Что если враг слишком большой? Как его рубить? Не следует ли ввести ещё один тип автоматической атаки наряду с пронзанием и разрубанием…? Представив, как это должно выглядеть, я заставил форму меча, проявившегося перед собой, временно измениться. Нынешняя его гарда была слишком толстой и могла помешать, а потому она моментально приняла более острую форму.
В будущем я был намерен и дальше работать с клинком своей души, вписывая в неё всё новые и новые свойства. И пусть работа с самим собой давалась особенно сложно, я был уверен, что моя душа будет всегда со мной! И вписав в неё нечто подобное сейчас я ещё долгое время буду пользоваться плодами упорной работы.
Меж тем сам изменённый клинок чуть изменил угол наклона, начав медленно вращать словно лопасть вентилятора с центром оси как раз в районе своего навершия. Раскручиваясь всё быстрее и быстрее, Сиг уже вскоре начал засасывать воздух, обратившись в настоящий смазанный круг диаметром более четырёх метров! Но даже после он не прекратил ускоряться. И лишь когда с одной его стороны образовалась настоящая буря, а от гудения ветра уши закладывать начало даже у меня, эта гигантская мясорубка рванулась точно в сторону твари, оседлавшей небоскреб. Взвесь из были к тому монету уже почти рассеялась.
Сколь быстро вращался Сиг я не знал. Сто тысяч? Миллион вращений в минуту? Мне было собственно без разницы. Но зато я отчётливо видел, как неразрушимый клинок с рёвом преодолел три километра до цели! Почувствовал, как оружие встретилось с телекинезом противника, пробив почти нерушимую стену чужой воли, а следом с чавкающим хлопком Сиг впивается в его бок, круша и перемалывая тело врага! И не только впивается, извергая вовне целый гейзер из крови и плоти, но и проходит насквозь, несмотря на всю мощь тела скопления симбионтов, просверлив в нём дыру диаметром более четырёх метров! В нём, и в верхушке того небоскрёба, кой тот оседлал — Сигу было без разницы что разрезать: молекулярную сталь, полимерный бетон или изменённую плоть!
Я не обратил внимания при это ни на отголоски встречного удара, едва не перегрузившие первый щит крепости, ни на взметнувшиеся по флангам от нас брызги соседних небоскрёбов, сметённых встречным ударом скопления симбионтов, ни даже на то как по нашей позиции ударили лазерные лучи с заражённого линкора, спустившегося только что в атмосферу. Атака корабля, по виду напоминавшего выпотрошенную и прогнившую костлявую рыбу, где прорези и оплавленные пробоины наскоро заросли какой-то бугристой биомассой, попросту была отражена моей силой словно зеркалом, уведя смертоносные фотоны далеко в атмосферу. Даже до щитов не дошла. А сам корабль, хищно нависший над городом, в следующую секунду резко отлетел прочь со смятой в лепёшку от удара носовой частью, оглушив округу взрывоподобным грохотом удара. А вскоре и вовсе взорвался где-то далеко от города сразу после того как был вбит этим ударом в землю.
И лишь небрежно брошенное мной «отвали» отложилось в моём сосредоточенном разуме, продолжавшем дорабатывать и настраивать мой клинок души.
Зато всё это очень хорошо отложилось в памяти наблюдателей, что до сих пор украдкой наблюдали за мной из прохода в здание, среди коих были и недавно спасённые мной незваные гости.
После первого захода атаки Сига было ещё шесть. Тварь пыталась атаковать его, пыталась снова бить по моей крепости, но уже не так мощно, как в первый раз, но в итоге ей всё равно пришлось распадаться на оставшиеся в живых составные части, спешно переходившие на автономный режим работы. Гигант, уничтоживший уже десятки небоскрёбов вокруг себя, в считанные секунд превратился в сотни едва живых особей!
Сразу после этого я развоплотил меч, заставив его вернуться обратно в свою душу — на мелочь тратить время мне уже было откровенно жаль.
Кто-то из возможных сторонних наблюдателей мог бы спросить у меня: «На кой чёрт ты тратишь время на этот клинок, обладая такой силой!? Не проще ли просто прихлопнуть всех вокруг одним ударом?» Так вот, такому человеку я бы ответил просто: «Неисповедимы пути богов». Сегодня они щедро делятся своей силой, а завтра ты уже выброшен без гроша в кармане в теле какого-нибудь калеки в качестве наказания за что угодно. А может и вовсе без причины — просто в качестве воспитательной меры. И остаться совершенно беззащитным в таком случае было бы кисло. Вот почему я трачу столько заёмной силы сейчас, дабы обеспечить себе надёжный инструмент. Клинок, намертво зашитый в мою душу, спрятанный в ней от чужих глаз, и способный действовать почти самостоятельно, как раз достоин стать частью моей постоянной силы, не зависящей от прихоти богов!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Господин. Отец просит о встрече с вами, — наконец голос Зарича, прозвучавший из-за спины, вырвал меня из всех этих пространных размышлений, вернув обратно на грешную землю. Господин? С чего бы такое подобострастие?
Проводив взглядом разрушения в городе, образовавшиеся вокруг нетронутого здания банка и далёкий след чадящего дымом недавнего взрыва, я мгновенно ухватил суть. Сила всегда и везде уважалась, особенно такая что способна отфутболить линкор длиной в километр словно назойливую муху! такой силе и поклониться не зазорно — напротив! Почётно и лестно!
— Обязательно поговорим. Идём.
Глава 111
Шестилетний мальчик стоял за спиной матери и с едва скрываемым восхищением смотрел на то что творилось снаружи. В свои шесть лет он уже второй раз за день испытывал слом убеждений и представление о картине мира, что с трудом укладывалось в детской голове.
Его отец — крупнейший бизнесмен этого и соседнего регионов, и просто крайне богатый человек, убеждал сына в том, что все эти выскочки из аристократии, кичащиеся своей силой ничего не стоят сами по себе. А истинное значение имеют капитал, мощное производство и связи. И сын верил отцу. Вот только из родового особняка сегодня их эвакуировал не отец — человек со связями и деньгами, а начальник их службы безопасности. Отставной военный, бывший наёмник и просто грубый мужлан, как утверждала его мама. Когда пришли монстры, он сумел вытащить их прочь из осаждённого поместья, пусть они и потеряли пятерых бойцов. С отцом же связь оборвалась ещё утром… и вряд ли папа ещё жив.
Теперь же они неожиданно нашли приют в уродливом логове преступника-параноика, о ком тоже родители не раз упоминали, обсуждая при сыне ситуацию в городе. Тот якобы с помощью старой лазейки в законе украл у таких же преступников целый банк, превратив его то ли в тюрьму, то ли в крепость, потратив при этом безумно большие деньги! Вот только где они теперь? Где все связи его родных? Их деньги? Промышленные мощности? Гордость в конце концов…? Ответа не было.
А потому сейчас мальчик снова молчал. Молчал, но слушал и наблюдал за взрослыми. Особенно сейчас, когда тот самый сумасшедший стоит на крыше собственной крепости, разрывая на куски своей ненормально странной силой жуткого монстра, поселившегося на вершине далёкого небоскреба. Но даже этого словно было мало! Очень скоро, почти сразу как они укрылись под щитами этой крепости, они узрели настоящую СИЛУ! Только так! Только заглавными буквами!
Гигантский корабль, чуть ли не с город размером (мальчику показалось именно так), спикировал в атмосферу словно хищная птица, закрыв собой половину неба. Весь в пробоинах, наростах, выглядевший просто жутко! И сразу выстрелил, едва не ослепив их всех… Но лучи его орудий вдруг попросту отразились, не долетая до крепости. А после… этот корабль смяло! Отбросило! Разорвало! Грохот был такой что мальчик едва не оглох, и даже его мама зажмурилась от страха, прикрыв ладонями уши, но не он. Он смотрел, не отрывая глаз за тем как боевая машина с расплющенной половиной корпуса с треском отлетает далеко прочь от города. А вскоре после этого был далёкий взрыв, возвестивший об окончательной смерти грозного корабля…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— О боги…! Что? Как!? Но… это же… — его мама также не осталась равнодушной от увиденного, и впервые за сегодняшний день мальчик увидел в её глаза не тоскливую отрешённость, а надежду. Надежду на того, кого ещё недавно она на пару с отцом поносила и критиковала!
