меня, он стукнул лбом шлема в мой. Раздался гул, как будто ударили в колокола. — Когда-то здесь жили тысячи людей. Город окружали десятки деревень, здесь кипела жизнь. И тебе ли не знать, что потом произошло и когда⁈
Я пристыженно молчал, облизывая пересохшие губы. За меня вступился Герман.
— Оставь его, после возвращения поговорим. Мне кажется, с Альриком действительно что-то не то. Пока у нас есть задача и ее нужно выполнять. Экзамен никто не отменял.
Глава 3
Наш разговор привлёк ещё одного Часового. Отделившись от сбивающихся в кучку курсантов, невысокий воин в золотисто-бронзовых доспехах прошагал к нам. Я прямо-таки всем нутром ощутил, как напряглись мои товарищи. Но узнав подошедшего, облегченно выдохнули. Значит, они его хорошо знали. А спустя секунду понял, что и я уже успел с ним, точнее, с ней, познакомиться.
— У вас что, групповой сеанс психиатрии, как в лечебницах для юродивых? — бодрым женским голоском прогудела железная фигура.
Это была та самая девушка-курсант, что обещалась мне того… Хм, интересно, а насколько мы с ней близко знакомы?
— Если хочешь, будь с нами, Лада, — Сойка еще раз бросил на меня серьезный предупреждающий взгляд через смотровую щель шлема. Я со скрипом попытался кивнуть. Понял, не дурак. — Будем выдвигаться к церкви.
— Надеюсь, твое предложение остается в силе, — попробовал я пошутить, поравнявшись с ней. Лада всем своим закованным в железо видом выразила удивление.
— Я тебя не узнаю, Альрик. Еще вчера ты был не таким говорливым. Даже когда заливался пивом.
Я в очередной раз прикусил язык. Если так и дальше пойдет, то изгрызу его под корень!
Нестройными рядами, переваливаясь как медведи, мы двинули в сторону Церкви. Я поражённо оглядывался вокруг, стараясь запоминать каждую мелочь. Это действительно был целый мир, и он не заканчивался трюмом воздушного корабля, где я очнулся. Он простирался во все стороны. Он жил ветхими развалинами, дышал застаревшими запахами гари, смеялся завыванием ветра. Он нависал над нами мрачным, то и дело озаряющимся вспышками далёких молний небом. А далеко вверху, над нами завис огромный дирижабль — единственное, что могло забрать нас отсюда. Правда, я до сих пор не понимал, почему Фляйшер нас так пугал. И решил немножко прояснить ситуацию. Неуклюже топая за своими более сноровистыми спутниками, я спросил:
— Ну а когда до церкви доберемся, дальше-то что? Отсидимся внутри и домой?
— Чудной ты стал, Альрик Безродный, — усмехнулась в шлем Лада.
Даже в тяжёлой броне она выглядела изящнее нас и умудрялась идти с недоступной мне грацией. Черный меч она, в отличии от остальных, несла на сгибе локтя. Я еще успел отметить, что наши мощные доспехи напоминают хитроумный конструктор, благодаря чему, на стадии сборки подгоняются под определённую фигуру каждого курсанта. А так были абсолютно одинаковыми, обезличенными, как и мечи. Одно слово — учебное снаряжение.
— Тихо пока, — односложно сказал Герман. — Если бы мы высадились ночью, ты бы не задавал такие вопросы — был бы однозначно занят другим.
— Чем?
— Спасал свою шкуру, — резко сказал Сойка, приостанавливаясь и подозрительно глядя на меня. — Когда вернемся, Альрик, я сам свожу тебя к корабельному медику.
На этот раз я всё же предпочел промолчать, хотя это давалось мне порой довольно трудно. Тем временем мы подошли к церкви. Огромное сооружение возвышалось почти на тридцать метров. Когда-то его купола блестели золотом, сейчас щерились облезшими провалами и торчащими, как ёршик, из дыр стропилами. Все окна были выбиты, стены из белого кирпича потемнели от грязи. Ведущие к арке входа мраморные ступени были выщерблены, как зубы пьяницы. На проржавевших петлях висела одна покосившаяся створка тяжёлых дверей. Второй не было. Вокруг церкви была истоптанная черная земля, покрытая слоем сажи и пыли. Такие же следы закопченности я заметил и на стенах. Когда-то тут здорово помародёрствовали, срывая золото с куполов, и вынося все ценное изнутри, а потом, обложили здание всем, что горело, и подожгли.
— Сколько мы уже тут, минут пятнадцать? — спросила Лада.
Внезапно я понял, что она напоминает мне Светку. Мое сердце сжалось от болезненного спазма. Накатила невыносимая тоска и слабость. Чувство безнадёги захлестнуло с такой силой, что на глазах выступили слезы. Что я тут делаю, в теле всеми презираемого и обвиняемого во всех смертных грехах человека? Который даже не имеет права называться своим именем? И который виноват в чем-то перед всем миром? Или его предки, что для него ничего по факту не меняет. Домой… как же я хочу домой. Поневоле я едва ли не всхлипнул. Слава Богу, что в гомоне столпившихся перед церковью курсантов этого не заметили.
Ладе никто не ответил. В воздухе сгустилось прямо-таки ощущаемое напряжение. Я весь подобрался в нехорошем предчувствии. Высоко в небе, над нашими грешными головами раздался противный душераздирающий гул уже знакомой мне сирены. Словно труба Судного дня он обрушился на нас. Кто-то грубо матюгнулся, кто-то недоумевающие спросил:
— На кой ляд они это делают?
К нему повернулся Сойка и насмешливо пробасил из-под шлема:
— А ты не догадываешься, Боря? Чтобы нас быстрее обнаружили.
Гул голосов стих как по команде. Напряжение усилилось. Я невольно стиснул пальцы на рукояти меча. Экзамен начинается? Я задрал голову. Мне показалось, или после этого протяжного гудка, разнесшегося по всей округе, Циклоп поднялся выше, превращаясь в едва различимую на фоне серых мглистых туч игрушку?
— Интересно, что внутри? — выразил общие мысли безымянный курсант, всматриваясь в темнеющий провал входа в церковь. — Не лучше ли нам зайти внутрь? Будет проще держать оборону.
— Палка о двух концах, — хмыкнул Герман. — Не задумался, почему нас выбросили именно здесь? Возможно, в церкви нас уже ждут.
Я хотел смолчать, честно, но промелькнувшая в мозгу мысль словно ошпарила кипятком. Я даже с лязганьем брони поднял руку. Как на уроке, блин. На меня некоторые начали смотреть с откровенным сочувствием в блестящих в смотровых прорезях шлемов глазах.
— Я не думаю, что внутри засада, — прохрипел я. Откуда взялась такая уверенность, сам не знаю. Начала подавать признаки жизни генетическая память Альрика? Или же я сам стал Альриком, благодаря… Чему? И как?.. Блин. Я зажмурился и постарался выбросить из головы все лишнее. Потом, все обмозгую потом. Если это потом наступит. Сейчас много думать опасно. — Тогда бы корабль не подал сигнал. Они приманивают кого-то издалека.
— О, наконец-то у тебя котелок заварил. — Лада одобрительно толкнула меня широченным бронированным плечиком. Раздался лязг, словно сцепились два танка. Я пожалел, что она не увидела моей улыбки.
Мои слова восприняли на полном серьёзе.
