class="p1">
Мать, первоначальное имя которой было Нирмала Сундари Деви, родилась в деревне Кхеора, округ Трипура, в 1818 г. Сака эры (30 апреля 1896 г.) в ранние часы пятницы, 1 час 12 мин. перед рассветом. Место Её рождения недавно приобрели. Когда 17 мая 1937 г. Она поехала в Кхеору, тогда в ответ на настойчивые просьбы Своих почитателей Она указала точное место, где Её тело впервые коснулось земли. Её отец Бипин Бихари Бхаттачарья был потомком хорошо известной брахманской семьи Кашьяпы из деревни Видьякут того же округа. Свою раннюю жизнь он провёл в доме своего дяди по линии матери. Как отец, так и мать Матери – Мокшада Сундари Деви, были доброго и любящего нрава. Их преданность Богу, их простота и стандарт социальной жизни был почти идеальным. Материнский дом Матери в Султанпуре, Трипуре, долгое время обладал высоким социальным статусом. В семье было много учёных пандитов и почитателей. Рассказывают, что благочестивая женщина из этой семьи взошла на погребальный костёр своего мужа, радостно воспевая гимны. Когда Матери было всего лишь 12 лет и 10 месяцев, Её выдали замуж за Шри Рамани Мохан Чакраварти из селения Атпара Викрампура. Он принадлежал к хорошо известной брахманской семье Бхараджваджи из той деревни. Его жизнь была посвящена благополучию людей. Впоследствии он был известен как Баба Бхоланатх, Рама Пагла или Питаджи.
Ранняя жизнь Матери была проведена незамеченной в деревнях Кхеора и Султанпур. После бракосочетания Она провела некоторое время в Шрипуре и Нарунди, где работал старший брат Бхоланатха, Её мужа; некоторые месяцы были также проведены в доме Её мужа в Атпаре. Перед тем, как Она приехала в Дакку, Она жила примерно три года в Видьякуте и около шесть лет в Баджитпуре со Своим мужем.
В Аштаграме впервые заметно проявилась любовь Матери к киртану[6]; в Баджитпуре лишь иногда можно было заметить этот стиль; но преобладающее настроение Её ума в этот период заключалось в естественном выражении мантрического символизма и йогических практик[7].
Когда Она приехала в Шахбаг в Дакке состояние Её неподвижности и молчания продолжилось; но тогда стадия глубокой тишины и покоя стала всепронизывающей особенностью Её жизни. Глубину этого состояния трудно выразить словами. В этот период взаимодействие божественных мыслей и выражения стала явной во всех сферах Её жизни.
В это время вокруг Неё начали собираться Её почитатели. Многие из них участвовали в поклонении, исполнении песен преданности и обрядах жертвоприношений. Трудно описать пути, какими в Её присутствии их души погружались в безмятежное блаженство.
В это время все люди говорили о Ней как «Шахбагской Матери» и выражали свою радость, говоря, что никогда раньше в жизни они не получали такого богатства милости Матери.
Когда она жила в Баджитпуре, Ей на ум пришла вся история храма Кали Сиддхешвари в Дакке.
Во время Её пребывания в Шахбаге в Дакке был генеральный почтмейстер Рай Бахадур Пран Гопал Мукхерджи, который впоследствии вышел на пенсию. Он с Шри Бол Чандра Базаком нашёл средства для сохранения храма Сиддхешвари.
Когда я впервые встретился с Матерью, Она мне намекнула, говоря: «У тебя недостаточно сильная склонность к духовному». Но для того, кого швыряет повсюду суматоха мирских желаний, такое стремление к высшей жизни невозможно, пока он не научится тому, как направлять все неконтролируемые волны своих эмоций и побуждений к Её стопам. Я всегда молча в тайнике сердца молился: «О Мать, Ты в каждом существе проявляешь Себя как Голод; пробуди же во мне настоящий голод Неизменного и Вечного». Ниже рассказывается, как Мать, в Своем безграничном милосердии, направляла мои желания к Её всепроникающему присутствию:
1. Однажды вечером я ходил по открытому балкону своего дома; всё вокруг меня сверкало в лунном свете. Я почувствовал некоторые движения рядом со мной и повернулся. К своему изумлению, я обнаружил, как вместе со мной двигается образ Матери. На Ней была сорочка и сари, обрамлённое тонкими красными линиями. Но когда я пару часов назад покинул Ашрам, я заметил на Ней белую сорочку и сари только с одной широкой красной каймой. Это заставило меня усомниться в правильности видения. Но когда я пошёл к Ней рано утром на следующий день, я обнаружил, что Она одета точно так же, как я видел прошлым вечером. Мне сказали, что после моего ухода в ашрам пришёл один почитатель и дал Ей эти одежды. Когда я рассказал Матери о своём видении, Она непринуждённо сказала: «Я пошла посмотреть, что ты делаешь».
2. Однажды Мать пришла в мой дом и разговаривала с нами на первом этаже; именно тогда приехала машина, чтобы забрать Её в другое место. Я не знал, что об этом заранее была договорённость. Мать была готова ехать; но я испытал большую тоску, узнав, что Она после такого короткого посещения оставляет мой дом. С печальным сердцем я спустился по лестнице, чтобы проводить Её. Она села в машину, но та не ехала, несмотря на то, что водитель произвёл пуск автомобиля. Она смотрела на меня лицом, сияющим доброжелательной улыбкой. Когда водителю не удалось тронуться, за Ней приехал наёмный экипаж. Было больно думать, что Матери придётся ехать в наёмном экипаже в то время, как стоял готовый автомобиль. Именно в это время, к моему удивлению и радости, машина двинулась и Мать уехала.
3. По мере того, как люди узнавали о Матери, день ото дня увеличивалось давление толпы. В одном случае я не мог встретиться с Ней на протяжении четырёх дней. Утром пятого дня я решил пойти к Ней, но передумал. Отчаянный я сидел в своей комнате. К своему удивлению, я увидел, как на противоположной стене, словно кино, появился образ Матери. Она выглядела довольно грустной. Повернувшись, я обнаружил, что возле моего стула стоит Шри Амульяратан Чоудхари. Он сказал: «Матаджи, отправила экипаж, чтобы взять тебя к Ней». Когда я приехал в сад Шахбага, Мать сказала: «Я заметила у тебя беспокойство на протяжении последних нескольких дней. Тишина и спокойствие не могут прийти, пока в уме есть какое-то беспокойство. Тебе любым способом следует зажечь огонь либо на очищенном, либо на сандаловом масле либо даже на соломе. Однажды зажжённый, огонь горит; все беспокойства, тьма и мрачность понемногу исчезают. Он сожжёт все препятствия. Ты знаешь, что искры достаточно для начала
