Читаем без скачивания Рейс в одну сторону - Федор Лопатин

Лифты у нас, как я уже сказал, грузовые, стандартной грузоподъемностью пять тонн. Крепкие железобетонные шахты для них делались пять лет, и работы велись практически без перерывов. Для семидесятых годов эта была очень большая нагрузка. Представьте себе десятки строительных вертолетов и сотни судов с необходимым материалом — и это всё в обстановке строжайшей секретности! Конечно, тогда никаких туристов сюда не пускали, и даже придумали страшилку, что скоро острова, из-за вулкана, взлетят на воздух. Шумиха сделала свое дело: за все время строительства на архипелаге не было ни одного лишнего человека, ни одного компрометирующего слова в газетах… Я почему вам так подробно всё излагаю: начальство хочет, чтобы у вновь прибывшего персонала количество вопросов было сведено к минимуму — вот мы и стараемся довести информацию в полном объеме. Извините, отвлекся. Так вот, для каждого лифта сооружена отдельная шахта. Повторюсь, это была очень трудоемкая и затратная работа, но, как говорится, чего не сделаешь, ради мира на Земле. Двери шахты ручные, распашные, двустворчатые. Они расположены в передней стене шахты, как у большинства стандартных лифтов. Но здесь двери имеются и в задней стене шахты, чтобы был доступ к внутреннему пространству шахтного ствола. То, что можно установить во внутреннем межлифтовом стволе, знают только военные, и допуск к задним дверям лифтов имеется только у них. Проходят они в шахту по специальным проходным картам (вам такую не дадут — не надейтесь). Но вы не загружайтесь так — вас это не коснется, так как относится сие к экстренным случаям, а на моей памяти такого еще не было. Жаль, деревяшки нет, а то постучал бы. Вы, кстати, не суеверны? А то, знаете ли, бывали у нас случаи, что некоторые видели призраков в тоннеле метро, но тех горе-сотрудников давно уволили, так что, не увлекайтесь — ибо чревато последствиями. Дальше, ширина кабины лифта три метра, глубина — четыре, а высота — два с половиной. В общем, ничего не обычного — стандартные лифты, я имею в виду, стандарты 70 — х годов прошлого века.

— Зачем такое количество лифтов, разве там и двух мало? — спросил Королев, но тут же пожалел об этом: Наумочкин прервался и несколько секунд смотрел на Петровича, видимо, соображая, стоит ли дальше выкладывать перед ним секретную информацию. Но Королев не дал ему додумать и задал следующий вопрос:

— Вот, вы говорите, это лифты револьверного типа…

— Простите, — прервал Наумочкин, — но это вы так говорите… Впрочем, может быть вы и правы. Какой был вопрос?

— Да, так вот, — сказал Королев и кашлянул, — зачем такие сложности? Почему не использовать обычные шахты со спаренными кабинами, как в наших российских многоэтажках?

Наумочкин терпеливо выслушал возражение Королева, скрытое в этом вопросе, и затем выдал такое, что заставило Королева прикусить язык.

— Потому, друг мой, что здесь нужно мыслить стратегически. При необходимости поднять или опустить в короткое время большое количество груза понадобится больше, чем два лифта, что и так понятно. Другая проблема заключается в том, что в горе Пико нельзя сделать широкий шахтный прямоугольный ствол под восемь лифтов, стоящих в один ряд. Поэтому решили прибегнуть к револьверному типу лифтовой конструкции.

На самом верху горы сооружены машинные помещения лифтов с отдельными выходами наружу, опять же, только для военных. Да, и еще один нюанс: лифты обслуживает бригада монтеров.

— А я тогда зачем нужен? — спросил, ошарашенный новостью, Королев.

— Вы будете на подхвате, что совсем немаловажно, а иногда и спасительно в экстренной ситуации, но это, скорее, редкость, чем норма. На всякий случай, поизучайте схемы лифтов — вам их выдадут в конце рабочего дня.

Еще один момент. Народ, по большому счету, туда, к лифтам, не ездит — основная работа сосредоточена здесь, в лабораториях. На гору Пико едут, в основном, с уже готовыми партиями товара, а там уже, путем доставки через другие ветки метро, прямиком к подводным портам, откуда груз развозится по намеченным точкам по всему миру.

— А что за груз такой? — поинтересовался Королев.

— Не все сразу, коллега, — ответил Наумочкин, отвернувшись от Петровича. — Да и потом, вам это совсем не нужно — ваши обязанности будут ограничиваться пределами маленькой слесарной мастерской, куда мы направимся завтра. Обычно вновь прибывшим мы даем три дня на акклиматизацию, но в последнее время эти сроки были пересмотрены, поэтому вам отводятся лишь сутки для теоретического знакомства с объектом, так что — привыкайте быстрее к новому дому.

Наумочкин не делал перерывов в своих объяснениях — экономил время. Тут же он перешел к главному, а именно, к тому, что касалось работы Королева.

— Итак, — сказал он, холодно блестя стеклами золотых очков, — первым вашим заданием будет то, что указано в этом списке, — с этими словами Наумочкин вытащил из кармана лист бумаги со списком необходимых деталей. — Это нужно начать делать сразу же, как только мы переступим порог вашей мастерской. В дальнейшем, вами будет руководить, прилетающий сюда, господин Кульков. Точно не могу сказать, во сколько завтра он прибудет на объект, но вам, до его появления, нужно будет влиться в рабочий процесс — время дорого, знаете ли.

В этот момент что-то блеснуло в глазах Наумочкина, но он, как ни в чем ни бывало, продолжил обзор научного объекта.

— Теперь вкратце о самой шахте в горе Пико. Вниз она уходит на десять километров, и могла бы идти еще глубже, но есть риск нечаянно разбудить вулкан. С другой стороны, если возникнет угроза вооруженного захвата объекта, то вулкан будет легко разбужен с помощью глубинных ракет, и все острова зальёт магмой и засыплет радиоактивным пеплом. Это всё, что касается подводной части шахты. А вот её верх пришлось оборудовать около пяти трудных лет. Представьте: пробивать тяжелую породу застывшего камня, расплавленного две тысячи лет назад, было ох как нелегко. Правда, и оплата в те времена шла будь здоровчик — хватило бы нескольким поколениям в нашей стране, если бы не 90-е… Да, так вот, при этой работе нужно было пройти всю гору насквозь, то есть, примерно два с половиной километра в высоту. На самом верху горы Пико (мы ее называем «Черной горой») прорубили, что называется, окно, где, друг над другом в шахматном порядке сооружены технологические этажи для лифтов и наблюдательные станции. Наши хотели еще там радары установить, но, из соображений опасности обнаружения, отказались от этой идеи, тем более, что, сейчас по-прежнему высока туристическая активность на соседних островах…

Наумочкин еще