Шэ Сян повела людей проверять местность и вскоре приступила к работе
Отослав Шэ Сян и Лю Шучжэнь, Мин Тайцзу сказал императрице Ма: «Идея „передать власть из рук местных вождей в руки китайских властей“ была моей, и план, придуманный Ма Е, неплохой. Но он оказался слишком нетерпеливым. Обидел женщин-вождей, чем навлек большие проблемы. Я скорее пожертвую им, чем пойду на конфликты с местными кланами». Императрица Ма кивнула и сказала: «Ты должен пожертвовать им, чтобы успокоить сердца людей». Мин Тайцзу приказал казнить Ма Е, и жители Гуйчжоу почувствовали облегчение.
Шэ Сян вернулась в Гуйчжоу и немедленно собрала местные власти, чтобы организовать строительство дороги. Она повела людей проверять местность и вскоре приступила к работе. Все рабочие были молодыми и сильными парнями, которые много трудились в горах и на равнинах. И работа у них кипела. За несколько лет была построена почтовая дорога, ведущая в Сычуань, протяженностью более 400 миль, по пути было девять почтовых станций. Как только эта дорога соединилась с основной почтовой дорогой, сообщение с Гуйчжоу, Юньнань, Сычуань и Хугуан стало намного удобнее.
Благодаря этому важному делу, у местных жителей появилась возможность расширять кругозор, люди смогли изучать культуру и технологии внутренних районов. Когда сын Шэ Сян подрос, она уступила ему свое место и отправила его учиться в университет столицы, чтобы он мог получить много знаний. Благодаря непрерывным обменам между Гуйчжоу и внутренними районами страны местные племена добились больших успехов. В 1396 году, когда Шэ Сян умерла в возрасте тридцати шести лет, династия Мин присвоила ей титул «добродетельная госпожа». Кто-то написал стихотворение, восхваляющее эту женщину-вождя: «В тысячах верстах от столицы положила начало великому делу: тернистая дорога в Сычуань соединилась девятью почтовыми станциями. Сложно поверить, что женщина из дикого племени Мяо (вместо Мяо должно быть племя И) ни в чем не уступает мужчине».
Дело о коррупции
Династия Мин отвоевала себе Юньнань и Гуйчжоу, что вернуло гармонию в жизнь народа Китая. Император Мин Тайцзу намеревался управлять целой страной, создать Великую династию Мин, где последующие правители семьи Чжу будут править тысячи поколений. Родом из бедной семьи, он не понаслышке знал о бедности и голоде и понимал трудности сельских фермеров. Он сказал окружающим его людям: «Земледельцам, в отличие от ученых, ремесленников и купцов, досталась самая тяжелая и изнурительная работа. Летом с первыми петухами они пригоняют скот и начинают пахать и полоть землю. От палящего солнца пот ручьем и смертельная усталость. Едва собрал урожай, так сразу нужно заплатить пошлину. Остается совсем ничего. А если вдруг год неурожайный, то вся семья будет терпеть голод. Однако земельный налог платят земледельцы, барщину отрабатывают тоже они. Поэтому обеспечение счастливой и спокойной жизни фермеров — залог процветания страны». C этой мыслью император решил снизить земельный налог и пошлины, сделал подвод воды на поля и в итоге добился определенных результатов.
Однако повсеместная коррупция чиновников оставляла простой народ все более недовольным. Узнав об этом, император был в ярости. Он попросил государственных советников высказать свои идеи, как бы можно было решить данную проблему. Лю Цзи сказал: «Династии Юань и Сун давали чиновникам слишком много свободы, позволяя им действовать как заблагорассудится, не считаясь с правилами. Наша первостепенная задача — контроль чиновников путем жестких законов». Мин Тайцзу кивнул и сказал: «Династия Юань в начале еще подавала неплохие надежды, но позже дела стали идти плохо и конец им пришел менее чем через сто лет. Когда я был простолюдином, я ненавидел этих жадных и похотливых чиновников, которые только и делали, что пили и веселились весь день напролет, не заботясь о горестях обычных людей. Нам необходимы суровые законы. Коррупция и все, что губит народ, должно наказываться по закону без каких-либо поблажек!».
Мин Тайцзу взял принятие закона под свой контроль. Чиновники, бравшие взятки, подвергались наказанию: за получение связки медных монет (примерно тысяча монет) приговаривались к семидесяти ударам батогом; более пяти связок — наказание увеличивалось; больше восьмидесяти связок — смертная казнь через повешение; казнокрадство — обезглавливание. В дополнение к этому применялось также множество вселяющих ужас физических наказаний: отрубание пальцев, рук, ног, разрыв сухожилий, выбивание коленей и перевязывание кишок, калечащие операции на половых органах. Чиновников, взявших более шестидесяти лян (около 37,3 грамма) серебра, не только обезглавливали, но и снимали с них кожу, набивали сеном и оставляли чучело на демонстрацию публике перед официальным дворцом. Проводили это обычно у местного храма вблизи дворца, после чего жители стали называть его храмом сдирания кожи, а чучело — кожаным мешком с соломой. Данный метод применялся редко, но не оставлял никого равнодушным. Вот таким способом от коррумпированных чиновников избавлялись, словно от стайки крыс. В уезде Даньту был помощник начальника по имени Ли Жунчжун, а также несколько бравших взятки чиновников, которым отрубили по десять пальцев за воровство, однако их это не остановило, и впоследствии они были приговорены к смертной казни. Император был в ярости от повсеместной коррупции и не переставал удивляться: «Я наказываю их утром, ночью появляются новые. Ловлю их ночью, на следующий день — другие. Чем страшнее я придумываю наказание, тем больше их становится!».
Выяснилось, что взяток больше брали те чиновники, которые собирали земельные пошлины. Таких чиновников император приказал убивать, невзирая на размер взятки. Мин Тайцзу искал замену не среди уже потерявших доверие местных чиновников, а обращался к крупным землевладельцам, назначал их податными сборщиками и давал им распоряжение собирать земельный налог. Неожиданно, вскоре после указа императора, сборщики стали либо скрывать свои земли, либо лгали, говоря, что потерпели бедствие, потратив собранный налог. Таким образом, император был вынужден убить более ста сборщиков. Мин Тайцзу был уверен, что хороших чиновников совсем мало, поэтому он хотел найти возможность устранить всех коррупционеров, чтобы другим неповадно было. И к счастью, эта возможность появилась.
Император слышал, что чиновники со всей страны, приезжая в столицу, чтобы сделать отчет, фактически заполняли его на месте. Мин Тайцзу, побагровев от гнева, сказал министрам: «Это немыслимо! Чиновники используют пустые документы для фальсификации налоговых средств. Неужели вам не ясно?». В свою очередь придворные поспешно объяснили: «Что касается налоговых и военных средств, то везде ежегодно необходимо заполнять бланки и составлять книги учета доходов и расходов и представлять их на утверждение в финансовую палату. Если цифры палаты и чиновников не совпадут, вторым придется вернуться и заново проштамповать их, а затем снова вернуться в столицу
