В главах V–VII подробно излагаются политические события, связанные с началом новой османско-сефевидской войны. В 1578 г. турецкий султан Мурад III (1574–1595), нарушив Амасийский мир, двинул свои полчища в Закавказье. Основной удар он обрушил на Грузию, распавшуюся к этому времени на шесть полунезависимых царств. Грузинские цари лавировали между султаном и шахом, пытаясь сохранить целостность своих владений. Они по необходимости становились ренегатами, суннитами или шиитами, в соответствии с требованиями текущего момента. Во время вражеских нашествий страдало в основном трудовое население Грузии, а феодальные правители часто откупались данью или поступали на службу к завоевателям, принимая ислам. Обстоятельно описано Чылдырское сражение (у оз. Чылдыр в районе Карса), открывшее армии Мустафа-паши ворота в Грузию, а затем в Азербайджан. Орудж-бек рассказывает о военных действиях в Ширване между турецким наместником Осман-пашой и кызылбашскими войсками Хамза-мирзы, разгроме войск татарского хана Адиль-Гирея и захвате его в плен кызылбашами. Изложение этих событий, как указывает автор, основано на сочинении Минадои. Но Орудж-бек в ряде случаев дает и свою версию событий, как, например, в рассказе об убийстве Адиль-Гирея. Немало интересного содержится в рассказе о борьбе грузинского царя Симона в союзе с кызылбашами Имамкули-хана Каджара против турецких завоевателей.
Затем, оставляя дела на грузинском фронте, автор переходит к событиям в государстве Сефевидов (глава VIII). Орудж-бек указывает, что изложение последующих событий опирается на рассказ, который он услышал от своего отца Султанали-бека Баята, служившего в Герате у принца Аббаса, сына Мухаммеда Худабенде. Ведется подробный рассказ о походе шаха и Хамза-мирзы против мятежного Хорасана, где номинальным правителем был Аббас-мирза, а фактическим — Аликули-хан Шамлу. Несмотря на длительную осаду, шахским войскам не удалось взять Герат. Везир Мирза Салман был обвинен в интригах и антигосударственной деятельности и казнен кызылбашскими эмирами. В это же время турецкий султан двинул в Закавказье новую армию под командой Фархад-паши, которая захватила Ереван. Как и в других захваченных городах, здесь была возведена крепость и оставлен османский гарнизон. И тут мы вплотную подходим к описанию событий, связанных с походом Осман-паши на Тебриз в 1585 г. (конец главы VIII).
Изложение событий, имевших место с этого времени, носит оригинальный характер, так как основано исключительно на воспоминаниях самого Орудж-бека, очевидца и активного их участника. В последних главах (IX, X) излагаются военно-политические события второй половины 80-х гг., завершившиеся оккупацией Грузии, Армении и Азербайджана армиями турецкого султана.
Летом 1585 г. огромная турецкая армия под командованием Осман-паши выступила из Эрзурума, направляясь в Тебриз. В этот грозный час, как указывает автор, Сефевидское государство раздиралось острыми междоусобицами. По необоснованному подозрению в антигосударственном мятеже был казнен правитель Тебриза «большой воин» Амир-хан Туркман. Это и явилось, по мнению Орудж-бека, главной причиной падения Тебриза. Племя туркманов, проживавшее вокруг столицы, славилось доблестью и воинственностью, и убийство их вождя заставило всех подняться на мятеж. Поэтому вместо того, чтобы выполнить свой прямой долг — защитить Тебриз от наступающего врага, оно выступило против своих, угрожая правительственным войскам с тыла. Сын шаха Хамза-мирза, располагая небольшим войском, вынужден был избегать встречи с главными силами противника. Военный губернатор Тебриза Аликули-хан также оставил город на произвол судьбы, укрывшись со своим отрядом в горах. Однако население Тебриза решило иначе. Будучи «доблестным народом», оно проявило подлинный героизм, приняв бой, но силы были слишком неравны, и исход был предрешен. Вскоре турки ушли из захваченного города, но построили, по своему обычаю, крепость и оставили гарнизон.
После этого взбунтовавшееся племя туркманов похитило одного из сыновей шаха — юношу Тахмасиб-мирзу и объявило его шахом в столице Казвине. В это время шах и Хамза-мирза были заняты осадой османской крепости в Тебризе, которая сильно затянулась. Весной 1586 г. Хамза-мирза оставил отца в Тебризе, а сам двинулся против мятежников в Казвин и разбил их наголову. Тахмасиб-мирза был ослеплен и заключен в крепость Аламут. Вернувшись в Тебриз, Хамза-мирза получил сведения о приближении новой большой вражеской армии Джигал-паши. Поэтому он решил снять осаду и отступить. Гражданское население города, указывает автор, вместе с необходимым имуществом и провиантом было выведено в безопасные места. Шах с сыном Хамза-мирзой двинулись на север в Карабах. Во время возвращения из Гянджи, недалеко от города, Хамза-мирза был зарезан ночью своим цирюльником. Орудж-бек находился в лагере в момент убийства: в книге это трагическое событие рассказано им обстоятельно. Он указывает, что царевич стал жертвой политического заговора феодалов племени шамлу, которые собирались объявить его малолетнего сына Исмаила регентом при слепом шахе, чтобы управлять от его имени. Но события развернулись по-иному, приведя на сефевидский престол другого сына шаха — Аббаса I (глава XI).
Положение Сефевидского государства в момент воцарения шаха Аббаса I (1587–1629) было критическим. На западе османские армии оккупировали обширные районы, на северо-востоке возникла угроза новых узбекских вторжений. Во многих районах Ирана происходили восстания и мятежи. Шах Аббас I пошел на унизительный мир с султаном Мурадом III, уступив ему Азербайджан с Тебризом. Это дало ему возможность собрать силы для усмирения восставших Гиляна, Луристана и Мазендерана. Затем у Герата были разбиты занявшие Хорасан узбеки. Последняя (XII) глава кончается рассказом о перенесении шахом столицы из Казвина в Исфахан и приезде в Иран братьев Шерли. Здесь Орудж-бек вплотную подходит к описанию своего путешествия в Россию и Европу — тема последней, третьей книги, содержание которой было нами изложено вначале.
Необходимо отметить, что не все части труда равноценны по содержанию. Однако в целом труд Орудж-бека является интересным источником сведений по истории Азербайджана и Закавказья, а также сопредельных стран — Малой Азии и Ирана. При критическом рассмотрении и сопоставлении с другими письменными памятниками это сочинение может дать много нового и интересного.
Кроме того, данный труд может быть использован и для изучения истории России и стран Европы, которые лежали на пути посольства. В нем имеется немало живых и колоритных подробностей по этнографии, географии и архитектурным памятникам.
Характерной особенностью изложения является то, что автором был мусульманин-шиит, принявший католичество. В момент же написания труда автор выступает как христианин, критически относящийся к своей «бывшей религии и ее носителям». На все он стремится смотреть глазами европейца. Да это и понятно, так как труд написан для европейских читателей и разрешен к изданию самим королем Испании.
Наряду с ценными сведениями в описаниях Орудж-бека встречаются и явные ошибки и неточности как в содержании, так и в именах собственных и географических названиях. Дело в том, что в момент написания своего труда автор не имел под рукой даже самых необходимых историко-географических сочинений своих современников. Он вынужден был писать о многом по памяти и поэтому допустил немало неточностей и ошибок, а подчас прибегал и к домыслам. В своих примечаниях мы стремились по мере возможности все это оговорить и прокомментировать для современного читателя.
В заключение мы хотим сказать несколько слов о палеографических данных книги Орудж-бека издания 1604 г., с которой сделал перевод Ле Стрендж.
Общий объем книги составляет 12+176+14 листов. Размер 20x16 см. Строки разные. На первых 12 листах пагинация отсутствует и имеются кустоды.
Не переведены и не вошли в английское издание и, следовательно, в наше следующие листы испанского текста:
на титульном листе напечатано название книги, дата издания (1604), и затем следуют слова: «С привилегией для Хуана де Бостильо с улицы Самано города Вальядолида». На следующем листе приводится перечень некоторых ошибок, встречающихся в тексте. На обратной стороне — одобрение иезуита Франсиско де Галарца от 20 октября 1603 г. и такса в 3,5 мараведи за каждый печатный лист от 20 февраля 1604 г. Следующий лист содержит разрешение короля Филиппа III на печатание, обращенное к Дон Жуану Персидскому, далее посвящение Дон Жуана его католическому величеству. Пятый лист содержит короткое обращение Дон Жуана к читателю. На следующем листе (справа) напечатан сонет в честь Дон Жуана, написанный доктором Максимилиано де Сеспедесом, и за ним (слева) следует другой сонет, вышедший из-под пера донны Анны де Эспиноса Ледесмы. Последующие две страницы содержат весьма интересное письмо, написанное лиценциатом Ремоном дону Альваро де Каравахалю, придворному капеллану короля и королевы, в котором Ремон объясняет, как он помог Дон Жуану при составлении его труда. На последних нумерованных страницах содержится еще 7 сонетов, написанных разными друзьями Дон Жуана в его честь. В конце книги, на страницах 174–176, Орудж-беком приводится десять образцов изречений, предлагаемых им своим испаноязычным читателям как верх восточного остроумия и мудрости. Эти примеры напечатаны в форме четверостиший. Далее на 12 страницах дано подробное содержание книги. И в самом конце на двух страницах помещен краткий словарь турецких (азербайджанских) и персидских слов, встречающихся в испанском тексте.
