капитанский мостик.
Через несколько минут Бернард и доктор Веллер стояли в каюте Марсии и смотрели на спокойно лежащую женщину. Доктор Веллер только что вынул иглу шприца.
— Это очень маленькая доза снотворного, но ее будет достаточно, чтобы она спокойно провела остаток ночи.
Выражение лица Бернарда показывало, как глубоко его беспокойство.
— Вы уверены, что с ней все в порядке?
— Физически — да. А что до всего остального, вы знаете столько же, сколько и я.
— Как вы думаете, может быть, лучше вернуться в Нью-Йорк?
— Не знаю. Давайте сначала расспросим этого коротышку, посмотрим, возможно, мы найдем во всем этом какой-нибудь смысл.
Они вышли в коридор и увидели Томпсона и Адамса у одной из дверей.
— Были какие-нибудь осложнения? — спросил Бернард.
— Никаких, — ответил Томпсон. Затем мрачно добавил: — Если бы он хоть что-нибудь затеял, я тут же это остановил бы. Но он достаточно умен, чтобы ничего не начинать.
Доктор Веллер приблизился к Томпсону и присмотрелся к порезу на его груди. Кровь остановилась, и рана уже подсохла.
— Виноват, я об этом забыл. Надо продезинфицировать рану.
— Ничего. Я ее промыл. У меня есть немного спирта, и я могу протереть.
Доктор Веллер еще раз посмотрел на порез и произнес:
— Это абсолютно реально. В порезе нет ничего мистического. — И доктор шагнул к закрытой двери, оглянувшись на Томпсона. — Не забудьте протереть рану спиртом, а потом смажьте йодом.
— Да, сэр, — ответил Томпсон.
Доктор Веллер вошел в каюту. Бернард последовал за ним и закрыл за собой дверь.
Билли Свэйн сидел на краешке койки. Он выглядел присмиревшим и не сделал никаких угрожающих движений, когда мужчины вошли в каюту.
— Мы бы хотели поговорить с вами, — сказал Веллер.
— Согласен, — пожал плечами Свэйн. — Разговор стоит недорого, тем более пока не пришел Викарий, мне нечего делать.
Доктор Веллер сидел напротив Свэйна, крепко сжимая пистолет. Подобно раздвоенному языку змеи, два глаза Свэйна были устремлены на оружие.
— Почему вы так уверены в появлении Викария? — спросил Веллер.
— Он поклялся, что получит эту девушку. Он придет за ней.
— Откуда придет?
— Я… ну, мне это трудно сказать. Я знаю, что мы взяли «Повелителя Индий» и потопили его…
— Полагаю, вы говорите о корабле?
— О чем же еще? Испанский галеон, вернее, был испанским, пока мы не захватили его. А потом он превратился в погребальный костер, клянусь.
— А что же стало с людьми?
— Мы убили всех до одного, но Викарий, можно сказать, сошел с ума, когда увидел, что натворила с собой девушка…
— О какой именно девушке вы говорите?
Билли Свэйн нахмурился.
— Вы что меня дурачите? Какую еще девушку, кроме девчонки Консуэгра, мог я иметь в виду? Там, в каюте, она стояла с кинжалом в груди и с усмешкой на устах, когда он ворвался. Она ему бросила вызов, а Викарий не из тех, кому бросают вызов. Он поклялся, что она никуда от него не уйдет, что он обязательно разыщет ее.
Бернард и доктор Веллер в изумлении переглянулись. Затем, снова обратившись к непрошеному гостю, Бернард спросил:
— Вы себе представляете, какой сейчас год?
— Год? — Свэйн пожал плечами. — Точно сказать не могу, но какое это имеет значение. Моряки не обращают внимание на время. Жизнь коротка и прекрасна, говорят они и стараются избегать формальностей на всех берегах.
— Следовательно, вы не знаете, что оказались в двадцатом веке? — спросил доктор Веллер.
— Ничего я не знаю.
— Как вы полагаете, благодаря чему движется этот корабль?
— Благодаря парусам, чему же еще…
— А разве вы видели паруса, пока были на палубе?
— Если подумать — нет, не видел, но я был слишком занят другими делами.
— На этом корабле нет парусов.
— Значит, это галера?
— А вы видели весла?
— Не могу сказать, чтобы особо присматривался.
Веллер медленно поднялся на ноги.
— Пойдемте, я покажу вам, что движет этот корабль.
Бернард вопросительно глянул на доктора и сказал.
— Сначала, я думаю, мы должны сами решить, что делать. Я голосую за возвращение в Нью-Йорк.
Веллер задумался на мгновение.
— Возможно, это лучше всего. Не вижу причины продолжать путешествие.
— Очень хорошо. Пойду скажу об этом капитану Натану. — И Бернард вышел из каюты.
А Веллер велел Свэйну подняться, говоря:
— Мы собирались пойти посмотреть на мотор.
Адамс, который все еще стоял на страже у дверей каюты, удивился, но пожал плечами и дал им пройти. Через несколько минут Свэйн стоял в машинном отделении, в изумлении глядя на машины.
— Что-то вроде дьявольского котла! — пробормотал Свэйн. — И все сделано из железа! Клянусь всеми святыми…
— Эта машина работает на бензине, — сказал Веллер, — и благодаря этому корабль движется.
Но объяснения не заинтересовали Свэйна. В его глазах был страх. Он прислонился к стене.
— Вы меня заколдовали. Может, эта девчонка — ведьма. Так и есть! Ведьма! Она наслала заклятье на галеон, поэтому он и выглядит по-другому для меня, бедного простого моряка.
— Но вы сказали, что она умерла.
— Ведьмы никогда не умирают — кто же этого не знает. Вы с ней заодно, вот и дурачите бедного простого моряка!
В машинное отделение вошел Бернард. Как раз в этот момент доктор Веллер подтолкнул Свэйна к двери.
— Я понял все, что хотел понять, вернее, думаю, что понял, — сказал доктор Веллер. — Давайте вернем этого человека в каюту и поговорим.
Спустя несколько минут, в каюте Бернарда, доктор Веллер, нервно расхаживая, спросил:
— И что вы об этом думаете?
Бернард недоуменно пожал плечами.
— Не знаю. Ничего не могу понять. Несомненно, Свэйн попал на яхту с какого-то другого корабля, но с какой целью…
— Поблизости не было ни одного корабля.
— Откуда вы знаете?
— Это показал радар. Я тогда как раз стоял около капитана. Не было даже ни одной шлюпки с гребцами.
— Может быть, вертолет или…
— И в воздухе также ничего не было.
— Тогда остается один ответ. Он плыл с нами от Нью-Йорка как безбилетник.
Доктор Веллер резко глянул на хозяина яхты.
— Вы ведь не верите в подобное. Никто не мог попасть на этот корабль в Нью-Йорке.
— Вы правы, это действительно кажется невозможным, но…
— Я думаю, — сказал Веллер, — мы должны немного поразмышлять. Боюсь, для начала нам нужно забыть о логике и признать нечто невозможное.
— Вы хотите сказать, мы должны признать, что он и есть безбилетник, даже если это и невозможно?
— Не совсем так. Сначала я должен был отказаться от заключения, что наш незваный гость — актер. Он не актер. Он — тот, кем себя называет. И попал сюда именно оттуда, откуда он
