городищу.
При виде его дома лицо Бажены скривилось. Чай, не барская дочка избой ведьмака брезговать. Но, как и многие до неё, ждала Бажена, что Велизар живет в расписном тереме. К чему ведьмаку хоромы, коли бродит он по оврагам да буеракам в поисках тварей из Бездны? Нет у него ни злата, ни каменьев драгоценных, ни шелков нарядных для невест. Разозлился Велизар — обхитрила его Бажена, притворившись одержимой да напросившись в услужение, чтобы хозяйкой в избе его стать. А теперь вот и морщится, мол, не по нраву изба. Прогнать бы её, да куда девке деревенской в городище-то податься? Пропадет она тут без его защиты, а он и сам был скован её неожиданной клятвой — не может ведьмак так скоро избавиться от служки, коли принял в услужение при помощи клятвы.
— Анчутка! — окликнул он единственного служку в его доме, что следил за хозяйством в отсутствии Велизара. А как выбежал бес из дальней комнаты, Бажена без чувств свалилась.
Велизар еще раз убедился, что нет и не было в ней духа никакого. Твари Бездны нечисти не боятся. Сильнее они леших да русалок, коварнее и злее. А простые девки да, при виде нечисти визжат да разбегаются.
— Что это? — Анчутка принюхался, разглядывая бесчувственную Бажену. — Али ты невесту в дом привел?
— Обвела меня вокруг пальца, — процедил сквозь зубы разозленный Велизар. Бажена была в нарядном алом платье со свадьбы, от того и показалась она бесу суженой ведьмака. — Одержимой прикинулась. Думал, повезло, что тварь из Бездны сама в услужения пошла. А нет в ней духа злого.
Он поднял Бажену на руки и уложил на лавку.
— Духа Бездны может и нет, — Анчутка просеменил следом и уселся рядом с девушкой. — Да вот пахнет от неё не по-нашему.
— Всё-таки — одержимая?
Велизар Анчутке доверял. Тот хоть и был бесом, но служить ему пошел по доброй воле в благодарность за спасение от гулей. Не повезло Анчутке оказаться возле самого прорыва. Мертв был бы, коли Велизар не появился там в то же время. Со страху пообещал он служить ведьмаку полвека, но в отличие от прочей нечисти не юлил, не хитрил, а честно выполнял обещанное.
— В себя придёт, так узнаем, — пожал плечами Анчутка. — К чему гадать?
Велизар посмотрел еще раз на девушку и отвернулся.
— Проследи за ней, — велел бесу. А сам поставил пару охранных заклятий на дом и пошел спать. Последний день был для ведьмака тяжелым.
5. Бажена. Новый мир
Я открыла глаза и уставилась в потолок. Дом был другой, а ситуация та же: лавка, я на ней, деревянный потолок, и паук возле балки. Только теперь я не могла сказать, что было хуже: выйти замуж за неизвестного мужичка в глухом селе, или вечно служить байкеру в доме, где нет ни водопровода, ни электричества, ни интернета и в обозримом будущем ничего из этого не предвидится.
Как там зовут моего «спасителя»? Вези… Вазе… Мысленно назвала его Вазелином — потом разберемся. Гораздо важнее понять, что делать теперь? Бежать от Вазелина не имело смысла: тут хотя бы крыша над головой, а за стенами его дома неизвестный враждебный мир. И как меня вообще угораздило? На вид байкер казался тут самым адекватным. Надеюсь, с ним не пропаду. Я снова уставилась на паука, деловито перебирающего лапками.
— Пылесоса на тебя не хватает, — сказала ему я.
— Очнулась, девица, — сказали рядом.
Голос говорящего был скрипучий. Не понятно, кому принадлежащий — мужчине или женщине. Я резко села и оглянулась. За столом в стороне сидел Добби и лепил пирожки. После того, как осознала, что я в другом мире, его вид меня не пугал. Ну уши, ну копытца — и ладно, с кем не бывает. Главное, что не пытается меня съесть.
— Ты кто? — спросила я. — Домовой?
А кого ж еще мог позвать хозяин дома в этом мире?
— Скажешь тоже, — засмеялся Добби. — Бес я, Анчутка. А ты, значит Бажена?
— Так и есть, — кивнула я. Бес вроде был дружелюбный.
— Тогда садись, Баженка, пироги лепить. Вот проснётся хозяин, есть захочет.
— Мне бы умыться сначала, — ответила я, озадачено глядя как ловко Анчутка заворачивает начинку в тесто.
— Так там, возле бани бочка, — махнул рукой бес. И я вышла из дома.
Возле отдельно стоящего здания — видимо, бани — и правда стояла деревянная бочка. Я подошла к ней склонилась над водой. В темной глубине отражалось едва знакомое мне округлое лицо. Будто моё, но лет на десять моложе. Заплетенные в косу длинные волосы вместо модной стрижки. Гладкая кожа, еще не испытавшая на себе многоэтапный уход. Большие глаза без пушистых наращённых ресниц, ради которых я пролежала три часа в кабинете косметолога и тщательно берегла. Губы самые обычные, не знающие, что такое ботокс и стремление к красоте Анджелины Джоли.
Я была сейчас совсем другая. И мир был другой — страшный в своей отсталости и незнакомый. Не удивительно, что меня прозвали одержимой, когда я кричала о карах современности вместо того, чтобы соответствовать приличной местной девушке. Но то ж знал, что всё тут так запущено?
Вообще-то кричать и рыдать в голос, желательно погромче, мне хотелось и сейчас. Судьба была жестока и обладала весьма извращенной фантазией, раз закинула меня сюда. Но расслабляться было нельзя — вряд ли вернуться в родной мир получится так скоро. К тому же я совсем не знаю, что случилось со мной настоящей. Как там было? Первое правило попаданца — никому не говорить о попаданстве. А то одержимой обзовут. Вот узнаю хотя бы, кого называют одержимыми и что с ними делают, тогда и стану жаловаться на жизнь всем подряд. А сейчас лучше сидеть тихо.
Я обмыла лицо прохладной водой и тщательно оттерла руки. Хочешь-не хочешь, а разбираться с происходящим придется. Стараясь при этом по меньше привлекать внимание своим поведением и одновременно как можно скорее подвести мир к техническому прогрессу. Об интернете и полетах на Марс мечтать пока рано, но водопровод в дом провести надо.
С этой оптимистичной мыслью я
