Читаем без скачивания Благодать - Наталья Горская

В большинстве стран понятие «национальность» идентично подданству: есть у тебя, скажем, французский паспорт, ты принимаешь участие в голосовании, когда выбирают президента Франции – стало быть, ты самый настоящий француз и есть. Просто до гениальности! В США живут просто американцы, в СССР жили советские люди. Те самые, которых теперь принято называть «совками», как и саму советскую эпоху. А кому-то этот самый «совок» дал квартиру. Большую. Переехали в нее из коммуналки после десяти лет очереди. Сейчас получить или купить такую квартиру нереально ни за десять лет, ни за сто. Кто-то при «совке» имел счёт на сберкнижке, а теперь – ничего. Сбережения простых граждан в условиях «новой и свободной» России превратились в прах и пыль. Но их жалобы обычно глушат бодрыми заявлениями тех немногих счастливцев, которых в самом деле в «обновлённой» версии России жить хорошо и привольно. Они утверждают, что тогда было не очень хорошо, а хорошо было только тем, кто не достиг пятилетнего возраста. Но советские не сдаются: «Милаи мои, а када у нас было ОЧЕНЬ хорошо? Где вы в нашей истории ваще такие эпохи видали, чтобы большинству людей жилось легко и хорошо? Да не было такого, и, видимо… никогда не будет». Поклонники «обновлённой» версии готовят им на это очередную каверзу: «Вы ходили строем и приветствовали только «правильный ход мысли», утверждённый наверху!». Ответ: «А сейчас вообще не стало ни хода, ни мысли, ни-че-го. И приветствуется сейчас тоже только то, о чём пишут на первых полосах газет: пьянки олигархов, приключения русских девок за бугром, да робкие рекомендации иностранной полиции посадить того или иного нашего «великого политика» далеко и надолго, так как по ихним меркам он – преступник».

Сколько лет прошло, как исчез Советский Союз, а разговоры про СССР, «который мы потеряли», так и не утихают. Или не теряли, а сами как есть раскатали по бревнышкам, разворовали, молчаливо наблюдали, как его распродавали? Но чем дальше мы уходим от 1991 года, тем жарче становятся эти споры. Люди предаются бесконечным воспоминаниям о советском образе жизни и, разумеется, сравнениям его с настоящим. Не в пользу этого самого настоящего. Восклицания и проклятия: сколько мы потеряли и чего взамен приобрели. Был ли размен СССР на РФ равноценным и был ли он вообще нужен, коли можно было эффективно совместить плюсы капитализма и социализма на благо страны? Что мы получили из того, чего не было в СССР? Свободу? Ах, свободу! Ну да-да, работать теперь необязательно, водку пить можно когда угодно, где угодно и сколько угодно – уж такая свобода, что всем свободам – свобода. Такая «свобода» только и сделала, что расплодила в стране слишком много лентяев, эгоистов и пьяниц. Возможность законным способом разбогатеть или, как минимум, достичь европейского уровня благосостояния? Хм… Милые мои, что вы сегодня называете «законным способом»? Ах, колбаса появилась? Да, теперь в магазинах появилось несколько сортов колбасы, чего не было в «совке». И дело даже не в том, что у людей не стало денег, чтобы эту колбасу купить хотя бы для пробы, а не питания, а в том, что вот можно ли переводить выгоду от потери родной всем нам страны на качество и количество сортов колбасы? Можно ли зубоскалить или шутить на тему утраты Отечества и Родины? Да в том-то и дело, что сейчас ВСЁ можно. Буквально всё. Вот ради этого, когда всё можно, нам и страны не жаль, и её истории.

Но это – колбасы, квартиры, возможность зарабатывать – вопросы экономики. Не на одной же экономике держится государство. Вот СССР хоть и был создан как объединение трудящихся многих стран, а всё-таки пресловутый пятый пункт многим попортил биографию. В государстве, где проживало такое количество наций, народностей, этносов самого разного происхождения было крайне важно соблюдать некий баланс их интересов во всех сферах жизни. Эти такие разные люди состоят друг с другом в очень сложных отношениях, когда призывы к союзничеству сменяются крайне неприязненными отношениями и наоборот. Их помимо воли связали тысячи взаимных обязательств и обычаев. Соблюдение этих обязательств, собственно, и позволяло бы России оставаться единой страной, но не так-то это просто, потому что неприязнь может начаться буквально на ровном месте, буквально оттого, что кому-то показалось, что на него плохо посмотрели. Эти «союзники поневоле» то дробятся, то объединяются, то опять дробятся, то вступают в союз с кем-то, чтобы вместе идти войной на других бывших своих союзников. Короче говоря, скучать не приходится.

Если несколько отвлечённо проанализировать мировую историю, то она вся состоит из такой вот глупости: а давайте-ка сейчас объединимся, чтобы потом лет через сто-двести затянуть кровопролитную войну за… разделение. Ей-Богу, такое чувство, словно кто-то остро скучает от нечего делать. Можно было бы выделить этого кого-то «остро скучающего» и закинуть куда-нибудь в джунгли, чтобы скучно не было. Но всё заканчивается тем, что народы восстают друг против друга, в боях гибнут многомиллионные армии, вчерашние «братья навек» становятся злейшими врагами, шумно расходятся, ещё более шумно делят некогда общее имущество в виде территорий, городов и ресурсов и с надутым видом «гусь свинье не товарищ» или вовсе перестают общаться, или изредка обмениваются колкостями с адрес друг друга. И всё это, чтобы лет через сто-двести очнуться: «А помните, как мы братались когда-то? Помните, как говорили, что вот теперь-то мы точно братья навек? – Помним! А давайте с этого момента мы опять будем братья навек? – А давайте! Но только теперь уж точно на век! – Точно! Не сумлевайтесь. – Ура? – Ура!». И опять этого «братства» в самом деле хватает только на век, а потом начинается новая война за независимость всех и вся от всего. И война эта, как и в моде, где всё новое – это хорошо забытое старое, – уже когда-то не раз была за точно такие же идиотские цели.

Некоторые вот так объединялись, объединялись, как вдруг: «Верните нам Берлинскую стену!» – уже требуют западные и восточные немцы спустя двадцать лет после её краха. Проходят годы и лёгкая трещина, разделявшая тех и этих граждан одной нации, окончательно превращается в пропасть. В Германии появились люди в майках «Я родился в ГДР», у нас – «Рождённый в СССР». Короче говоря, верните то, что было, и не важно, какой ценой. Немцы ждали от падения Берлинской стены пропуск в нирвану, а не получив желаемого, они разочарованы. Теперь для восточных: «Хонеккер – отличный парень!», а западные говорят что «нам и без вас было куда тратить деньги!». Восточные немцы рассказывают детям легенды о сытой жизни под властью Хонеккера, в результате для поколения, не видевшего ГДР, эта страна тоже стала «землёй обетованной». Западных немцев на Востоке не любят, и те платят взаимностью: «Гэдээровцы терпеть не могут работать! Им бы только на халяву пособия получать!». Как же это всё похоже на нас! Сейчас символика страны-привидения СССР приносит внушительный доход не только от туристов, но и от родившихся после 1991 года. Ещё бы – экзотика, какой наш человек и в Таиланде не увидит.

На рубеже второго и третьего тысячелетий в Европе на фоне почти какого-то нездорового дробления Югославии и расползания в разные стороны многих «суверенных государств» на территории России, где почти каждая губерния задумалась: «А не выйти ли и нам из состава? Повоевали бы, хоть чем-нибудь себя заняли бы, а?», тем не менее взял, да и возник… Европейский Союз. Была создана единая европейская валюта, начал формироваться единый внутренний рынок для устранения всех препятствий на пути свободного передвижения товаров, услуг, капиталов и людей. Страны ЕС обязались проводить единый курс в сфере внешней политики и безопасности, основных направлений внутренней экономической политики, координировать политику в вопросах охраны окружающей среды, борьбы с преступностью, в области юстиции. Устанавливается единое европейское гражданство. И каждый год в ЕС желают вступить всё новые и новые страны, даже те, которые европейскими никак не назовёшь, и совершенно добровольно! Нет, раздаются конечно же вопли антиглобалистов, кто-то сетует, что вот-де не стало старых-добрых франков, лир и марок, но это не мешает европейским странам и дальше объединяться. Чтобы потом когда-нибудь… разойтись. Соскучиться по самобытности, по визам, чтобы велосепидист не смог как следует разогнаться, как его останавливал бы паспортный контроль: «Вы незаконно пересекли границу нашей суверенной дерёвни!». Всё-таки нет ничего страшнее скучающих людей.

В некоторых веществах при разных внешних условиях могут происходить такие же процессы: молекулы то отталкиваются друг от друга, не позволяют, да и не могут приблизиться друг к другу (и тогда получается газ, пар, туман), то вдруг молекулы и атомы тесно прижимаются друг к другу, сковываются намертво друг с другом нерушимыми кристаллическими связями (и получается такое твёрдое и прочное вещество, как лёд, алмаз или очень твёрдый металл). Говорят, что на других планетах, где царят совершенно иные температуры, давление, плотность и состав «воздуха», многие металлы, которые на Земле мы привыкли видеть в твёрдом состоянии, никогда не выходят из состояния газообразного. Некоторые сверхпрочные для землян материалы при переносе на другие планеты или в открытый космос становятся настолько хрупкими, что любой младенец смог бы крошить их руками, как шокодалку. Дробления и деления государств иногда напоминают простую физику деления и разрушения материи. В самом деле, на что стала похожа Югославия! Словно бы кто-то чечётку на целом куске стекла сплясал. Кусок этот и так уже разбился на несколько частей, но его продолжают бить дальше, чтобы обособился гранью раскола каждый клочок земли, каждый город, каждый колхоз провозгласил себя суверенным, ни от кого не зависимым. Гонка за свободой – это и есть самый страшный плен. Да и вообще, говорить об отсутствии свобод в эпоху Интернета просто смешно, а уж о национальных границах – тем более.