественная Жаклин недолго была печальной вдовой Кеннеди и вскоре стала гламурной «Джеки О» — женой миллиардера Онассиса. Эта дамочка была отличной «ходячей рекламой» для своих мужчин — умная, стильная и прекрасно воспитанная. Джеки была идеальной первой леди для американского президента, да и греческого судовладельца не опозорила.

Оптимизируй это! Ты достойное «лицо» своего мужа, где бы ни появилась? Знаешь, как поддержать беседу с его друзьями и сослуживцами, а они от тебя в полном восторге и при любом случае уверяют твоего мужчину (к его большому удовольствию), что никогда не видели женщины более обаятельной, чем ты? Ты всегда и везде выступаешь в интересах своего мужчины, а он платит тебе за это уважением и, по возможности, материальным удовлетворением твоих нужд? Все это прекрасно, но только не забудь за мощным «фасадом» супруга о собственной личности — своих личных друзьях и интересах. Ведь блистательная Джеки была, в сущности, очень одинока. И порой никакие бриллианты и наряды не могли скрасить ее постоянного существования на виду и во имя мужа, она была — для всех, кроме себя самой. Конечно, в случае чего ты можешь, так же как и она, перейти из одних добрых рук в другие — от президента к миллиардеру — и стать прекрасной «витриной» для следующего своего Мужчины с большой буквы. Но все же лучше оставь чуточку пространства для собственных интересов, а тогда и твой муж перестанет видеть в тебе только собственное отражение.

Голова 4: Владимир Маяковский, самый громкий «глас» русской революции.

Шея: Лиля Брик, секс-бомба и профессиональная муза. Причем не только для своего гражданского мужа Маяковского, но и для всей окрестной богемы. У этой красавицы было шесть мужей, из которых три официальных, и бесчисленное количество внебрачных связей. Именно она принесла в русское общество 20–30 годов прошлого столетия опыт «па-де-труа» (любовь втроем) и «коллективной семьи». С Маяковским, предварительно отбив его у собственной младшей сестры, она сожительствовала, оставаясь официальной супругой Осипа Брика. А господин Брик не только не возражал, ибо был увлечен творчеством поэта, но и принимал участие в их любовных игрищах. По утверждению злых современников, все вместе они иногда звали в свою постель и влюбленного в Лилю Пастернака. (Кто это может знать?!) А свою огромную квартиру по Генриковскому переулку мадам Брик превратила в «узаконенный бордель»: там постоянно тусовались гости (правда, исключительно творческие личности), и каждый мог спать с любым из домочадцев. (По-моему, это большое преувеличение.) Конечно, злые языки были во все времена. Но доподлинно мы знаем одно: несравненная Лили ловко организовала «семейно-творческий союз» и элегантно его возглавила…

Оптимизируй это! Если в твоей семье обоюдная свобода нравов и тебя она не смущает — это твое право. Без сомнений, если твой суженый на это пошел, ему по душе твой раскованный вамп-стиль. Ведь поведение Лили Брик, которое по-хорошему называется распущенностью, тоже восхищало ее современников. «Глаза горячие до гари!» — с восторгом отзывался о ней Маяковский. А Анна Ахматова добавляла: «Наша роковая Лилит — воплощенная эротика: чувственный оскал, волосы крашеные, глаза наглые…» И даже Сталин как-то сказал: «Жену Маяковского не трогать! Вот это, я понимаю, баба!» Однако в старости самая отъявленная Мессалина своего времени почувствовала себя ужасно одинокой. (Ничего себе плохо! Пережив всех любовников, дотянула чуть ли не до 90 лет, материальных затруднений не знала, репрессии ее не коснулись…). Ей удалось пережить всех своих любовников, включая главного рогоносца Брика, но в 87 лет она собственноручно приняла смертельную дозу снотворного. Лиля настолько «пережгла» свою жизнь, что устала от нее. И от ее «коллективных упражнений» осталась только пустота, усталость и одиночество. И чтобы разочарование не настигло тебя на пути свободы и раскрепощенности, постарайся направить 98 % своих женских чар все же на законного мужа. Ведь любые чары рано или поздно рассеиваются, а доверие, уважение и традиционные семейные ценности остаются.

Голова 5: полковник Хуан Перон, аргентинский диктатор, самый жесткий из всех правителей страны.

Шея: Эвита Перон, «серый кардинал» и тайный советник. К тому же действующий не только в супружеской спальне, но и на государственном уровне. В отличие от Жаклин Кеннеди, Эвита была не «витриной» своего мужа, а его «мозгом» и «центром управления».