–Лорд Закери, – сказала миссис Уитфелд, поставив зеленоглазую девушку в начало шеренги, – это моя старшая, Кэролайн.
Он поклонился.
– Мисс Уитфелд. Рад познакомиться.
– Советую приберечь поклоны до того момента, когда все мы будем представлены, иначе у вас закружится голова, – низким насмешливым голосом сказала она. Поскольку ее мать уже перешла к следующей дочери, возможно, никто, кроме Закери, ничего не услышал.
– Это Сьюзен, дальше близнецы – Джоанна и Джулия. Грейс только что исполнилось восемнадцать. Энн и Вайолет – самые младшие.
Закери стряхнул щенка с сапог и, убедившись, что представление окончено, снова поклонился.
– Рад познакомиться со всеми вами, – сказал он, глянув на старшую дочь, которая, кажется, забыла о своем замечании и рассматривала его левую руку. Он пошевелил пальцами, и она моргнула.
– Вы все так выросли и стали такими очаровательными юными леди, – сказала тетя Тремейн. – Моя племянница вышла замуж месяц назад, и теперь мне даже не с кем поболтать и обсудить модные журналы.
– Тогда вы должны остаться! – воскликнула одна из близнецов. – Мама, попроси леди Глэдис и лорда Закери остаться!
– Конечно, они останутся. Я и не думала иначе и надеюсь, что мистер Уитфелд не будет против.
– Если мы не помешаем, мы с радостью останемся на несколько дней, – уверила всех тетя Тремейн.
Кэролайн немного отстала от сестер, которые кружили вокруг Закери, каждая оспаривая право показать гостю его комнату. Она видела, как он улыбнулся и дипломатично предложил руку самой младшей, Вайолет.
Лорд Закери был необычайно красивым джентльменом. У него были темные, почти черные волосы, отливавшие бронзой в лучах послеполуденного солнца, серые глаза, высокая, атлетически сложенная фигура. Высокие скулы и аристократический лоб делали его лицо очень привлекательным. Кэролайн хотела было улыбнуться, но потом подумала, что рано праздновать победу. Сначала она сделает несколько набросков и посмотрит, сможет ли перенести на холст эту красоту.
Казалось, что ее молитвы услышаны. Она просила Господа послать ей аристократа, и словно по мановению волшебной палочки в их доме появился лорд Закери Гриффин. А с ним и возможность навсегда уехать из Уилтшира.
Глава 3
Ее сестры проводили неожиданных гостей в их комнаты, а Кэролайн поднялась на третий этаж в свою мастерскую.
Большая комната в форме башни с полукруглым эркером была некогда кабинетом Эдмунда Уитфелда – его убежищем от оравы женщин. Только Кэролайн разрешалось входить в эту святая святых. А когда у нее неожиданно обнаружился талант к рисованию и живописи, ее мать усмотрела в этом возможность привлечь внимание к дочери какого-нибудь джентльмена – ценителя искусств и – кто знает – выдать дочь за него замуж и тем самым увеличить доходы семьи. Кэролайн перебралась в кабинет и сначала заняла там угол, но потом начала постепенно отвоевывать пространство, пока через два года отец добровольно не переехал в меньшую, но такую же изолированную от всех комнату на первом этаже за кухней.
Кэролайн взяла новый альбом для эскизов и уселась на широкий полукруглый диван под эркером. Комната была хорошо освещена в течение всего дня, позволяя ей утром писать маслом, а во второй половине дня – делать эскизы.
Сейчас ей захотелось сделать наброски. Обычно она любила, чтобы ей позировали даже для предварительных эскизов или по крайней мере чтобы она могла наблюдать за предметом больше чем пять минут. Но сегодня карандаш почти помимо ее воли скользил по бумаге.
Сегодняшний случай был необычным. Не потому, что ей предстояло написать самый важный в ее жизни портрет, а потому, что ей не так уж часто приходилось писать портреты мужчин. Конечно, ей позировал отец, и лорд Иде в костюмах короля Артура и других исторических персонажей, и местный адвокат мистер Андертон, пожелавший украсить портретом свой офис. Но все это были пожилые мужчины, с которыми она была знакома всю жизнь.
Уверенными, короткими штрихами она нарисовала голову лорда Закери, потом – его темные волнистые волосы. Глаза она, как правило, не рисовала, если перед ней не сидел «объект», но сейчас она ясно представила себе серые глаза лорда Закери. Необычные. Незабываемые.
Дверь мастерской с шумом распахнулась, и в комнату ворвались ее сестры, болтая без умолку, да так быстро и громко, что, наверное, не слышали друг друга.
Кэролайн положила карандаш и закрыла альбом.
– Да замолчите вы! От ваших криков лопнут стекла.
Джулия села с ней рядом.
– Разве ты его не видела?
Сьюзен подтащила к ним табурет, села на него и заявила:
– Я в жизни своей не видела такого красивого мужчину.
Грейс плюхнулась на диван по другую сторону от Кэролайн.
– Только не говори, Каро, что ты этого не заметила.
– Конечно, заметила. Мне хотелось бы сделать набросок. Мистер Танберг в своем письме просит прислать ему портрет аристократа. А лорд Закери определенно аристократ. – Она поняла бы это и без того, что все называли его лордом. Его стать, уверенность, свет в глазах – ошибиться было невозможно.
– Я тоже хочу его нарисовать, – хихикнула Джоанна.
– Или сделать модель из глины, – предложила Джулия.
– Да, из глины, – подхватила Джоанна. – Я могла бы вылепить его своими руками.
Вайолет скорчила гримасу.
– Ты делай свою модель, а я хочу выйти за него замуж.
– Да тебе только пятнадцать, глупышка, – снисходительно усмехнулась Джулия. – Он ни за что на тебе не женится, пока мы все здесь.
– А он и на тебе не женится, – проворчала Вайолет. – Каро самая старшая. Она должна выйти замуж первой.
– Я ни за кого не выхожу замуж, – заявила Кэролайн, опустив взгляд на альбом, лежавший у нее на коленях. Он был здесь, в этом альбоме, и ей хотелось продолжить рисовать его. – И вы все это знаете. Я уеду в студию Танберга, буду писать портреты и путешествовать по миру.
– Что ж, если он останется и после того, как ты уедешь в Вену, – сказала Сьюзен, – тогда я могу выйти за него.
– Сначала дождись, чтобы он сделал тебе предложение, Сьюзен, – пожала плечами Джулия. – Кроме того, такой красавец, как он, наверняка уже с кем-то обручен. Судя по карете и по одежде, он к тому же и богат.
– Мама сказала, что он не женат, – сказала Вайолет, раздосадованная тем, что ее матримониальным планам не суждено сбыться. – Он и вправду богат. И у него два старших брата, тоже неженатых.
– У него два брата? – Грейс вскочила и захлопала в ладоши. – Значит, для трех из нас есть мужья! Надо поговорить об этом с мамой.
