Жесткие губы неожиданно растянулись в обаятельной полуулыбке.
— Знаете, я здесь не новичок.
— Я тоже. Может, посоревнуемся? — выпалила Клер, в надежде, что незнакомец поддастся на ее авантюрное предложение. И он ее не разочаровал.
— Что ж, если это доставит вам удовольствие. Хотите, десять секунд форы? — галантно предложил он, но Клер моментально уловила в интонациях признаки мужского превосходства, и ее свободолюбивый дух тут же взбунтовался.
— Думаю, мне хватит и трех! — выкрикнула она и сорвалась вниз.
Клер неслась по склону, словно подхваченная ветром. Как никогда ей хотелось быть первой, но и ее соперник, как оказалось, принадлежал к породе победителей. Он мчался прямо за ней. Клер не оборачивалась, потому что ясно видела его тень на снегу. Он настигал ее неумолимо. Адреналин буквально клокотал вокруг — в морозном воздухе, в искрящемся снеге, в крови. «Нет! Нет! Нет!» — вопило внутри Клер. В ярости она гнала изо всех сил, мускулы горели, когда она кидала себя почти вертикально вниз, последний поворот, и в конце спуска Клер первой развернулась, взметнув снежную пыль в лицо противника.
— Йо-хо! — Не в силах скрыть своего ликования, Клер сорвала шлем.
Ярко-рыжие непокорные локоны густой волной рассыпались по плечам. Николь Кидман отдыхает!
— Ничего не скажешь, кататься вы умеете, — проворчал поверженный соперник.
Клер звонко рассмеялась.
— Вы тоже. Хотите еще разок? — великодушно предложила она.
— Благодарю, но в этом нет необходимости. Когда противник сильнее, я готов это признать.
— А как же мужское эго? — уколола Клер.
— Страдает, — отозвался незнакомец с юмором. — Но есть смягчающее обстоятельство: удар по самолюбию мне нанесла юная соотечественница. Вы ведь англичанка, не так ли?
— Нет, я шотландка! — гордо отозвалась Клер.
— Неужели? — удивился незнакомец, избавляясь от темных зеркальных очков.
Клер окунулась в густую синеву этих глаз, и все остальное утратило смысл. Даже победа на склоне стала казаться ей чем-то незначительным, не заслуживающим внимания. Но и он не остался равнодушным к ее девичьим прелестям. Потемневшие глаза восхищенно скользнули по ее фигуре, туго обтянутой эластичным костюмом, задержались на выпуклостях груди, вернулись к порозовевшему лицу. Клер почувствовала, как все ее тело, от корней волос до кончиков пальцев, отозвалось на этот призыв. Как будто он сорвал с нее бинты и положил руку на нежную, чувствительную кожу. Такое с ней случилось впервые. Ей еще не доводилось встречать такого физически ощутимого человека.
— А мой предок был из Пейсли, — донесся до ее сознания чарующий баритон. — Как видите, у меня тоже шотландские корни. Давайте знакомиться. Шон Ричмонд, уроженец Южной Англии.
— Ой! — безумно обрадовалась Клер. — Быть не может! А я — Клер Макгрифи. Сестра Уоррена Макгрифи.
— Вы? Боже мой! Кто бы мог подумать! — Теперь уже собеседник недоверчиво оглядел ее с головы до ног, и в его ослепительных глазах заплясали веселые искорки: — То есть вы хотите сказать, что вы та самая рыжеволосая ведьмочка, которая вечно путалась у нас под ногами, куда бы мы с Уорреном ни отправились?
— Та самая! — подтвердила Клер, чувствуя, что не может стереть с лица дурацкую улыбку.
— Та самая, что бродила у заброшенного замка, таскала нашу наживку и сигареты для деревенских мальчишек?
— Та самая, сэр!
— Быть не может! — передразнил ее Шон.
Они рассмеялись. Он снова проник в нее взглядом. И Клер мгновенно догадалась, что он отлично осознает, какое впечатление произвел на нее как мужчина. Она смущенно отвела глаза. Но Шон тут же пришел ей на помощь, непринужденно поинтересовавшись:
— А как поживает Уоррен? Наши пути как-то разошлись после Оксфорда.
— У него все нормально, — ухватилась за тему Клер. — Занимается поместьем, возглавляет семейный бизнес.
— Фармацевтический гигант. Как же, наслышан со студенческих времен, — кивнул Шон. — Он не женился?
— Нет, но по-прежнему носит твидовые пиджаки и голосует за консерваторов. А вы…
Шон усмехнулся.
— Думаю, можно опустить формальности и перейти на «ты». Согласна?
Клер кивнула.
— Мне еще там, на горе, ва… твое лицо показалось знакомым, — призналась она и вдруг с детской непосредственностью выпалила: — Правда здорово, что мы встретились?
— Несомненно, — подтвердил Шон без тени улыбки. — И какой же счастливый случай привел тебя сюда?
— Прилетела отдохнуть с друзьями. Я недавно окончила частную школу в Швейцарии. Вот думаю, чем теперь заниматься. — Клер покосилась в сторону и заметила неподалеку Мадлен в компании сверстников. Подруга подавала ей знаки глазами, руками и всеми другими частями тела, требуя внимания. Клер отвернулась, давая Мадлен понять, что сейчас не до нее. — Наверное, выберу Оксфорд, юриспруденцию. Хочу работать в фирме, правда, Уоррен этого не одобряет.
Шон кивнул, поглощенный какой-то мыслью.
— Значит, тебе сейчас восемнадцать?
Клер поспешила уточнить:
— Восемнадцать и два месяца, сэр.
— Что ж, это многое меняет, — добродушно усмехнулся Шон. — Хочешь завтра разделить со мной ланч? Горячие сосиски, черный хлеб и кружка пива, что скажешь?
— О да! — выдохнула Клер, даже не пытаясь скрыть, как она счастлива.
Они договорились о встрече, Шон Ричмонд окинул ее напоследок еще одним чувственным взглядом, полным откровенного восхищения, затем оттолкнулся палками и заскользил в сторону отеля. Клер зачарованно наблюдала за каждым его движением, не в силах оторваться от его гибкой и такой сильной фигуры.
— Вот это да! — восторженно выдохнула Мадлен, налетая на нее сзади. — Универсальный солдат! Рембо! Терминатор! Матрица! А говорят, совершенства в природе не существует! Кто такой? — требовательно спросила она.
— Приятель Уоррена, — ответила Клер, надевая шлем. — Они вместе учились в Оксфорде. Зовут Шоном Ричмондом. Пойдем пройдемся по трассе?
— Только в том случае, если я захочу что-то себе сломать, — категорически отказалась Мадлен, к тому же сейчас ее занимала вовсе не лыжная прогулка: — Не отвлекайся, рассказывай, ты же знаешь, я не отстану, пока не узнаю все, — напомнила она.
— В прошлом он гостил у нас несколько раз, — пришлось продолжить Клер. — Они с Уорреном вроде бы дружили. Вместе охотились, рыбачили, устраивали скачки. Но почему-то в Оксфорде в самом конце вдруг перестали общаться.
— Наверняка здесь замешана женщина, — заметила Мадлен. Прикинув в уме, она сказала: — Значит, ему двадцать восемь, как и твоему братцу. Конечно, он на десять лет старше нас, поэтому неудивительно, что я его никогда в вашем замке не видела. Впрочем, здесь мне ловить нечего. Он весь твой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
