– Раллукс и я не можем совершить святотатства, – ответил Скелдер.
Миссис Кри была разочарована, но лицо ее тут же просветлело, когда Аре, Кэрмоди и Тэнди заявили, что они отведают угощения. Кэрмоди при этом решил, что симпатией и поддержкой миссис Кри стоит заручиться на будущее.
– Я думаю, – сказала женщина, – что вы, святые отцы, изменили бы свое мнение, если бы знали историю семерых.
– Я знаю ее, – опять ответил Скелдер. – Прежде чем направиться сюда, я изучал вашу религию. Насколько я помню, дело было так: вначале богиня Бунт путем непорочного зачатия родила сыновей-близнецов. Когда они выросли, один из них, злой, убил другого, разрезал на семь частей и закопал в разных местах, чтобы мать не смогла собрать части и воскресить сына. Злой сын, Алгули, как вы называете его, правил миром, и только материнское вмешательство не позволило ему уничтожить род людской. Но везде было зло. Люди погрязли в грехе. Но были и праведники, которые молили богиню вернуть к жизни Иесса. И открылось им, что если найдется на планете одновременно семь праведников, Иесс воскреснет. Многие ушли на поиски, но целых семь веков их не могли найти, а зла в мире становилось больше и больше.
Но вот однажды собрались вместе семь человек, семь праведных.
Бог зла Алгули, чтобы уничтожить их, погрузил в Сон всех, кроме самых закоренелых грешников. Но семеро успешно преодолели Сон и вошли в духовную и физическую близость с богиней, – лицо Скелдера при этих словах исказила брезгливая гримаса. – Каждый из них стал ее любовником, и все семь частей Иесса соединились, Алгули погиб, а семеро праведников превратились в малых богов и стали консортами Матери-Богини. Иесс вернул мир в лоно добра. С Алгули поступили так же, как до этого он поступил с Иессом: семь кусков его бренной плоти зарыты в разных местах. С тех пор добро парит над злом, но зла осталось еще много, и легенды утверждают, что если одновременно соберутся семь великих грешников, они могут во время Сна вернуть к жизни Алгули.
Скелдер замолчал, саркастически улыбнулся и сказал:
– Конечно, существуют разные версии мифа, но я рассказал самое существенное и общее для всех вариантов. Это обычная история борьбы добра и зла, которая встречается во всех религиях Галактики.
– Может, это и общая тема всех религий, – сказала мамаша Кри, – но остается фактом то, что семеро человек создали бога. Я знаю это, потому что видела его на улицах, касалась его одежды, была свидетелем того, как он творил чудеса, хотя ему и не очень нравится это занятие. И я знаю, что во время Сна грешники не раз пытались вернуть к жизни Алгули. Ибо тогда они будут править миром и все их желания будут исполнены.
– Уважаемая миссис Кри, я не собираюсь ругать твою религию, но откуда тебе известно, что тот, которого ты видела, действительно Иесс? – спросил Скелдер. – И как могут обычные люди сотворить бога из ничего?
– Я знаю, потому что я знаю, – произнесла женщина сакраментальную фразу религиозных фанатиков всех времен и народов.
Она коснулась своей необъятной груди:
– Что-то там говорит мне об этом.
Кэрмоди издевательски рассмеялся:
– Она побила тебя, монах. Твоим же оружием. Разве Церковь не пользуется такими же аргументами в спорах, когда ее загоняют в угол?
– Нет, – холодно ответил Скелдер, – это не так. Нам нет необходимости защищаться. Здание Церкви стоит твердо и на века, несмотря на все наскоки атеистов и удары властей. Церковь несокрушима, как ее учение. Она проповедует истину!
Кэрмоди фыркнул, но все же отказался от дальнейшего спора. Какая разница, что думает Скелдер и иже с ним? Кэрмоди желал действия, ему надоела бесцельная болтовня.
Миссис Кри поднялась из-за стола и отправилась мыть посуду. Джон встал и последовал за ней, высказав желание помочь на кухне. Мамаша Кри встретила эти поползновения благосклонно, правда она понимала, что Кэрмоди делает это не просто так, и все же это льстило ей.
Действительно, Джону необходима была информация и еще раз информация. Уже на кухне он атаковал мамашу Кри вопросами.
– Ну-ка, хозяюшка, расскажи мне правду. Ты действительно видела Иесса? Так же, как видишь меня?
Женщина передала ему тарелку:
– Возьми-ка вытри. Что касается Иесса, то я видела его гораздо чаще, чем тебя. Он даже один раз обедал здесь.
Кэрмоди с трудом проглотил сообщение о столь прозаическом контакте с божеством.
– Неужели? И после этого он ходил в уборную? – спросил он, считая это самым надежным способом отличить божество от простого смертного. – Можно предположить, что бог ест, но испражняется?.. Не очень-то это божественное деяние...
– Конечно, – сказала мамаша Кри. – Ты думаешь, что у бога Иесса кишки и желудок отличаются от твоих?
В это время на кухню вошел Скелдер, как бы для того, чтобы выпить воды, но на самом деле его мучило любопытство.
– Конечно, – сказал монах, – как и у всех людей. Скажи мне, мамаша Кри, давно ли ты видела Иесса?
– Когда я была еще ребенком, лет пятьдесят назад.
– И с тех пор он нисколько не постарел и выглядит таким же молодым? – саркастически ухмыльнулся Скелдер.
– О нет, теперь он старик и может вот-вот умереть.
Земляне удивленно переглянулись.
– Здесь что-то не так, – сказал монах, – по нашим понятиям, бог умереть не может.
Тэнди, который тоже зашел в кухню, услышал последние слова и вмешался:
– А разве ваш Христос не умер на кресте?
Скелдер закусил губу, затем улыбнулся.
– Я прошу простить меня. Должен признаться, что я поддался приступу гнева, и это затуманило мою память. Я забыл о различиях между божественной и человеческой сутями Иисуса. Я рассуждал как язычник, но забыл, что и языческие боги смертны. Может, у вас Иесс тоже имеет и божественную и человеческую природу. Этого я не знаю, до этих тонкостей я еще не добрался. Но я постараюсь понять ваши религиозные верования.
Он замолчал, сделал глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и продолжал:
– Но все же я думаю, что между Христом и Иессом есть разница. Христос воскрес и был вознесен на небо, чтобы соединиться со своим Отцом. Более того, его смерть была необходима: он принял на себя грехи человеческие, страдал за них и этим спас людей.
– Если Иесс умрет, то он когда-нибудь возвратится вновь.
– Ты меня не понимаешь. Коренная разница в том, что...
– Значит, ваша религия истинная, а наша – нет?! – смеясь, перебил Тэнди. – Но кто может сказать: где правда, а где ложь? Где факт, где миф? Все, что влечет действие, – факт, но тогда, если миф вызывает действие, то и он – факт. Слова, которые произносятся здесь, умрут, вибрация воздуха, вызываемая ими, угаснет, но кто знает, умрет ли этот эффект, что возбудили они?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
