Вадик быстро жмёт мне руку и мчится спасать от неугомонной жёнушки дорогое имущество.
Веду детей к машине. Сага с Полиной ожидаемо занимают заднее сидение, Раю я усаживаю рядом с собой на переднее, пассажирское. Достаю из бардачка припрятанный «Киндер» и даю девушке.
— Держи, умничка, сегодня заслужила! — хвалю, а в голове уже тысяча пошлых мыслей о том, как именно Рая может заслужить шоколад. Черт! Надо включать голову, при чем ту, что сверху! Мне ещё целую ночь нужно провести в одной квартире с девчонкой. Вот уж испытание, так испытание! Ладно, возьму себя в руки и просто лягу спать. Ну, или притворяюсь спящим. Надеюсь, Раиса поймет и не обиделся.
— Пап, а мне шоколад? — канючит с заднего сидения сын.
— А ты не умничка, ты не заслужил! — отрезаю твердо, но все равно кидаю им с Полей пару конфет. — Это ж надо! — по привычке отчитываю Сашку ворчливо. — Оказаться запертыми в лаборатории! Нигде не попасться, зато самим себя запереть.
Александр молчит. Он у меня настоящий мужик. Гелка бы начала оправдываться, подлизываться, а этот стойко принимает критику, только Полину к себе крепче прижимает.
Глава 4
Хитро кошусь на сидящего рядом мужчину из-под ресниц. Дмитрий, как обычно, сдержан и спокоен, но меня-то не обманешь. Одно только то, как он меня на дерево подсаживал, о многом говорил. Старался, держался, но я специально соскользнула. Боже, какое это было блаженство на мгновение прижаться к крепкому, надёжному мужскому телу, ощутить его руки у себя на попке.
Между нами искрит и с этим нужно что-то делать. Закреплять, так сказать, позиции. Ну глупостью будет упустить этого мужчину. Он такой надёжный, словно каменная стена. Я понимаю, что шансов у нас не так много, но попробовать все равно стоит.
С наслаждением жую шоколад, ещё и язычком по губам провожу. Дыхание Дмитрия учащается, он все чаще бросает на меня тяжёлые, горячие взгляды. Вот ты, родненький, и попался. Дома я тебя дожму окончательно.
Наверное, начинать отношения с секса не самая лучшая идея, но борщ, уют и понимание я ему сразу не втюхаю. Потом дам, в качестве бонуса.
Подъезжаем к дому и Сашка быстренько утаскивает Полину к ним в квартиру. Вот уж у кого ночь точно выдастся нескучной.
Мы с Дмитрием неторопливо поднимаемся к себе на этаж.
— Продукты дома есть? В магазин не за чем сбегать не надо? — уточняет этот самый внимательный в мире мужчина.
— Все есть! — улыбаюсь. — Даже борщ и отбивные.
— Рая — ты идеал! — Дмитрий смеётся.
Но нас тут же прерывает звонок его телефона.
— Да, Старший следователь Крепкосрубов на проводе! — быстро отвечает полицейский.
Вот если его сейчас вызовут в отдел, будет не просто облом, будет гигантский обломище!!!
Я открываю квартиру, а Дмитрий ворчит в трубку.
— Да сдам я эти дурацкие отчёты, Андрюха, не нуди! Прикрой лучше перед начальством. У меня дела были, не успел.
Мужчина отключается и бормочет что-то себе под нос о дурацкой бюрократии и самодурах в кожаных креслах.
— Тебе надо идти? — спрашиваю испуганно.
— Нет, Раечка, мне просто нужно немного поработать за ноутбуком, — ласково улыбается мне мужчина. — Не переживай, иди спать. Я закончу и тоже лягу где-нибудь на диване.
Ага! Так я и разбежалась выполнять указание!
Быстро скидываю с себя куртку и мчусь на кухню.
— Стол с розеткой в гостиной, гостиная — прямо! — бросаю на ходу.
Быстро разогреваю борщ и отбивные с картошкой. Украшаю все это дело соусом, сметаной, зеленью. Романтика, конечно, хорошо, но мужика кормить надо. Хотя… Полумрак ещё никому не повредил!
Тихонько подставляю стул, лезу к лампочке на кухне и чуть ее подкручиваю, чтоб погасла. Вот и замечательно! Теперь есть повод достать свечи!
Бегу в ванную, быстро принимаю душ и накидываю на себя лёгкий, коротенький халатик. Прошу волосы так, чтоб они живописной гривой лежали на плечах. Пусть теперь только попробует устоять.
Есть порыв достать вино, но я его отметаю. Никакого вина! Чай и только чай! Полька меня уже в алкоголизме обвинять начала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сегодня вечер будет трезвым и максимально честным. Где-то в закромах у меня была душистая заварка с чабрецом, думаю, Дмитрий оценит.
Заканчиваю приготовления, оглядываю все несколько раз, чтоб ничего не упустить, и только после этого иду звать гостя к столу.
Картина, развернувшаяся в моей гостиной, вызывает улыбку. Старший следователь сидит за ноутбуком. На его носу очки. Обычные такие, простенькие очки от дальнозоркости. Но как же они забавно смотреться на мужественном, грубом лице, испещрённом шрамами.
— Дмитрий, вы ужинать будете? — спрашиваю, прислонившись к дверному косяку в соблазнительной, картинной позе.
— Да, Рая, сейчас!
Мужчина поднимает на меня взгляд и замирает. Глаза загораются, но Дмитрий тут же сжимает пальцы на ручке кресла, чтоб успокоиться. Интеллигент чертов!
— Пойдемте скорее, борщ стынет! — не даю мужчине опомниться, хватаю его за руку и тащу на кухню. Сейчас главное на дать ему ни о чем подумать, сообразить, начать анализировать.
— Садись! — указываю на стул.
— Рая, нам нужно поговорить, — вяло сопротивляется полицейский.
— Дима, все разговоры после еды! — приказываю строго. Черт, так и не определилась на «ты» мы или на «вы». Ладно! По ходу дела разберемся.
— Мне ещё мама говорила, что мужчину надо сначала накормить, а потом уже с ним разговаривать! — забалтываю своего героя, а сама подвигаю к нему поближе тарелки. Пусть ест, добрее будет.
Дмитрий с удовольствием уплетает мою стряпню. Ест так, что за ушами трещит.
Я любуюсь на него, бросая хитрые взгляды из-за чашки с чаем.
— И многих ты своей стряпней так заманивала? — внезапно цепко косится на меня мужчина.
Ну вот! Нашелся ревнивец на мою голову!
— Ты первый, — выдаю максимально честно. — Остальные предпочитали есть в ресторанах, а от меня им нужно было совсем другое.
Признаюсь и замираю. Нет, внешне так и продолжаю сжимать в руках чашку с чаем, мило улыбаться. Но только внутри у меня все заледенело. Как Дима отреагирует на такое признание? Что он теперь подумает? Но лучше сразу и прямо, чтоб не возникло недомолвок и недоразумений. Пусть заранее знает, с кем связывается.
Однако, товарищ Старший следователь умеет удивлять.
— Жалкие придурки! — бурчит, словно разгневанный медведь. — Мозгов нет, вот и не оценили, какое сокровище им досталось!
Самая настоящая, искренняя улыбка расцветает на моем лице.
— А ты оценишь? — спрашиваю игриво.
— А у меня, Раечка, — мужчина внезапно горько вздыхает, — тяжёлая работа, тяжёлые дети, и в принципе, очень тяжёлая жизнь.
Ты удивительная, правда! — Дмитрий смотрит мне в глаза и от нежности в его взгляде толпы мурашек пробегают по телу. — И ты встретишь хорошего мужчину. Ну не все же мужчины в этом мире идиоты!
Наверное, какая-нибудь молоденькая, наивная девушка на этом месте обиделась бы, расплакалась, разочаровалась. Но я столько раз в жизни разочаровывалась, что сейчас мне хочется только смеяться.
— Зачем мне хороший, надёжный мужчина? — улыбаюсь. — Мне нужен ты, Дим. Нас же тянет друг к другу. Не сразу, но потянуло!
— Меня к тебе сразу, — выдает товарищ Старший следователь и от его признания приятная, теплая тяжесть зарождается в груди. Надо же, он сразу разглядел. А до меня пока дошло…
— И что тебя останавливает? — фыркаю даже чуть раздражённо.
— Рая, сядь сюда, послушай!
Мужчина хлопает по стулу рядом с собой, но вместо стула я сажусь к нему на колени. Обхватываю руками за плечи, с улыбкой смотрю в лицо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Раиса, не безобразничай, — ворчит Дмитрий строго.
— А что будет? — спрашиваю ехидно. — Отшлепаешь?
— Рая, маленькая! — Дима резко поднимается и пересаживает меня на стул. А вот это было обидно. — Рая, ты — молодая, цветущая девушка. У тебя вся жизнь впереди, — начинает нравоучать этот ворчун. — Сколько тебе лет? Не больше тридцати явно. У тебя будет и хороший мужчина, и семья и все, что ты только захочешь.
