начал подниматься, а потолок становится выше и шире. Пока мы, наконец, не выскочили на какой-то просвет с выходом из пещер и тут уже закричал я. Экран перед глазами вспыхнул красным светом, вопя о приближающейся опасности. Из-за близости красный маркер выскочил чуть ли не на пол экрана карты, поглотив под собой и отображение раптора, и сигнал сканера Алисы.
— Стоять! Из всех стволов разом! На счет три!
За спиной раздался торопливый топот с треском камней и послышался отборный австралийский мат и тихий шепот наших девчонок.
— Это что-то типа альфа-самца у этих лупоглазых тварей? — это Алиса.
— Ой, какой необычный, вот бы его исследовать… — это уже Татьяна.
— Да уж, красавчик… — я вздохнул, везет мне в окружении на фанаток от науки. — Один!
При всем уважении к «Игле», рука бойца колоть устанет. Я активировал самый убойный вариант скаутгана, глядя как огромный монстр, медленно поворачивается в нашу сторону. Та же рыба с суставами и буграми, только в десятки раз крупнее. Мелкота с нашим сканером, а потом и раптор просто просвистели у него между лапами. Но медленный — это хорошо, не успел на них среагировать, что дает нам шанс.
— Два, — я дополнительно активировал новый «Пояс Ориона», плюс наготове был «Рой», ну и от «Иглы» я не стал отказываться, хотя система уже снизила шанс на пробитие шкуры монстра до десяти процентов.
Справа появился Хомяк и встал на четыре лапы, выводя стволы ровно над головой. Слева показались близнецы с флобергами. А чуть сзади рассредоточились девчонки, каждая с оружием. В руках Татьяны появился пневмат от Руперта, а у Алисы какой-то хитрый бластер из арсенала шахтеров и археологов.
Я выделил три точки на теле монстра, выставив очередность поражения. Локтевой сустав на левой руке, левый глаз и какой-то мешок-отросток, в котором Искорка разглядела уязвимое место.
— Три!
В момент, когда монстр, наконец, повернул голову и раскрыл пасть, мы открыли огонь. Первый залп, подкрепленный восьмикратным точечным подрывом «Пояса Ориона» и длинной очередью от Хомяка, подломил монстру лапу. Он не удержался и рухнул, заполнив своим горбом почти весь проем. Пополз к нам, разворачиваясь и ввинчиваясь в проход. Полетели камни, выбитые из потолка. Рухнуло несколько плит, заставив нас отойти, но мы продолжали стрелять.
Монстр нам помог — все-таки заревел, пытаясь заплевать нас токсичной слизью, но вместо этого наглотался разрывных снарядов из флобергов. Не умер, только больше разозлился, протолкнул вторую лапу и сгреб ей кого-то из зазевавшихся близнецов. Вроде Джейка. Потащил его прямо к пасти, но донести уже не смог.
Я телепортировался к нему на спину и начал раз за разом, стежок за стежком ослаблять броню в уязвимом месте. Наколол там приличное решето и запустил туда «Рой». Плюс, Алиса добавила, Джейк отстрелялся в упор, и Хомяк подскочил, орудуя клинками.
— Мы победили? — спросила Татьяна. — Можно его уже осмотреть? Мои датчики фиксируют какое-то излучение от него.
— Это не от него, это за ним, — ответила Алиса. — Я тоже фиксирую, рядом с моим сканером.
Я посмотрел на тушу, перекрывшую проход. Потом на подвисших близнецов, похоже, получивших новые уровни.
— Парни, пять минут перекур и за работу! У меня по расписанию уже проход на ту сторону Разлома, а тут еще монстр не валялся…
Глава 4
— И что будем с этим делать? — спросил я, разглядывая пещеру с оборудованием Древних, которую мы нашли в ста метрах за трупом монстра.
— Изучать… Расшифровывать… Анализировать… Советоваться… — ответила Алиса, после каждого слова делая паузу, на тяжелый вздох в момент попытки очистить сканер от заледеневшей слюны раптора. — Хотя бы не прокусил.
Волчара молодец. Каким-то чудом выжил, порвав сразу трех мелких горбатых монстров. Отобрал сканер и принес его обратно, перебравшись через тушу здоровяка. Которую мы пилили и пилили несколько часов. Правда, делали это с большим энтузиазмом — нашли несколько особо ценных ингредиентов, неизвестных ранее, но похожими по составу с очень редким сырьем, востребованным на Большой земле в медицине. Каких-то суперэластичные хрящи, используемые как сырье для биопечати органов.
В пещере, где мы находились, повсюду были следы окаменелостей. По бокам даже появилась какая-то композиция или логика, формирующая некие направляющие. А они уже подходили к дальней стене, у которой стояло несколько блоков с оборудованием. В центре толстая колонна с бурильной установкой. Гибридная конструкция сразу с тремя наконечниками: одно — похожее на сверло, второе — на ствол плазменной пушки, а третье — на сопло от горелки. Трехствольная конструкция, зажатая в раму, была подвижной, и, похоже, наконечники могли работать как вместе, так и по отдельности. Все это держалось на толстых стойках квадратного подъемника.
По бокам и сзади стояли разбитые резервуары, литров на пятьсот каждый. Два совсем в хлам, даже стальные направляющие погнуты. А третий, который сейчас осматривала Татьяна, пытаясь соскрести красный осадок со стенок, еще держался. От резервуаров к буру тянулись следы (преимущественно уже в виде окаменелостей) остатков каких-то трубок. Возможно, из этих баков питался сам бур, но, может, через него что-то закачивали в темную яму.
Я подошел вплотную к установке, с сожалением, разглядывая уже даже не остатки оборудования, а какие-то полусгнившие пеньки. И посветил фонарем в яму под стволами бура. Примерно метр в диаметре, идеально гладкие стенки — чуть ли не до зеркального блеска, от которого тут же поскакал луч фонаря.
До дна так и не добил, просто уйдя в белую точку.
— Ну здравствуй, Кольская сверхглубокая, — прошептал я, с интересом всматриваясь в глубину.
— Думаешь, это прям она? — ко мне подошла Татьяна.
— Сомневаюсь, — я подобрал камушек, прилепил к нему «Метку» и метнул вниз. — Просто ассоциации.
Мы замолчали. Татьяна увлеклась изучением оборудования, а я пытался расшифровать показатели «Метки», которая все еще была в движении.
— М-да, Кольская сверхглубокая, как писюн у гномика по сравнению с тем, что сейчас перед нами, — задумчиво проговорил я, когда «Метка» наконец зафиксировалась, мигнула и исчезла, выдав сообщение о сбое. — Пятьдесят три километра. Минимум.
— Охренеть, — подошла Алиса. — Как думаете, что они хотели выкопать?
— Не уверен, что выкопать, — я закинул вторую «Метку» и покосился на Искорку. — Скорее закопать.
«Я туда не полезу,
