Читаем без скачивания Герои среди нас(сборник) - Владимир Пашинин

- Разгромить опорный пункт противника! - приказал командир 328-й дивизии. - Лазнюка ко мне!

Лазнюк командовал одним из лыжных отрядов ОМСБОНа, приданным дивизии. Его отряду, численностью до роты, была поставлена задача первым ворваться в Хлуднево.

Цепочкой пошли приказы:

- Выбить противника из деревни! Мой заместитель - политрук Егорцев. Его заместитель - Паперник.

На войне смотрят далеко вперед. На жизни.

…Тщательно смазаны лыжи, проверены автоматы, диски с патронами. Подвязаны к поясу противотанковые гранаты.

- Становись!

К безвестной смоленской деревеньке путь лежал через лес. И никто, конечно, не предполагал тогда, что эта лыжня - самый важный, самый главный старт для всех, а для большинства - последняя лыжня… Но ведущая в бессмертие.

Совершив более чем тридцатикилометровый бросок, группа Лазнюка к вечеру добралась до цели. Лазнюк подозвал Паперника:

- Возьми двоих бойцов. Выясните обстановку.

На задание с Паперником отправились Евгений Дешин и Михаил Ястребов. Больше часа отсутствовали разведчики, а когда вернулись, доложили командиру, сколько в деревне солдат, в каких домах они разместились, где находятся танки, минометы, артиллерия…

Сведения были ценные, но малоутешительные.

- Сильны, сволочи… - сказал политрук Егорцев. - Что думаешь делать, командир?

С ответом Лазнюк не спешил. Когда он получил задание, комдив сообщил ему, что по предварительным данным в Хлудневе засел лишь небольшой вражеский отряд - в полроты. А на проверку выходило, что тут - целый гарнизон. Гитлеровцы, вероятно, успели подтянуть подкрепление. Как же быть? Но приказ есть приказ!

- В ружье! - прозвучала команда, и на небольшой опушке, где выстроились лыжники, зазвучали слова политрука:

- Товарищи! Наши разведчики установили, что в деревне - до батальона немцев. Артиллерийская и минометная батареи. Несколько танков. Нас много меньше. На одного - двадцать гитлеровцев. Но мы - бойцы, мы спортсмены. Командир приказал взять деревню. Мы возьмем ее, товарищи.

После выступления Егорцева Лазнюк поставил задачу подразделениям. Распределил по группам людей, назначил старших. И заключил:

- Сигнал к атаке - две зеленые ракеты.

…Тишина. Только дыхание людей да поскрипывание снега. Быстро сгущаются сумерки. И чем они становились плотнее, тем больше ощущался холод.

Незаметно с тыла приблизились к деревне. Залегли. Синими тенями, сливаясь с темнотой и снегом, вперед поползли Лазарь Паперник, Валерий Москаленко, Иван Бойченко и Евгений Дешин. Поползли туда, где взад-вперед расхаживали вражеские часовые.

Минуты кажутся вечностью. До предела напряжены нервы. Настораживает каждый шорох. Малейшая оплошность - и враг ударит огнем. Но омсбоновцы не зря помногу тренировались. Они мастерски овладели искусством рукопашного боя. Ловко, без звука сняты часовые. Путь свободен!

- Вперед! - тихо отдал команду Лазнюк. Немного времени понадобилось, чтобы лыжники рассредоточились вдоль деревни.

Зеленые ракеты прочертили ночную мглу и вспыхнули высоко в небе мертвенно-бледными шарами. Тотчас тишину взорвали автоматные очереди. В окна домов, где улеглись на ночлег фашисты, полетели гранаты.

Быстро и решительно действовали спортсмены. Налет их был настолько неожиданным, что горстку храбрецов гитлеровцы с перепугу приняли за крупное подразделение.

В разгаре сражения шальная пуля задела командира. Не обращая внимания на рану, Лазнюк продолжал руководить действиями отряда. Не покинул он поля боя и после второго ранения. Голос старшего лейтенанта умолк лишь тогда, когда он потерял сознание. К нему подбежал Паперник. Убедившись, что командир жив, он подозвал Круглякова. Тот тоже был ранен, но передвигаться еще мог.

- Лазнюка спасай, - приказал Паперник. - Уходи с ним в лес.

Паперник помог Круглякову взвалить на спину командира, и боец, оставляя на снегу кровавый след, пополз к ближайшему оврагу. А сам Лазарь залег, чтобы огнем прикрыть товарищей. На помощь к нему поспешил Ануфриев.

- Не мне, Круглякову помоги! - крикнул ему Паперник. - Здесь я один справлюсь!

Дерзкая атака спортсменов, обрушившихся на врага, привела гитлеровцев в смятение. Они бежали, понеся большие потери. Но, на беду, поблизости оказалась вражеская автоколонна. Батальон моторизованной пехоты следовал к Сухиничам. Развернувшись, он с ходу вступил в бой.

Создалось критическое положение. Превосходство врага и в людях, и в технике было подавляющим. У лыжников оставался один шанс - прорваться к лесу и скрыться в чащобе.

Это легко сказать - прорваться… На поле - ни кустика, ни кочки. Все замели и сгладили снега. И спортсмены вступили в последний, смертельный, бой.

Все меньше и меньше оставалось героев. Сражен Николай Лебедев. Погибли Михаил Головаха и Алексей Олесик. Смертельно ранен Александр Кишкель. Взрывная пуля впилась в Ивана Лягушева. Не обращая внимания на рану, он продолжал стрелять по фашистам. И стрелял до тех пор, пока не накрыла его мина…

Редеют ряды. Пал политрук. Его место занял Паперник. Он ранен.

- Экономьте гранаты. Бросать точнее! - слышится его хриплый, надорванный голос. - Точней, ребята!

А выполнять приказ уже некому. В живых он остался один.

Враги прекратили огонь. Хоть одного взять в плен!

- Рус, сдавайся!

Но снова зло, яростно бьет автомат советского воина. Когда кончились патроны, Лазарь выбросил опустевший автоматный диск и схватил гранату. Последнюю…

Враг близко. Рядом. И тут, превозмогая боль, Паперник рванулся из укрытия, бросился в самую гущу фашистов, сорвав с противотанковой гранаты чеку. Огромной силы взрыв сотряс землю, поставив последнюю точку в этом неравном поединке.

…Когда наши части выбили врага из деревни, бойцы узнали от очевидцев подробности жесточайшего боя и геройской гибели лыжников…

Павших героев погребли с воинскими почестями. Братскую могилу аккуратно застлали хвойными ветвями. На свежевыструганной доске выжгли пятиконечную звезду и написали двадцать три фамилии. Была среди них и фамилия командира отряда. Но Лазнюк, как потом выяснилось, не погиб. Тяжелораненого, его все-таки вынесли к своим Кругляков и Ануфриев. Оба за это были награждены орденами Красного Знамени. Сам Лазнюк, как и все, кто сражался в том бою, отмечен орденом Ленина. А заместителю политрука Лазарю Папернику посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Он не был коммунистом. Лишь незадолго до этого боя Лазаря приняли кандидатом в члены партии. Но своим бессмертным подвигом Паперник доказал, что он - настоящий коммунист.

Вскоре вся страна узнала о подвиге героев лыжников. "Пройдут годы, - писала "Правда", - разрушенная немцами деревня залечит свои раны, кровавые следы немецких захватчиков будут стерты, а память о героических лыжниках сохранится на века".

Да - на века! Золотой медалью - знаком спортивной доблести - венчают сегодня самых прославленных чемпионов, героев мирных сражений и баталий. И все же первыми из первых в нашей многомиллионной семье советских физкультурников называют имена людей, чье мужество и доблесть отмечены золотом особого достоинства, высшей наградой Родины - орденом Ленина и Золотой Звездой Героя Советского Союза.

Герои не умирают. Они всегда с нами. И если тебе, дорогой друг, доведется побывать в Москве на Центральном стадионе "Динамо", непременно остановись у мемориальной доски возле входа на северную трибуну. На мраморе высечено:

"Здесь на стадионе "Динамо" в суровые дни Великой Отечественной войны 27 июня 1941 года из спортсменов-добровольцев были сформированы первые отряды Отдельной мотострелковой бригады особого назначения (ОМСБОН), героически сражавшиеся на фронтах и в тылу врага с немецко-фашистскими захватчиками".

И. РОГАЧЕВ,

Из огромной массы людей - талантливых, сильных, мечтающих о чемпионских лаврах и добивающихся своего - в нашей памяти, в истории спорта остаются лишь самые яркие личности. Они увековечивают свои имена выдающимися победами, рекордами. Они запоминаются еще и замечательными моральными качествами: честностью, рыцарским отношением к друзьям и соперникам.

Таким был Александр Долгушин, блиставший на гребных соревнованиях в довоенные годы, человек изумительной души и редкого спортивного таланта.

Весной 1931 года московские гребцы часто говорили о том, что на водной станции "Стрелка" появился удивительно одаренный спортсмен. Звали его Саша Долгушин. Очень скоро он оправдал самые радужные надежды. Первое же соревнование стало триумфом скромного паренька из Замоскворечья. Он так быстро прошел дистанцию, что судьи не поверили результату новичка, решив, что испортились секундомеры. Тогда Саша вернулся на старт и показал… еще лучшее время. А через два года Долгушин на чемпионате страны побил грозных ленинградцев: сложенного, как Аполлон, красавца Чувахина и опытного, искушенного в борьбе Жукова. И с тех пор на протяжении восьми лет Александр успешно защищал титул сильнейшего в стране.