твоём доме. Так или нет?
— Что за хрень ты несёшь, Марина. У меня есть жена и менять её не собираюсь.
— Я стану лучшей версией твоей спутницы жизни. Брось свою Клаву. Посмотришь, какая я жена. Ласковая, красивая, не то что твоя колченогая дура.
— Да запомни, б. ть, её Лена зовут.
— Лена, Клава. Какая разница.
— Не смей плохо говорить о моей жене.
— А то что? Она мне враг.
— Забудь эту тему. Лена мать Машки, а дочь я ни на что не променяю.
— Тоже мне беда. Машку у неё отберёшь, а я тебе ещё пару Машек рожу.
— Ну что вы бабы такой народ тупой! Я же сказал тебе, Марина, мне не нужны другие дети.
— От твоей колченогой нужны, а от меня, красивой и сексапильной нет? Может, я тебе мальчика рожу?
— Отвяжись, сказал же.
— Вить, а Вить. А твоя жена знает, что я чаще неё бываю в твоей постели?
— Так, Марина, я жрать хочу! Что ты лезешь под руку, кофе лучше приготовь. И отвали ты от меня со своими мальчиками, девочками.
Её слова били меня хлыстом. Она была в моей постели? Почему я всё ещё не ворвалась на кухню и не задушила её.
Голос Марины зазвучал неожиданно холодно, трезво и жёстко:
— Отвали? Ну вот что, милый Витя. Поздравляю тебя. Я уже беременна твоим ребёнком. Теперь живи с этим.
До меня её слова пробивались, как через толщу воды. Наверное, не только до меня. Там, на кухне наступила тишина. Вялая, ядовитая, она растекалась по коридору, выползла густым киселём ко мне на лестницу.
Я схватилась руками за голову. Значит, у них всё тянется довольно давно. Это я, кретинка, только сейчас глаза разула.
Не могла вздохнуть. Как больно…
Чтоб не выдать себя вырвавшимся всхлипом, зажала рот обеими руками. Горючие слёзы лились по щекам, стекали крупными бусинами.
Шок навалился на меня тяжестью грузового поезда. Ноги налились свинцом. Мне бы бежать прочь из этого ада, а я стояла пнём, подпирая перила. В мыслях неугомонный дятел долбил череп: ”Всё, что происходит вон там, на кухне, это всё по- настоящему”.
У мужа не просто любовница. У него вторая семья. То есть его женщина беременна и что бы я сейчас не придумала, это данность. Как в школьной задачке: дано: Муж. Любовница. Их ребёнок. Вопрос: Что будет делать законная жена?
Дорогие читательницы. Без вас эту задачу не решить. Помогайте, мои любимые. Жду ваших комментариев для Елены.
Дорогие читатели!
Представляю вам новинку от Леры Корсика.
Развод. Драмы больше нет
https:// /shrt/8y2S
Глава 6
Тишину разорвал спокойный голос мужа:
— Беременна? Ну и дура же ты, Марина. Сделай аборт.
— Что?! — его любовница зашлась визгом: — Что ты сказал?
— Не ори! Терпеть не могу бабьих визгов. — голос мужа был спокойный, будто он рабочий вопрос решал: — Марина, я тебе сразу сказал мне не нужны ещё дети. У меня есть дочь. Остальные меня не интересуют.
— Погоди, милый, — Марина не собиралась сдаваться: — Я рассчитывала на семью с тобой. Ты обещал, что мы будем вместе.
— Я не против быть вместе. Называй это семьёй или как хочешь. Но детей то мы с тобой не планировали. У нас с тобой будет всё как прежде. Но без твоего ребёнка.
— Эй, да ты спятил, Витюша? То есть, твой ребёнок это Машка, а мой чем хуже. Твоей Клаве с дочечкой придётся подвинуться.
Вот тут у меня сорвало чеку. Я кубарем скатилась со ступенек на кухню.
Сразу выхватила глазами Марину, вальяжно сидевшую на стуле задрав ногу на ногу. От неожиданности она открыла рот и ничего не успела сказать. Я в один прыжок оказалась возле неё, вцепилась ей в волосы.
Да с такой силой, что её натянутые патлы резали мне ладони. Как тряпичную куклу я мотала её из стороны в сторону, умудрившись повалить её на пол и оседлать эту дуру.
Выпустив её пакли из кулаков со всей силы лупила её ладонями по лицу, по голове. От её визга стыли уши. Наверное, всё продолжалось не больше минуты. Виктор перехватил меня поперёк тела, стаскивал с Марины, орал мне в ухо:
— Успокойся, что ты тут делаешь!
Кто-то когда-то успокаивался после слова “успокойся”? По мне “успокойся”, когда ты на нервах — так это как швырнуть канистру с бензином в костёр скандала.
Виктор оттащил меня от Марины, я в ярости смотрела, как по лицу его ведьмы текли слёзы.
Физиономия гадины была пунцовая, левый глаз красиво вспух. Бабища всхлипывала, размазывая тушь по своей физиономии, выла, некрасиво растягивая губы:
— Витя, откуда она тут. Ты же говорил, её нет дома.
Я локтем треснула мужа в бок:
— А ну, не лапай меня. — вывернулась, рвано дышала. Адреналин бухал в висках молоточками, я бешеными глазами следила за любовничками.
— Ты совсем озверела? — Виктор дёрнул меня на себя.
Это он мне?
Я смотрела в глаза мужа и понимала, что ненавижу его. Меня трясло, я шарила глазами в поисках чего то тяжёлого.
Теннисная попрыгушка перехватила мой взгляд.
Держась за голову, она неловко пыталась спрятаться за спину Виктора. Я снова бросилась на неё:
— Что ты там про мою дочку сказала? Кому надо подвинуться?
Виктор скрутил меня, попытался оттеснить к плите:
— Лена, уймись, сядь.
Я схватила чайник (жаль, холодный), размахнулась со всех сил и запустила его в “милых”.
К сожалению, в головы я им не попала. Зато визга хватило бы на поросячью ферму. Грохот, брызги под ногами мужа, откатившаяся со звоном крышка — шум неимоверный.
Виктор рявкнул:
— Хватит, дура! Что ты делаешь.
Подскочил, схватил меня за плечо и потащил из кухни:
— Хватит разносить квартиру. Ты покалечишь Марину. Обернулся на пороге кухни:
— Марина, езжай к себе. Позже поговорим.
Я вырвалась из его захвата:
— Забирай свою шмару и проваливайте оба.
— Заткнись, Елена. Что ты натворила с машиной? Ты знаешь сколько будет стоить её ремонт?
— Я натворила?
Договорить не успела. Из- за спины Виктора показалась его шлюшка.
Лохматая, с растёкшейся косметикой, с распухшим носом и заплывшим глазом красотке видно, было мало:
— Виктор, я никуда не поеду. Сейчас всё будем решать здесь. В конце-концов мы теперь одна семья.
— Вали отсюда, тварь, — я снова ринулась в рукопашную.
Да что же это со мной, когда я успела так озвереть. Виктор перехватил меня, но я успела достать её ногой. Она взвизгнула, помчалась по коридору.
— Марина, сядь в машину, я тебя сейчас отвезу. — скомандовал Виктор,
